На горизонте – твоя любовь - Нетта Хайд Страница 74

После частичного восстановления Доминик отвез меня к своему знакомому врачу, которая провела все необходимые и длительные обследования, чтобы проверить мое физическое и психическое состояние. Она сообщала все результаты Доминику, и он уверял меня, что все в порядке, но сказал, что какое-то время я должна принимать лекарства, которые помогут мне быстрее восстановиться.

Первый раз, когда я проснулась в луже собственной крови, пропитавшей постельное белье, Эви объяснила, что это нормально и что каждая девушка проходит через это. Однако стоило мне прекратить прием препаратов, как ежемесячные выделения прекратились. Я полезла в интернет, надеясь найти ответы на свои вопросы, но не нашла ничего подходящего.

Только после того, как я поделилась своими переживаниями с Эви, она не смогла скрыть правду. Со слезами на глазах она призналась, что они не говорили мне все, опасаясь, что это может разрушить меня окончательно. Истина заключалась в том, что я никогда не смогу забеременеть.

Оказалось, что препараты, которые мне выписал врач, были гормональными и имитировали активную, нормальную деятельность моих яичников. Но важно то, что у меня их вовсе нет.

Это не была врожденная особенность – это был результат хирургического вмешательства, произведенного для поддержания «чистоты» тела перед продажей «товара» для сексуальных услуг. Чудом было то, что после такого вмешательства у меня не возникло никаких инфекций.

Вот такая моя правда.

Такая, которая ни одному здоровому мужчине не нужна. Вот еще и по этой причине в моей голове детонирует механизм, отвечающий за воспроизведение лжи. Так проще. Так легче. Так правильнее.

Мысли о том, что между мной и Хантером будет что-то большее, что-то нормальное, заканчиваются на этой «потрясающей» ноте… Он никогда не захочет иметь ничего общего с бракованной пустышкой, которая не сможет дать ему ничего, кроме своей любви, секса и сумасшедших эмоций. Далеко на этом можно уехать? Нет… Один год. Два. Максимум пять лет, и он пойдет искать себе нормальную, здоровую, способную подарить ему ребенка, женщину. Любой бы пошел. Я уверена в этом.

Я ведь жила с этим все это время? Да, как-то жила и справлялась. Меня это не беспокоило, почему сейчас я начала париться из-за этого? Мне же нормально и так, да? Переживу. Справлюсь. Смогу.

Пока вокруг звучат голоса, прокатывается смех и раздаются тосты, я думаю о том, о чем могла бы не думать вообще, не окажись здесь. Под шум аплодисментов я собираюсь сделать глоток, и в этот момент Хантер внезапно перехватывает и залпом выпивает его содержимое, не сводя с меня проницательного взгляда.

– Ты что творишь?! – спрашиваю я, сдерживая нарастающее возмущение.

– Это ты что вытворяешь, Тея?! – отвечает он столь же резко. – Тебе все равно на себя, окей. Но ребенок внутри тебя не обрадуется даже тринадцатиградусному алкоголю. Я хочу, чтобы у тебя был здоровый ребенок.

Моя голова вскидывается, и все внутри готово выплеснуться.

Три… Два… Один…

Резкость. Безудержная дрожь. Взрыв. Один процент правды.

– Ты идиот?! – вырывается из меня, когда я устремляю взгляд на него. – По-твоему, тошнота бывает только в случае беременности?! Вспыльчивое настроение тоже исключительно из-за этого? Если да, то тебе следует изучить подробнее физиологическое здоровье человека и факторы, которые могут спровоцировать такое эмоциональное состояние и рвоту!

Слова выливаются на одном дыхании, и с каждым из них я чувствую, как в груди становится чуть легче, но что-то по-прежнему бьет по ушам и трясет воздух, возможно, это громкая музыка, а, возможно, мое сердце.

Хантер приходит в себя секундой позже, кажется, даже удивленный моей реакцией, и звучит его отчаянный, негромкий, недосказанный вопрос:

– То есть ты не…

– Нет! – резко отвечаю, понимая, что это последняя капля. Теперь мне плевать уже на все. – Мне пописать на тест? Или съездить с тобой на УЗИ, чтобы ты поверил?!

– Тея… – начинает он, но меня уже не остановить. Я продолжаю выливать еще часть значительной правды, которая уже на подходе к ушам Хантера:

– Хантер, дети чаще всего появляются, когда люди любят друг друга или трахаются без контрацептивов, понимаешь? Так что, мое предложение пописать на тест еще в силе. Думаю, у Санни найдется лишний. Хотя… – я резко выдыхаю, осознавая, что все это так бессмысленно, – зачем я вообще пытаюсь что-то тебе доказать? Тебя ведь не должно это волновать. Ты ведь сказал, что хочешь, чтобы я была счастлива, и понимаешь, что с тобой этого не будет. Ты сам решил отойти в сторону и предоставил мне возможность жить свою жизнь. Так, прости, какого черта, ты сейчас хочешь от меня? Какого хрена…

Мой поток речи прерывается на этом моменте из-за того, что на мою голову что-то падает, а потом скатывается на землю между мной и Хантером, словно увенчав финал нашего бурного разговора.

Медленно опускаю взгляд вниз и вижу, что это упавшее «чудо» – букет невесты.

«Серьезно?! Это, черт возьми, шутка такая?!»

Оборачиваюсь и вижу довольную Санни, которая машет нам рукой и улыбается. Она явно тщательно продумала, как подбросить букет, чтобы он точно попал в мою голову.

На несколько секунд я закрываю глаза, стараясь прогнать напряжение и ровно дышать, затем смотрю на Санни и киваю ей, выражая благодарность за такой потрясающий подарок.

Перевожу взгляд обратно к собеседнику, который тоже улыбается. Это вызывает во мне странное чувство…

Хантер подходит ближе, поднимает букет и вручает его мне в руки.

– В этот раз не пришлось тебя целовать, чтобы заткнуть, – говорит он, и в его голосе я слышу скрытую нотку.

– Лучше бы ты просто поцеловал, чем вот это все, – произношу на выдохе.

– Хочешь? – полушепотом спрашивает он.

– А ты?

– Безумно, – хрипло говорит он, и мой мир рушится и строится заново в этот момент.

– Тогда покажи свои чувства к любимой девушке, в которую только что бросили букет невесты. Зрители ждут.

– Мне плевать на зрителей, Тея, – уверенно заявляет он.

– Только на них? – шепчу я, мечтая услышать «да».

– На всех, кроме тебя, – отвечает он, поддевая мой подбородок своими пальцами. – За все, что произошло сегодня и произойдет дальше – прости. Я – идиот. Я не должен был лезть к тебе с этими вопросами. Ты взрослый человек, который сам знает, что делать и какие решения принимать.

Прежде чем я успеваю что-то сказать, его губы легонько касаются моих. Это легкое, едва ощутимое прикосновение заставляет меня буквально пылать. Чувствую, как по телу проносится волна агонии, пробуждая в каждой клеточке непроизвольные эмоции.

Он целует меня так осторожно и нежно, словно спрашивая, уверена ли я в