На горизонте – твоя любовь - Нетта Хайд Страница 94

Его голос затихает. Я вижу, как он крепко сжимает кулак, как будто сдерживается. Внутри меня все колеблется, кажется, мои смешанные эмоции достигают пика, выкручивая все таким образом, что я чувствую себя двойственно: и той, кого предали, и той, кто предала.

– Диаз умер, – наконец, произношу я, не отрывая взгляда от одной точки в пространстве.

– Я узнал об этом, Тея. Случайно, когда приходил на могилу к Беатрис для видимости, – говорит он, опуская ладонь на мое запястье и успокаивающе поглаживая его.

«Нет, Хантер, нет… Не будь со мной нежным… Не люби меня. Не делай этого. Я отвратительна. Я разрушила все».

– Я вообще-то жива, – ломает тишину Беатрис, и мне внезапно хочется влепить ей пару ударов по лицу за все те моменты, когда я думала о ней с сочувствием.

Полгода назад мне было жалко ее отца, осознавшего, что он потерял свою дочь. А теперь желание избить эту девушку возрастало с каждым взглядом на нее.

Если бы Эван знал, что его дочь жива… Если бы он только знал. Он бы не прошел через все круги ада, не искупался бы в чане с кипятком и не решился бы на все, во что я его втянула…

– Сочувствую, – произношу я с грустной усмешкой, ощутив полный шок от произнесенных мною слов.

– Тея! – одновременно восклицают Хантер и Коннал.

– Я счастлива, – неожиданно для самой себя выдаю, – я хотела сказать, что я безумно счастлива. Как прошел… год, Коннал? – спрашиваю я, переводя взгляд на его лицо.

Только сейчас я замечаю, что его глаза выглядят более счастливыми, они светятся каким-то новым жизненным смыслом, и это не соответствует тому, каким я его запомнила.

– Непросто, Тея, – спокойно отвечает он, поджимая губы. – Не нужно, Би… не сейчас, – его спокойствие улетучивается, когда он пытается остановить девушку. Но эту бурю уже не остановить. Би, то есть Беатрис, забирает телефон и тычет тестом на беременность с двумя полосками прямо в экран.

– Я беременна, Хантер!

«Что, черт возьми, происходит?! Я не понимаю ничего! То есть, они не просто так пропали… вдвоем. Они… они вместе в прямом смысле этого слова?! Я в шоке? Не-е-ет, я не просто поражена этой новостью… Я обескуражена до состояния заморозки всех конечностей и внутренних органов. Все вокруг меня решили резко забеременеть? Очень смешно, Вселенная, я, блять, в «восторге» от твоего чувства юмора… Но дальше без меня как-нибудь…»

Я понятия не имею, как реагировать на все это. Я словно снова попала в сон, в котором надо мной решили пошутить и развлечься, сообщив о том, что мой брат жив и заделал малыша бывшей девушке-невесте моего… не моего Хантера.

У меня как будто язык намертво прилип к небу, не в состоянии отлепиться и даже промычать что-то в ответ. Я даже не могу порадоваться за брата, который спустя столько лет наконец-то обрел свое счастье, пусть и рядом с Беатрис…

Я просто не могу этого сделать. Я не в состоянии переварить все это, потому что кажется, что все, что сейчас происходит – нереально.

– Поздравляю, – сухо произношу, выдавливая улыбку на лицо.

– Спасибо! – восторженно кричит Беатрис, обнимая моего брата. – Это была, наверное, сотая попытка, и у нас получилось! Мы не сдавались, и вот теперь мы ждем ребенка! Я так счастлива… – ее голос будто отдаляется, превращаясь в раздражающий фон, слова которого больше не доходят до меня.

– Извините, мне нужно в уборную, – говорю я, перебивая ее рассказ.

Внутри все бурлит, тошнота поднимается с каждой секундой, словно все эмоции – злость, боль, обида, горечь – перемешиваются в водовороте внутри меня, готовые вырваться наружу.

Я подрываюсь на ноги и бросаюсь прочь из комнаты, спускаюсь по ступенькам и влетаю в ванную. Падаю на колени, и меня начинает выворачивать так, словно вот-вот все мои внутренности окажутся в унитазе.

Меня слишком часто тошнит в последнее время. Меня тошнит от себя, от всего происходящего. Организм больше не справляется с моими лицемерными мыслями.

Желудок абсолютно пустой, а голова перенасыщена новостями и болезненной правдой. Я должна радоваться и рыдать от счастья, что мой брат все-таки жив, но вместо этого вспоминаю причину, по которой я вообще вернулась в этот город… причину, которая разрушила все…

Меня рвет снова и снова, кажется, мое тело пытается изгнать всю боль, обжигающий кровь яд, стереть из памяти все, что я натворила, но ничего не получается. Наружу просятся слезы беспомощности, злость на саму себя и понимание того, что вернуть время назад уже нельзя.

Мое возмездие… Кому оно вообще нужно? Оправдано ли все, что я сделала? Нет… Больше нет.

Почему я не могла сказать Хантеру всю правду еще в самом начале? Неужели он бы не поверил мне? Поверил… Думаю, что поверил бы. Может быть, еще не так поздно? Может, я еще могу все исправить?

Более-менее успокоившись, я поднимаюсь с холодного кафеля и, на дрожащих ногах, направляюсь к нему, решительно настроенная на то, чтобы перестать откладывать все и открыться ему.

Пусть поздно, но я верю, что у меня есть возможность все исправить. Я надеюсь, что смогу это сделать… Я смогу объяснить все, рассказать каждый свой секрет, подкрепив его доказательствами, которые хранит мое тело и кожа.

Я останавливаюсь, замечая, как Хантер стоит спиной ко мне, переворачивая на стол все содержимое аптечки, пытаясь что-то отчаянно там найти. Хлопок двери за моей спиной, из-за открытого окна, заставляет меня вздрогнуть, и он оборачивается ко мне.

– Как ты себя чувствуешь, Тея? Что-то болит? – Он смотрит на меня с искренним волнением, и от этого еще больнее.

Его забота и беспокойство… Я не заслуживаю этого. Я не заслуживаю его.

– Чувствую себя… пусто, – я выдыхаю, не зная, откуда во мне берутся силы, чтобы говорить. – Наверное, мне нужна еда. Может, тогда я смогу… хоть немного переварить все это, – мой голос звучит ломко, почти неуверенно, и я ненавижу себя за это.

«Что ты несешь, Галатея?! Ты уже настолько стала зависима от лжи, что правда из тебя не выльется никогда? Соберись, возьми себя в руки и скажи! Расскажи ему все, что ты сделала, идиотка!»

– Иди ко мне, ангел, – его голос звучит нежно и обволакивающе.

Я подхожу к нему, и он обнимает меня, словно это – самое важное, что он мог бы сделать. Его ладонь ласково скользит по моей спине, его губы касаются макушки, и я закрываю глаза, вдыхая его запах.

Если бы я знала, что это последний раз, когда он прижимает меня