10000 миль, чтобы найти тебя - Мерседес Рон Страница 58

– Почему бы и нет? Кто нам помешает?

Немного грубовато Алекс сделал это снова – он снова поцеловал меня.

Я откинула голову назад, к двери, предоставляя ему доступ к моей шее и позволяя ему целовать меня и вызывать те ощущения, которые сводили меня с ума. Алекс сжимал руками мою грудь, в то время как я прижималась к его талии и двигалась в поисках трения, в котором так отчаянно нуждалась и которого бы мне вряд ли удалось достичь в этой позе.

Боже, я позволила себе увлечься, позволила инстинктам увлечь себя.

Его поцелуи на моей шее, его аромат, обволакивающий все мои чувства, руки, которыми он обнимал меня, и твердое тело, прижимающее меня к двери, как будто он не хотел, чтобы между нами оставалось даже каких-то жалких полсантиметра, словно в мире не было места для нас обоих и нам нужно было сжаться, чтобы поместиться.

Алекс опустил руку с моей груди и снова обхватил меня сзади. Его правая рука скользнула чуть ниже, и с легкостью, которую ему обеспечили мои спортивные штаны, парень дотронулся до меня там, где мое тело буквально пульсировало от желания.

– Пожалуйста, – прошептала я у его рта.

– Да… попроси меня, Никки, попроси, и ты получишь это здесь и сейчас, ты получишь все, что только захочешь.

И я хотела этого… безумно хотела. Мне нужно было снова почувствовать себя такой же живой, какой чувствовала себя, когда мы были вместе.

Он снова коснулся меня рукой, и у меня вырвался прерывистый стон. Алекс поцеловал меня и сильно прикусил губу.

– Я не хочу, чтобы кто-то прикасался к тебе так, как я.

Парень рычал, прижавшись к моему рту.

– Никто, Никки, обещай мне, – в отчаянии просил Алекс.

У меня заняло несколько секунд, чтобы понять, что он мне говорил. Никто никогда не прикасался ко мне так, как он, никто в принципе не касался меня, кроме него.

И тогда мне вспомнилась моя ложь, брошенная ему в машине. Мне понравилось наблюдать за тем, как он ревновал меня, мне нравилось видеть, что он страдал так же, как и я, когда представляла его с другой… Несправедливость ситуации заключалась в том, что в его случае все было правдой. Алекс действительно спал с другой. И у него не было никакого права требовать от меня того, что он только что потребовал.

Заметив, что я не отвечаю ему, парень усилил свою хватку и продолжил целовать меня.

Он злился, и мне довелось узнать, что разъяренный и возбужденный Алекс Ленокс был той еще взрывоопасной комбинацией для моего тела.

Меня всерьез обеспокоило то, насколько мне понравилось чувство осознания того, что я имею над ним определенную власть. Если бы он продолжил касаться меня так… Если бы продолжил так двигать рукой, если бы его рот… Я снова вздохнула, и он накрыл мой рот своим. Я чуть не взорвалась от удовольствия, но затем его рука невольно коснулась моего бока, где у меня была послеоперационная рана, и пришлось невольно поморщиться от боли.

Алекс тут же остановился.

– Черт, – сказал парень испуганно. – Черт, черт, черт, тебе больно?

Вместо ответа покачала головой, одновременно с тем пытаясь прийти в себя, поскольку боль, которую только что почувствовала, вернула меня к реальности, словно на меня только что вылили кувшин холодной воды. Даже моргнула, пытаясь вырваться из тумана неполученного удовольствия и боли в боку.

Он опустил меня на пол, и его рука осторожно легла на мою рану.

– Я в порядке, – ответила, пока пыталась отдышаться и осознать, что только что произошло.

Алекс положил руки мне на щеки, откинул мои волосы назад и с беспокойством наблюдал за мной.

– Тебе больно?

– Нет, – солгала я, злясь на жизнь и на проклятые обстоятельства, из-за которых мне пришлось остановиться в самый разгар того, как мы с ним почти…

Вот же отстой.

– Мне так жаль… На мгновение у меня вылетело из головы, что…

– Все нормально, – сказала я, пытаясь прийти в себя.

Наши взгляды встретились… Словно мы впервые увидели друг друга с момента моего приезда в Лондон.

Я отвела глаза, когда поняла, что если он так и продолжит смотреть на меня, то мне придется снова поддаться искушению.

– Думаю, нам пора возвращаться, – сказала я, разглаживая свою одежду руками, что было глупо, учитывая мою спортивную одежду, да и поправлять, в общем-то, было нечего, кроме спортивок и топа.

Алекс, на первый взгляд, казалось, собирался было отвергнуть мое предложение, но в конце концов кивнул.

– Пойдем, – сказал парень спустя несколько секунд, в течение которых поправлял свою одежду. Я даже не заметила, как расстегнула почти все пуговицы на его рубашке.

Господи, как неловко.

Мои щеки покраснели, как два помидора.

– Поздновато смущаться, – сказал он тоном, который не знала, как интерпретировать.

Алекс открыл мне дверь, демонстрируя свои безупречные манеры, и мы вместе пошли в вестибюль отеля.

25

Никки

В конце концов мы все же добрались до того, что, предположительно, было своего рода рестораном внутри отеля. Куда ни глянь, повсюду стояли столы с изысканными скатертями и стулья, обитые розовым и цветом слоновой кости. Стены были украшены масляными картинами, потолки были выкрашены в золотой цвет, и с них свисали огромные хрустальные люстры.

Ненароком опустила взгляд на свой наряд: спортивки и кроссовки.

– Я не особо наряжена для такого места.

Алекс снова положил руку мне на спину и пригласил войти.

– Ты выглядишь идеально.

Очевидно, что это было не так, и тем не менее я позволила ему отвести меня к уединенному столику.

Между нами была наэлектризованная энергия, которую мне еще ни с кем никогда не доводилось чувствовать. Я все еще ощущала его губы на своих, его язык, который ласкал мой, и отголоски его тела, когда он прижимал меня к стене от дикого желания. Невольно огляделась по сторонам, потому что мне показалось, что присутствующие явно в курсе того, чем мы планировали заняться в уборной, и мои щеки тут же снова раскраснелись.

Алекс, напротив, вел себя так, будто ничего не произошло… Единственное, что его выдавало, – оттенок его губ, что стали ярче от интенсивности наших поцелуев.

Мы подошли к столу, и он прошел вперед, чтобы подвинуть мне стул и помочь сесть.

Мне не нравилось столько внимания.

– Ты всегда такой? – спросила я, пытаясь подражать ему и вести себя так, словно между нами только что ничего не было.

– Какой? – спросил Алекс, удивленно посмотрев на меня, когда сел напротив.

– Такой чрезмерно джентльменский.

– Не так давно