Людмила Сурская - Где Спряталась Ложь? Страница 83

— Почему, кое — что известно. Не женатый и весьма интересный собеседник. — Лена, видя его неудовольствие прикидывала чего бы такого интересного сочинить на ходу, но сегодня ей это не совсем удавалось. — Может случиться так, что он придёт просить к тебе моей руки. — Добавила она вздохнув.

— Бурные аплодисменты, — похлопал Никита ладонями, враз разлетевшиеся капли ударили в разные стороны золотым дождём. — С чего этот козёл решил, что я твой сын? У него что глаз нет?

Лена хотела сказать, что их нет у всех мужчин без исключения, но передумала, решив всунуть небольшую шпильку по ходу.

— Узнав, что я здесь с сыном, а в номере мы живём вдвоём, он сам ввёл себя в заблуждение, прикинув, что это ты. Я не разубеждала. Кто ж виноват, если головы мужиков устроены со свистком. Ему слабо твои годы наложить на мои. Не могла же я в самом деле родить в начальных классах. А вообще, было интересно посмотреть на то, как он себя будет вести. К тому же я не была уверена, что это не один из тех, кого мы опасаемся.

— Зажимать пробовал?

Улыбка сама ползла на уста, но она из всех сил держала правильную линию.

— Он воспитанный ловелас, в отличие от тебя.

— Ему лучше им и оставаться?

Лена помазюкала себя душистым мылом и объявила:

— Я поеду завтра с ним в Ужгород.

Никита посчитал правильным завернуть кран, вода сошла на капли.

— Та-а-к! Что за новости? Зачем?

Она тут же вернула рычажок на прежнее место и, поймав первые струи, принялась рассуждать:

— Во-первых, посмотреть город. Во-вторых, должна же я знать за какой редькой, он ко мне пристал.

Раз дело… Никита тут же вышел с предложением:

— Я поеду с тобой… На правах сына, а что вполне подходяще…

Но Лена не оценив, осадила его порыв:

— Не мели чепухи. Я вполне взрослая девочка к тому же до неприличия правильная. Всё непременно обойдётся. Придушит он меня, что ли в том замке…

Но Никита тут же выдвинул новые опасения:

— А если он будет приставать?

Лена рассмеялась:

— Да ты никак ревнуешь, умора… Лучше скажи-ка, ты догадался взять мне ужин в номер?

— Догадался. В микровоновке стоит. Сейчас разогрею. Тебя что кавалер не кормил? — тут же подковырнул он.

— Кормил форелью, но это было ещё в обед. Ужин предлагался вместе с гостиницей.

— Какой прыткий.

Видя усталость Лены, Кушнир перекрыл воду и замотал её в простыню. И тут до них прорвался стук в дверь. Лена повернулась к нему, промокая его лицо полотенцем, подняла палец вверх:

— Слышишь, Никита, в дверь стучат, иди, открой, тебе проще.

Лена осталась сушить феном волосы, а Никита, завернувшись в полотенце, распахнул дверь. За порогом стоял улыбающийся Ленин ухажёр, с огромным букетом роз.

— Весь внимания Константин Петрович, — опомнившись, брякнул Кушнир, загораживая вход. — Чем обязаны?

Константин упершись в мощную грудь «сыночка» затарабанил:

— Маме от меня, передайте в благодарность за прекрасно проведённый день. И напомните, что я надеюсь на завтрашнюю поездку…

Церемонно поклонившись, он сделал шаг вперёд… Кушнир растерялся и замешкался с действиями. Как бы оно получилось неизвестно, но Никита заметил у соседней двери смеющуюся физиономию Даньки и разозлился.

— Непременно. — Невежливо пхнув, захлопнул он перед оторопевшим юристом дверь, чуть не прищемив ему нос.

Выглянувшая из душа Лена заметив спрятанный за спину Кушнира топорщившийся розами букет, удивлённо спросила:

— Кто был? неужели мой кавалер, надо же, какой расторопный! А чего ты цветочки прячешь за спиной, дай полюбуюсь.

Кушнир открыл окно и луканул в него букет. Цветы пришлись, как раз на незадачливого поклонника, осыпав его с ног до головы. Ничего не понимая, он поднял глаза вверх и встретился с разозлённым взглядом метающим молнии Никиты.

— Зачем ты выбросил? — сощурила от смеха глаза Лена.

— Я не подумал, что для тебя это так важно. Но уж собирать вниз не побегу. Исправлюсь, завтра куплю тебе ведро цветов, раз для тебя нюхать их такая необходимость. А сейчас давай ешь и спать. На сегодня получила и приключений, и романтики под завязку.

Глава 27

Встретив Константина после завтрака, Лена терпеливо выслушала его обиженный рассказ — ябеду о поступке её «сына» и попробовала объяснить это наверняка сыновней ревностью.

— Он же взрослый мужик, должен понимать… — обиженно цедил тот.

Но Лена развела руками.

— Увы, но реальность такова, что мужики, и большие и маленькие, любят только себя.

— В этом вы правы, мне нечем крыть. Так как моё предложение, насчёт поездки по замкам?

Понимая, что возможность ещё раз остаться с носом он не переживёт, Лена на радостной ноте выдохнула:

— Принимается!

Довольный, он тут же забыл о неудачной истории с букетом. Хотя какое-то тёмное впечатление от этого осталось.

Проходя мимо оживлённо беседовавших Лены и Константина, Никита с Данькой процедили что-то вроде «здрасьте». Тут же ему Данька, морща от смеха переносицу, заметил:

— Кушнир, а ведь юрист запросто уведёт маменьку у тебя из-под носа. Прикинь, у него все данные на это. Приплюсуй романтику и возраст опять же подходящий.

Никита, в полуоборота наблюдая за парочкой, сцепив зубы процедил:

— Не уведёт, она ему не по зубам.

А Данька не собираясь отступать приготовил ему новый вопрос:

— Тебе, конечно, виднее. Но пойдём дальше… — важно начал он. — Вот ты мне скажи-ка: как она цветы его вчера восприняла?

Никита с непроницаемым видом подвинул ему соус к вареникам и прожевав парочку объявил:

— Не успела никак, я их выкинул в окно. Получилось метко и с возвратом.

— Это как? — замер Данька, к счастью успевший только надкусить вареник, а не пожевать его. Подавился бы запросто.

— На его голову как раз, — изобразил он нечто неопределённое.

— Та-ак, — разочарованно вздохнул Данька. И уже через минуту язвительно заметил. — Жестоко. С влюблённым так нельзя.

Кушнир недовольно поморщился.

— Нормально.

— А маменька? — осторожно поддел парень.

Никита взорвался:

— Ни на кого нельзя надеяться… Ты на чьей стороне?

— На твоей. Юрист мне совсем чужой, — хихикал Данька. — Я за счастье маменьки радею.

— Вот и не суйся. Цветы ей надо? без вопросов. Ведро к её приезду привезут и не таких жлобских.

Данька неопределённо помотал перед его носом ладонью.

— Я понял, ты грубейшим образом намекаешь, что она достойна царского букета. — Тот не понимая куда он клонит осторожно кивнул. А Данька оседлав своего любимого конька продолжал: — Ты на правильном пути. Это хороший, проверенный ход. Но в данном случае он может не сработать.