Нора Робертс - Секс как орудие убийства Страница 86

Она будет умирать от отчаяния, как сучка в охоте.

От этой мысли у него затвердело в паху. Это еще раз доказывало, что он мужчина.

Но Даллас и ее наказание могли подождать. Куда важнее было разобраться с Кевином.

Старая дружба не оправдывает предательства. Кевин должен за все заплатить. Тем более что эта расплата по­служит его собственному оправданию.

Люциус тщательно подготовился к выполнению за­дачи. Надел на голову гладкий медно-рыжий парик и придал коже молочную белизну. Согласно удостоверению личности, его звали Терренс Блэкберн и он был адвокатом Кевина Морано.

В его маске были изъяны, Люциус признавал это. Но необходимость торопиться оправдывала некоторые погрешности в деталях. В конце концов, люди видят лишь то, что хотят видеть. Он прекрасно знал это. Он был похож на Блэкберна и имел удостоверение на его имя. Носил типичный костюм преуспевающего адвоката по уголовным делам. Имел при себе дорогой кожаный «дипломат». И выражение лица у него было мрачное и высокомерное.

Люциус без труда проник в управление. Когда он потребовал свидания со своим клиентом, это вызвало у дежурного копа не столько интерес, сколько досаду.

Люциус хладнокровно подчинился беглому обыску и снова предъявил для рентгеновского просвечивания свой «дипломат». Когда его привели в комнату для свиданий, он сел, сложил руки на коленях и принялся ждать.

Когда привели Кевина, на котором был мешкова­тый ярко-оранжевый комбинезон, Люциус испытал хо­лодное злорадство, которое пересилило гнев. Лицо друга, облаченного в ужасную тюремную одежду, было серым и унылым, но при виде адвоката он тут же вос­прянул духом.

– Мистер Блэкберн, я не ожидал, что вы придете ко мне еще раз. Вы сказали, что завтра утром мне предсто­ит предварительное слушание, и я должен буду доказать, что находился в моральной и эмоциональной зависи­мости. Что, появились какие-то новости?

– Мы обсудим это. – Когда Кевин сел, Люциус не­брежно махнул охраннику рукой и открыл «дипломат». Дверь захлопнулась. – Как вы себя чувствуете?

– Ужасно! – Кевин заломил руки. – Правда, я си­жу в одиночной камере, лейтенант Даллас сдержала сло­во, но там темно и… и воняет! В любой момент кто-то может заглянуть в «глазок», и нельзя ни секунды по­быть наедине с собой. Мистер Блэкберн, я не могу си­деть в тюрьме! Это невозможно! Нужно что-то сделать. Сделать так, чтобы предварительное слушание сложи­лось в мою пользу. Я мог бы провести некоторое время в частном реабилитационном центре или… или под домашним арестом. Но вернуться в тюрьму?! Нет, ни за что!

– Мы найдем способ избежать этого.

– Серьезно? – Кевин обрадовался и наклонился к собеседнику. – Но днем вы сказали… Ладно, неважно. Спасибо. Спасибо большое. Теперь, когда я узнал, что вы принимаете соответствующие меры, мне сильно по­легчало.

– Меры принимаются, но мне нужны деньги. Что­бы расчистить тропу.

– Все, что хотите! – Кевин закрыл лицо руками. – Я не могу оставаться тут. Не знаю, как я переживу эту ночь.

– Вам нужно сохранять спокойствие. Выпейте воды.

Люциус поднялся и прошел к стоявшему в углу ох­ладителю воды. Наполнив чашку, он незаметно вылил туда содержимое флакончика, висевшего на цепочке под рубашкой.

– В вашем признании говорится, что во всем вино­ват Люциус Данвуд, – сказал он, возвратившись. – Это была его игра, и он выигрывал.

– Я знаю, что поступил дурно, и чувствую себя ужасно. Но что я мог поделать? Эта Даллас говорила, что иначе все преступления припишут мне. – Кевин зал­пом выпил воду. – Но я не виноват. Каждому понятно, что я не виноват. Я никогда не решился бы на это, если бы не Люциус.

– Он умнее вас. И сильнее.

– Нет-нет, он просто… очень изобретательный. И любит соперничество. Я не могу сказать, что кто-то из нас умнее. И все же… – Кевин слабо улыбнулся. – Думаю, что в каком-то смысле победа осталась за мной.

– Вы так считаете? Это большое заблуждение.

– Я не понимаю, о чем вы… – В глазах у Кевина помутилось. – Мне нехорошо…

– Ты уйдешь первым, – негромко сказал Люци­ус. – Отправишься на тот свет. Умрешь еще до того, как тебя успеют доставить в лазарет. Кев, тебе не следо­вало предавать меня.

– Люциус?! – Испуганный Кевин попытался встать, но его не слушались ноги. – Помоги мне! Кто-нибудь, помогите!

– Слишком поздно. – Люциус поднялся, снял с се­бя цепочку, надел ее на шею Кевина и аккуратно запра­вил под комбинезон.

– Ты не можешь так поступить со мной. – Кевин из последних сил уцепился за руку Люциуса. – Не мо­жешь убить меня.

– Я уже убил тебя, Кев. Но ты умрешь без боли. Ра­ди старой дружбы. Сначала они подумают, что это са­моубийство. Им понадобится какое-то время, чтобы по­нять, что к тебе приходил вовсе не Блэкберн. А поскольку в данный момент я нахожусь у матери, меня никто не заподозрит. Одно утешение, – добавил он, когда Ке­вин рухнул на пол. – Сидеть в тюрьме тебе больше не придется.

Люциус протянул руку, закрыл «дипломат» и акку­ратно отряхнул пиджак.

– Наша игра закончена, – пробормотал он. – Я выиграл.

Люциус нажал на кнопку под крышкой стола, затем наклонился и начал хлопать Кевина по щекам.

– Морано потерял сознание, – сказал он вошедше­му охраннику. – Начал кричать, что не вынесет ужа­сов тюрьмы, а потом упал. Ему нужна медицинская помощь.

Пока его умирающего друга везли в лазарет, Люциус Данвуд хладнокровно вышел из здания центрального полицейского управления.

Когда Ева спустилась на первый этаж, Уитни и Рорк уже закончили обед и теперь пили кофе, покуривали сигары. Услышав, что Уитни смеется – причем не коротко хмыкает, как обычно, а зычно хохочет, – она за­стыла на месте, сосчитала до десяти и только после это­го вошла в столовую.

– Не знаю, как вы оба умудряетесь сохранять фигу­ры при таком обильном меню, – обратился к ней Уит­ни, продолжая улыбаться.

Рорк лукаво усмехнулся и поднес к губам чашку.

– Мы… много работаем. Правда, дорогая?

– Да, физические упражнения – залог здоровья… Сэр, я рада, что вам понравилось угощение. Фини за­нимается электроникой. Я дала указание следить за домом Данвуда и квартирой его матери. Пибоди будет доставлять новые сведения по мере их поступления. Я потормошила экспертов из следственной бригады, и они доложили, что обнаружили на полу и ковре гостиной следы крови той же группы, что у Макнамары. Ну­левая отрицательная. У Данвуда тоже нулевая отрица­тельная, но я слегка нажала на дежурного техника и заставила его провести полный анализ ДНК. Сэр, пред­варительные результаты доказывают, что это кровь Мак­намары. Еще до утра мы получим окончательное под­тверждение.