Невоздержанность - Al Steiner Страница 97

Джейк, конечно, знал, что это правда. Любой настоящий любитель музыки смотрел на такие группы, как Kiss, с презрением. Но поцелуй был также аномалией, единственным настоящим примером того, как образ преодолевает художественные способности. Только потому, что формула однажды оказалась успешной, звукорежиссеры ошибочно пришли к выводу, что это ключ к успеху, и попытались повторить ее с каждой группой, которую они подписали. Популярность MTV и музыкальных клипов в целом только усугубляла эту тенденцию. Когда звукозаписывающим компаниям не удавалось успешно продвигать группу, ориентированную только на имидж, они винили в этом плохую рекламу или публику, не вполне готовую к этому конкретному имиджу. И когда группа действительно добивалась успеха благодаря хорошей музыке — как Оззи, как Дио, как Motley Crue, как Невоздержанность — они предполагали, что на этот раз формирование их имиджа просто увенчалось успехом.

"Чувак", - произнес голос слева от Джейка. "Разве ты не ... как... Джейк Кингсли, чувак?"

Джейк подавил вздох и изобразил улыбку на лице, когда обернулся и увидел двух молодых людей лет двадцати. Они были одеты как студенты колледжа, направляющиеся куда-то на летние каникулы, что означало, что они были одеты так же, как и сам Джейк.

"Это я", - сказал им Джейк, уже потянувшись за ручкой, которую он обычно держал в заднем кармане как раз для таких случаев.

"Чувак", - сказал первый молодой человек, его глаза сияли. "Это, типа, так круто. Могу я взять у тебя автограф, чувак?"

"Конечно", - сказал ему Джейк, вытаскивая ручку. "У тебя есть что-нибудь для меня на подпись?"

Молодой человек протянул корешок своего авиабилета. Джейк спросил его имя.

"Это Майк", - сказал он. "Майк Миллен".

"Как это пишется по буквам?"

Майк странно посмотрел на него. "Э-э... М-И-К-И, чувак".

"Нет, я имею в виду твою фамилию", - сказал Джейк.

"О", - сказал Майк, ударив себя по лбу. "Как ... ага". Он произнес это по буквам.

Джейк нацарапал вариант своего стандартного автографа: Моему другу Майку Миллену, Продолжай зажигать, чувак. Джейк Кингсли.

Другом Майка был Джейсон. Джейк также подписал корешок своей авиакомпании.

"Спасибо, чувак", - сказал Джейсон. "Ты действительно крутой, чувак. Я был на твоем концерте MSG. Слышал, ты действительно хорошо провел время после этого, понимаешь?"

"Да", - сказал Джейк. "Я знаю. Успокойтесь, ребята".

Они поблагодарили его, сказали, что он зажигает в последний раз, а затем разошлись, сравнивая автографы друг друга. Джейк надеялся, что на этом все закончится, но, конечно, этого не произошло. Другие заметили взаимодействие и включились в него. Многие, вероятно, спрашивали себя, может ли это быть Джейк Кингсли вон там, но не были достаточно уверены, чтобы подойти и спросить. Теперь, когда они увидели, как он раздает автографы Джейсону и Майку, их подозрения подтвердились, и их страхи перед приближением к знаменитости развеялись. Через несколько секунд вокруг него столпилось более двадцати человек, все они болтали без умолку и совали ему в лицо корешки авиабилетов или другие клочки бумаги.

Джейк начал подписываться, спрашивая имя каждого человека и как оно пишется, а затем нацарапывая в основном то же самое, что он нацарапал для Джейсона и Майка. Он перекинулся несколькими словами с каждым человеком, пожал каждому руку и оставался вежливым и негромким. Когда они задавали вопросы, он отвечал как можно короче и туманнее. И, конечно, как, казалось, всегда случалось, когда он выходил на публику в эти дни, небольшая толпа продолжала увеличиваться, поскольку другие люди подходили посмотреть, из-за чего весь сыр-бор, поскольку люди, выходящие из толпы, сообщали тем, кто был снаружи, что там был Джейк Кингсли. У него началась клаустрофобия, когда они напирали на него со всех сторон, когда все пытались говорить одновременно. Его руку начало сводить судорогой примерно после тридцатой подписи. И, как это всегда бывало, несколько человек протолкались к нему не для того, чтобы взять у него автограф, а чтобы выразить свое неодобрение тем, кем он был и что олицетворял.

"Бог сурово накажет вас на страшном суде", - сказала женщина средних лет, одетая в безвкусную юбку длиной до щиколоток. "Ты будешь вечно гореть в адском огне!"

"Ну, по крайней мере, мне не придется беспокоиться о том, что надеть", - вежливо ответил он.

"Насильник!" - крикнула другая женщина, на этот раз студенческого возраста, одетая в футболку Cornhuskers. "Держитесь подальше от этой свиньи, девочки. Он не кто иной, как обычный сексуальный преступник".

Джейку не нужно было отвечать на этот вопрос. Несколько человек из толпы вступились за него.

"Он может совершить со мной сексуальное преступление в любое время, когда захочет", - сказала одна молодая леди.

"Ты просто злишься, что он не нюхает кокаин из твоей жирной задницы", - сказал молодой человек.

Это привело к перебранке между девушкой из Cornhuskers и настоящими фанатами, которая быстро переросла во что-то вроде состязания в толкании. Именно тогда Джейк решил, что с него хватит.

"Послушайте, ребята", - сказал он, повысив голос достаточно громко, чтобы все слышали. "Мне действительно нужно пройти регистрацию на мой рейс. Извините, я не смог достучаться до всех ".

С этими словами он протолкался сквозь толпу и снова направился к контрольно-пропускному пункту службы безопасности, Дженис молча следовала за ним. Было несколько просьб от тех, кто не получил автографов, и даже несколько сердитых слов о том, что Джейк забывает, откуда он родом. Джейк не оглядывался назад.

"Тебе не обязательно было так раздражаться по отношению к ним", - упрекнула Дженис. "В конце концов, они твои поклонники".

Джейк проигнорировал ее. Будь ее воля, он бы оставался там шесть часов, подписывая что-нибудь для каждого человека в аэропорту.

На контрольно-пропускном пункте была короткая очередь. Люди, ожидавшие в очереди, смотрели на него и перешептывались между собой, но никто из них не заговорил с ним. Однако двое охранников, дежуривших на контрольно-пропускном пункте, казалось, очень заинтересовались им. Один из них говорил в свой телефон, прикрывая рот и поглядывая на Джейка, который подходил все ближе и ближе.

Когда Джейк и Дженис встали в начало очереди и поставили свои сумки на конвейер, охранники пропустили их через автомат, а затем сняли их обоих и отставили в сторону. После того, как они прошли через металлоискатель, охранник, который разговаривал по телефону, спросил их, могут ли они отойти на минутку в сторону.

"Есть проблема?" Спросил Джейк.

"Я не знаю", - высокомерно ответил охранник. "Есть?"

Джейк вздохнул. Дженис, казалось, собиралась что-то сказать, но передумала.

Через минуту прибыли двое полицейских в форме, один