Даже когда я уйду - Николь Фиорина Страница 58

– Эй, если ты психопатка, то любовь моя к тебе безумна.

Мия усмехнулась и склонила голову.

– Мне кажется, нас никто не понимает.

– Никто нас не понимает? Вот и славно. Значит, мы с тобой творим историю, – уверенно заявил я.

Она улыбнулась, и под магией ее взгляда мои закоченевшие мышцы расслабились.

– Я так хочу тебя сейчас поцеловать.

Мия огляделась и слегка покраснела.

– Как именно поцеловать? Легко? – Она снова посмотрела на меня, будто бросая вызов, и опустила глаза вместе с голосом. – Или безумно, сумасшедше, невероятно?

Слова ее вонзились мне в грудь. Легче мне станет лишь тогда, когда я коснусь ее губы – той, которую она сейчас закусывала. Я выхватил у нее из рук книжки и потащил дальше по коридору, мимо Лиама и растущей вокруг него толпы.

Мы завернули за угол и оказались в пустом коридоре. Я выронил книжки из рук, а Мия привалилась спиной к бетону. Я слышал, как тяжело она дышит. Провел большим пальцем по нижней губе, а потом впился в ее губы, будто сумасшедший.

Она хмыкнула – я почувствовал это кожей. Я поднял ее на руки, зарылся в ее вкус, ее запах… Ее ностальгирующая душа слилась с моей. Боль давно прошла, и язык пробивался сквозь ее губы. Я тонул, радостно шел на дно и не хотел, чтобы меня спасали из глубин имени Мии…

– Кхм-кхм, – хмыкнули позади нас.

Я прижался лбом ко лбу Мии – она посмотрела куда-то мне за спину, усмехнулась и выпрямилась. Я в то же мгновение быстренько отпрянул от нее.

– Следующие пары начинаются через минуту, вы что тут делаете? – спросил Джерри.

Одной фразы хватило для того, чтобы вытащить нас из нашего пузыря и напомнить, где мы находимся.

Конечно, мы ведь взрослые, но у нас не осталось ни свободы, ни идентичности перед лицом медицины. Нам промывают мозги в попытках перезагрузить, словно сломанную игрушку.

Осталось полгода. Шесть чертовых месяцев. Я провел семь месяцев за решеткой вдали от Мии, так что еще шесть в этой дыре выдержу. Но когда я поймал ее взгляд, то понял: оно того стоит. Все сомнения попросту растворились.

Мысленно я представлял дом, который готовил для нас – за железными воротами нас ждала жизнь. Мы с Мией и, если все получится, то и с Зиком тоже.

Я не отвел от нее взгляда и открыл рот.

– Целую это прекрасное создание, конечно, друг мой. – Я еще раз чмокнул улыбающуюся Мию. – Готова?

Мия кивнула, и лицо ее с широченной улыбкой закрыли волосы.

Мне пришлось попотеть, но я таки смог добиться того, чтобы Зик пересел за наш стол в столовой. На нарушение привычного хода вещей он реагировал агрессивно. Но я не мог просто так сидеть и смотреть, как его игнорируют Брия, блондиночка и Джейк.

Моя семья – мое все – должна была держаться вместе.

Столько всего произошло… я не успел обсудить свои планы с Мией и с Зиком. Черт, я даже не уверен, согласится ли Мия на все это. Она лишь разрешила мне похитить ее отсюда после выпуска. Она и не представляла, что я уже купил для нас троих дом. Новости о ее двойном гражданстве сняли с моих плеч тяжелый груз.

Все складывалось.

Я положил руку на бедро Мии, чтобы привлечь ее внимание.

– Я готовлюсь стать опекуном Зика, – выпалил я, начав с малого.

Надеюсь, новости ее не отпугнут.

Уголки ее милых губ приподнялись, и она положила свою руку мне на бедро. Я закрыл глаза и выдохнул.

– А это вообще возможно? – прошептала она, подражая моему тону.

Я опустил подбородок.

– У меня есть приятель снаружи. Он во всем разобрался. Как только мои записи подчистят, я смогу усыновлять. Достаточно взрослый для этого. – Я кивнул в сторону Зика. – Посмотри на него. Пусть он брат мне не по крови, но он все же мой брат, по праву выбора. И я не оставлю его здесь.

Если кто-то и мог понять мою любовь к этому мальцу, так это Мия.

– Ты потрясающий, – выдохнула она. – Я знаю, у тебя все получится, несмотря ни на что.

И вот так просто я снова смог свободно задышать.

– И ты совсем не против? – Я должен был убедиться.

– Не против того, чтобы ты вызволил отсюда Зика? Еще как не против!

– Тогда нас будет трое, – пояснил я, чтобы она точно ничего не упустила. – Мы с тобой, любовь моя, неразделимы. Но у Зика тоже наконец появится жизнь. Он этого заслуживает.

– Как я уже сказала, – она сжала мне руку, наклонилась поближе, и я затаил дыхание, – еще. Как. Не против.

Мягкие губы коснулись моих, и я отмел прочь все другие ощущения, чтобы прочувствовать ее поцелуй. Все мурашки на моей коже. Я открыл глаза и увидел заразительную улыбку Мии. И отразил ее, конечно. Как иначе?

Я обернулся на Зика – тот наблюдал за нами с другой стороны стола. И тут я заметил часы на дальней стене.

– Черт, – выдохнул я. – Через десять минут мой еженедельный звонок.

Я поцеловал ее в висок и поднялся. Итан стоял на своем обычном месте, тогда я глянул на Мию и провел рукой по ее волосам – она посмотрела на меня.

– Ты справишься?

– Да. Хватит уже надо всем трястись.

Шум в столовой усилился. Я резко обернулся – как раз для того, чтобы увидеть, как кто-то врезал Лиаму. Итан тут же побежал разбираться, оттащил от него обидчика. Мия сжала мою руку.

– Иди, Олли. У меня все равно скоро сеанс с Конуэй.

– Да, хорошо, – пробормотал я и указал на Зика. – Присматривай за ней.

Зик показал на пальцах: «Всегда».

Я побежал вниз по лестнице, по пустым коридорам, и успел в закрытую комнату как раз вовремя. У двери сидел охранник с досочкой.

– Имя? – спросил он, не удосужившись даже поднять взгляда.

– Ты знаешь мое имя, идиот.

Джинкс поднял голову и растянул губы в улыбке.

– Олли, мужик. – Он поднялся и лениво пожал мне руку. – Я тебя будто вечность не видал.

– Прошла всего неделя, – рассмеялся я. – Достал то, о чем я просил?

Джинкс был любопытнейшим персонажем. Огромный мужик с дырами вместо зубов, но с золотым сердцем, которое, к сожалению, разглядеть сложнее. Он знал моего брата – и презирал его. Ему понадобилось некоторое время, чтобы понять, что я на Оскара совсем не похож.

– Будешь торчать мне, важная шишка! – Он достал из кармана упаковку жвачки и