Поэма о Шанъян. Том 1–2 - Мэй Юйчжэ Страница 34

Мужчина кивнул и добавил:

– Рабочие силы готовы. Как все будет готово, дайте знать.

– Благодарю за услугу, господин! – Бородач сложил руки и склонился в поклоне.

Я наблюдала, как группа людей в черных накидках исчезает в ночи.

От осознания чего-то ужасного у меня все похолодело внутри. Конечно! У Хэлань Чжэня были свои люди даже среди подчиненных Сяо Ци! Неудивительно, что они с такой легкостью выехали из Хуэйчжоу, смешались с поставщиками провианта, да еще и средь бела дня без проблем проникли в Ниншо!

Я все думала, откуда у Хэлань Чжэня столько власти? Оказывается, за его спиной скрывалась огромная поддержка. Он вступил в сговор с выжившими хэланьцами, захватил ванфэй в заложники, задумал убить Юйчжан-вана, тем самым нажив себе врагов в лице не только Сяо Ци, но и всего рода Ван! Неужели Хэлань Чжэнь был действительно такой храбрый? Какую выгоду он преследовал? И как ему удалось найти союзников в стане врага? Как он смог внедрить туда своего человека?

Меня вывели за территорию плаца, в сторону леса. На опушке были установлены несколько деревянных столбов и барьеров. Чуть дальше стояли какие-то поразительные снаряды – наверное, для того, чтобы отрабатывать наступательный бой и построение войск.

К четвертой ночной страже [85] повсюду бегали солдаты. Кто-то уже вышел в патруль, кто-то только готовился. Никто не обращал внимания на людей «императорского комиссара». Всякий раз, как какой-нибудь патрульный проходил мимо меня, я чуть шевелила рукой, но Хэлань Чжэнь тут же предостерегающе хватал меня за нефритовый пояс.

Моя жизнь была в руках другого человека. Я не могла закричать, мне некуда было бежать. Оставалось только выжидать возможность. Хэлань Чжэнь отвел меня к заставе на возвышенности, остальные пошли за нами.

Небо светлело, костры медленно затухали. Последние следы сумерек скрылись в утренних лучах, пробивающихся сквозь ряды облаков, согревающих замерзшую за ночь землю.

Вдруг всю округу заполнил звук низкого горна. Застучали барабаны, природа заиграла красками: гонимые ветром облака обнажили утренний горизонт, из-за которого выглядывал солнечный диск. Земля под ногами задрожала, и на плацу кругом поднялись столбы пыли.

Со всех сторон набежали кавалеристы в тяжелом обмундировании и выстроились ровными рядами. Удары железных подков сотрясали землю, поднимая пыль и песок, – ветер подхватывал их, отчего те напоминали извивающихся в воздухе золотых драконов.

Прозвучало три грозных удара барабана. Вперед выехала группа кавалеристов, они подняли поражающий своими размерами черный стяг главнокомандующего и медленно направили коней на высокую платформу.

Во главе на рослом черном коне ехал человек в знакомом черном шлеме с пучком белых конских волос, в дорогой военной форме с изображением дракона, обвившегося вокруг своей головы. На поясе покачивались ножны огромного меча, а вся поза человека выражала надменность и гордость. Ветер подхватил полы черной накидки. Рядом с ним на проворной рыжей лошади с черной гривой и черным хвостом ехал человек в ярко-красном одеянии, пояс его так же украшал меч.

Сяо Ци…

Я снова наблюдала за ним издалека, как тогда, когда впервые увидела его с башни. Глаза словно застилала легкая дымка, это навернулись слезы.

– Внимайте главнокомандующему!..

Снова прозвучал мощный сигнал горна, и отряды со своими командующими в унисон прокричали приветствие, заполняя своими сильными голосами необъятную ширь.

Вперед из строя вышли девять генералов в тяжелых доспехах – они церемониально поклонились главнокомандующему. Сяо Ци, глядя на всех с высоты помоста, чуть приподнял руку, и несколько десятков тысяч воинов мгновенно замолкли, благоговейно внимая. Несколько долгих секунд стояла мертвая тишина.

Наконец ветер донес его величественный и властный голос:

– Командированный по высочайшему повелению императорский комиссар Сюй Шоу лично посетил Ниншо, чтобы по доброй милости императора провести инспекцию пограничных территорий. Слушайте мой приказ! Сегодня вы должны продемонстрировать всю нашу силу и мощь во славу Сына Неба!

Воины и полководцы подняли оружие высоко над головой и закричали, голоса их потрясли небо и всколыхнули землю, отчего зазвенело в ушах и сердце бешено забилось в груди в такт тяжелым ударам барабана.

На помосте четыре солдата, обращенные ко всем четырем сторонам света, размахивали флагами. Снова зазвучал горн, и без того оглушительные удары в барабаны становились все сильнее, все быстрее.

Несколько кавалеристов отделились от основного строя и поскакали вокруг плаца – они то наступали, то отступали от его границы, следуя за красным знаменем генерала, отрабатывая построение «Девять дворцов». Вслед за ними выступили несколько батальонов: тяжелых пехотинцев, легких пехотинцев, солдат с огнестрельным оружием и колесницы для прорыва. Каждый батальон возглавлял опытный и хорошо подготовленный генерал.

Песок и пыль стояли столбом, солнечные лучи отражались от холодного железа доспехов, повсюду развевались флаги, в небо летели воинственные крики. Конечно, это было не настоящее сражение, но от увиденного у меня мороз шел по коже.

Я почувствовала силу, о которой и помыслить не могла в тот день, когда наблюдала за войском Сяо Ци в столице. Глядя на выступающих передо мной воинов, я забыла обо всем, даже о смертоносном нефритовом поясе на моей талии. Хэлань Чжэнь стоял рядом, сжимая рукоять своего меча. Он пронизывал Сяо Ци острым, как острие ножа, взглядом. Выражение его лица было сосредоточенным и жестоким.

Тем временем на высокой платформе Сяо Ци взмахнул рукой, одним легким движением отстегнул с плеч накидку, принял из рук генерала лук и стрелу с горящим наконечником, уверенно натянул тетиву, пока лук не изогнулся в форме месяца. Мгновение спустя огненная стрела искрой влетела под дрова на сигнальной вышке. Сигнальный огонь взмыл в небо, и вновь землю сотряс мощный сигнал горна.

Солдаты прокричали в унисон воинствующий клич, сотрясая силой своего голоса горы. Сяо Ци обнажил меч и поднял его над головой, вытягивая лезвие к небу, – холодная сталь заискрилась под солнцем. Конь его встал на дыбы и торжественно застыл. Ряды кавалеристов расступились по обе стороны, освобождая путь. Сяо Ци перехватил поводья и вместе с Сюй Шоу пустился галопом в открывшийся проход.

Мог ли Сюй Шоу быть тем человеком, который управлял Хэлань Чжэнем? Или он был его сообщником?

Увидев, как он следует за Сяо Ци, мне захотелось броситься к нему и предупредить об опасности. Хэлань Чжэнь усмехнулся, положил руку мне на талию и прошептал:

– Если не хочешь умереть вместе с ним, веди себя хорошо.

Я поджала губы и ничего не ответила.

Понизив голос и зловеще улыбнувшись, он произнес:

– Смотри внимательно – сейчас ты станешь вдовой.

Я тотчас перевела взгляд обратно к плацу: конь Сяо Ци стоял по центру, за ним расположились девять