На горизонте – твоя любовь - Нетта Хайд Страница 97

Я перестала предпринимать любые попытки связаться с Хантером.

Я перестала жить в тот момент, когда переступила порог нашего дома…

Единственное, что не позволяет мне умереть прямо сейчас – осознание того, что я стала причиной смерти его матери. Я забрала у него самое важное, что он доверил мне. Я настолько ослепла желанием возмездия и, не задумываясь о последствиях, сделала то, что не смогу никогда себе простить.

Я поняла, что мое участие во всем этом уже бессмысленно. Я отказываюсь от всего. Я отказываюсь от себя. Я сдаюсь.

Я понимаю, что даже если увижу Джеймса Каттанео, стоящего передо мной на коленях, это не сможет заглушить то, что я чувствую. А чувствую я дикую ненависть к самой себе, которая поглощает собой все остальное.

Если бы я год назад исчезла, как планировала, то ничего бы не произошло. Хантер погоревал бы немного и успокоился. Но нет. Мне захотелось справедливости.

«Ну что, довольна, Галатея Спенсер? Добилась своего? Поаплодирую стоя… у твоей могилы».

Как бы я ни хотела все исправить, это не в моих силах. Он ненавидит меня. Я стала той, кто разрушил его жизнь. Я стала той, кто добил его окончательно.

Поэтому мне остается только продолжать свое существование, надеясь на то, что где-нибудь на повороте меня собьет машина и прекратит мои тупые страдания.

Глава 20

ХАНТЕР

Прошел почти месяц со дня, как все рухнуло.

Этот месяц растянулся в бесконечность, как мучительный момент перед падением, когда ты понимаешь, что уже ничто не спасет. Мое нелепое подобие жизни, казавшееся правильным, настоящим и живым, в один миг разбилось, превратив все в ошметки, которые я с трудом пытаюсь собрать в единую картину.

Каждый новый день начинается с болезненного напоминания о том, чего у меня больше нет: о нашей любви, о ее смехе, о планах на будущее, которые теперь кажутся далекими и недостижимыми. Каждую ночь я просыпаюсь в поту, пытаясь избавиться от тревожных снов, но звук выстрела возвращает меня к реальности, служа мне точкой невозврата, пиком отчаяния.

Все мои надежды на то, что жизнь вернется в привычное русло, что я смогу стать «человеком», разрушились. Потому что она… девушка, которую я до сих пор не могу вырвать из груди, вернулась, но не ко мне. Нет, она вернулась с целью предать. Предать меня.

Компания? Да плевать мне на нее, на все ее амбиции и завоевания. Мне все равно. Пусть хоть сгорит. Я только рад буду. Но кое-что другое, куда более значительное, к чему привело мое безумие, связанное с ней, стало крахом всего, что я знал и что любил.

Я ослеп, хотя на самом деле обладаю прекрасным зрением. Я слепо доверял ей. Я доверил ей себя всего. Но проблема заключалась в том, что я оказался тупым идиотом, неспособным распознать яд, скрытый за сладким медом ее слов и действий. Исправить то, что произошло, было за пределами моего понимания. Да и хочу ли я сейчас это делать? Вряд ли.

Она стала моим искуплением за все ошибки, которые я когда-либо совершал. Но продолжать этот ужасный спектакль, где один неизлечимо болен, а другой танцует на костях, зная, что вся ложь, которая нас связывала и не давала построить ничего настоящего, стала центром нашей вселенной, – невыносимо.

И если я готов был сделать шаг в этот центр и поведать ей все тайны, даже самые грязные, то она не захотела раскрыть свои испачканные медовой водой крылья, решив в очередной раз прибегнуть к обману.

Первое. Ее возвращение в город было подставой. Она вернулась не за счастливым будущим. Ее целью было разрушить компанию отца, отомстить за смерть своего папы, оставив моего – без ничего. Но тут она явно просчиталась. Кроме алкогольного бизнеса, у моего отца есть парочка других, приносящих довольно приличную прибыль.

Второе. Ее брак с Эваном был липовым. Практически сразу после того, как я ее выгнал, новостные порталы заполнили заголовки о разрушении брака Эвана Стоуна и Галатеи Хилл. Совпадение? Я был уверен, что нет. Все было спланировано. Этот брак, ее маска – все это не более чем часть ее игры.

Третье – связанно с предыдущими двумя. Она вернулась сюда в качестве жены отца моей «мертвой» невесты. Сложно, запутанно, непонятно. Потом каким-то чудным образом этот «жених» переписал на нее свою долю в компании. Затем эта ее тупая ненависть ко мне разжигала внутри меня пожар похлеще взрыва вулкана. И вишенка на торте – наше роковое сближение.

Мне было плевать на то, что я ее любовник, мне было на все плевать, главное – она рядом со мной. Но… оказалось, что всем этим я подписал приговор для своей матери.

В тот день, когда должен был состояться наш первый романтический ужин, который мог бы закончиться чем-то приятным для нас обоих, все обернулось в кое-что очень болезненное. Когда мне позвонил отец, я не сразу понял, что с ней что-то не так.

Стоило мне ответить на звонок, как я услышал голос самого дьявола, прерываемый истерическим смехом: «Щенок решил, что в его жизни слишком много дорогих людей. Ты знаешь, какова цена твоей ошибки. Что ж, молодец, Хантер, минус один игрок в твоей никчемной жизни. Скажи «спасибо» своей шлюшке Галатее. Это ее рук дело. Не забудь передать ей от меня пламенный привет».

Я не до конца понимал, о чем он говорит. Но после уведомления о сообщении, которое я тут же открыл, я увидел это: «Твоя мать – шлюха. А шлюхи заканчивают плохо. Инъекция в вену – не для нее». Остатки моего сердца перестали биться, когда я услышал выстрел. Я не мог смотреть на все, что происходило на кадрах; я смотрел только на нее. Смотрел и не верил, что она могла сделать что-то такое.

Только спустя время я смог открыть видео один-единственный раз. Это было тогда, когда я стоял у ее могилы и смотрел на закрытый гроб, в котором ее хоронили из-за обезображенного лица. Лица, на которое я так и не смог посмотреть. Я не смог нормально попрощаться с ней, решив оставить в своей памяти живой образ.

Дрожащие кадры, как будто снимали на самую старую камеру. Темнота. Комната. Та самая, куда я приводил Тею, когда решил познакомить ее с мамой. Человек, одетый во все черное, стреляет в голову седовласой женщины, которая умиротворенно лежит в своей постели. Выстрел