Следующая цель – твое сердце - Нетта Хайд Страница 71

Медленно отстраняясь, Хантер смотрит на меня с хищной улыбкой и понимает, что я только что растаяла от его порочного, неумолимого языка и сильных, оргазмических пальцев.

– Не нужно со мной играть, Тея, – произносит, осторожно опуская мои дрожащие ноги на пол.

– А я и не играю, Хантер, – вздымая грудь, невинно отвечаю.

– Что тогда это было? – он нависает над моим телом и внимательно смотрит в глаза.

– Если бы я приняла твое предложение сразу, это было бы скучно.

– Думаешь, секс со мной – это скучно?

– Ну, пока что, все, что ты делаешь не заставляет меня скучать, – слегка улыбаюсь ему.

– По-прежнему будешь утверждать, что не станешь моей?

– А похоже, что я согласилась? – отвечаю на его вопрос своим. Мой взгляд невольно падает на его губы, блестящие от моего возбуждения.

«Как же горячо это выглядит. Я хочу его. Всего хочу».

– Похоже, что ты жаждешь большего, – его голос становится низким и проникновенным, словно скрывает в себе какое-то тайное обещание.

Он наклоняется к моему лицу, и я тянусь к его губам, стремясь ощутить их вкус снова. Но прежде чем наши губы успевают соприкоснуться, он отстраняется и громко ругается:

– Блять!

Он тянется к заднему карману и вытаскивает вибрирующий телефон. Взглянув на экран, его лицо кардинально меняется, оно становится серьезным, словно холодной волной все эмоции смыло прочь. Что-то явно случилось.

– Это не может подождать? – спрашиваю шепотом, надеясь вернуть момент, в который мы так глубоко нырнули.

– Нет, – коротко отвечает он и, не дождавшись моих слов, стремительно выходит из комнаты.

«В смысле «нет»?! И что это только что было?! Он трахал меня языком сейчас, а когда я готова впустить его в себя, он просто уходит поговорить по телефону? Да… потрясающе. А чего ты хотела, Тея? Не только ты умеешь обламывать».

Подрываюсь с кровати, вскипая от негодования. Мои ноги трясутся от нескончаемого напряжения. Я подхожу к двери, закрываю ее на ключ демонстративным щелчком, в котором звучит вся моя ярость.

Он не вернется, даже если вдруг передумает.

Стоя перед дверью, распаляясь от своей же злости, возможно, на саму себя, я произношу, зная, что он не услышит:

– Ну и пошел ты, Хантер Каттанео! Хрен тебе, а не мое тело, понял?!

Не желая показывать свою уязвимость даже в этот момент, я подхожу к своему чемодану, практически разбирая его на части от ярости. Выуживаю оттуда новый комплект нижнего белья, почти с ритуальным действием натягиваю его, затем пижаму и иду к балкону.

Рассвет за окном медленно разливается по небу, окрашивая его в теплые оттенки розового и золотого. Легкий утренний ветер слегка прикусывает мою кожу, заставляя мурашки пробегать по телу. Облокотившись о перила, я пытаюсь унять сердцебиение, но мысли кричат в голове, не давая покоя.

Я наблюдаю за городом, который еще погружен в сон, но уже наполняется первыми проблесками света, и не могу успокоиться.

Сегодня я не усну. Не после всего, что только что произошло. Не здесь. Не в этом городе.

***

Утром, так и не сомкнув глаз, я выхожу из комнату и направляюсь в ванную. Взглянув на диван и заметив отсутствие обуви у входа, я понимаю, что Хантера нет. И, возможно, его нет здесь еще с момента, как он ушел от меня. Даже не хочу думать, где он торчит. Пусть делает, что хочет.

Приняв душ, я накидываю полотенце на голову и надеваю белый халат, предложенный отелем. Решив позавтракать перед встречей, я отправляюсь в ресторан, находящийся на первом этаже.

– Тея, доброе утро, – произносит Дерек, оказываясь за моей спиной.

Если бы не моя усталость, я бы расквасила его лицо о ближайший столик, а потом попрыгала по нему ногами и прокричала, какой он мудак.

Возможно, мне следовало бы сказать Амелии правду… я собиралась ей все рассказать, когда вернулась, но увидев ее счастливое лицо, когда она выбирала себе платье, когда она восторженно рассказывала о своих планах на жизнь вместе с ним, когда показывала мне фотографии, где они выглядят очень даже влюбленной парой, я не смогла это сделать.

Вчера мне открылась очень большая правда на Дерека, не только как на бывшего парня, но и как на человека. Я поняла причину наших редких встреч и звонков, его постоянных поездок и командировок. Даже его квартира, и та оказалась не настоящей.

Я вспомнила многое, что происходило за последние два года и почувствовала свою вину за то, что все это время получала то, что по праву мне никогда не принадлежало.

– Мы вчера все выяснили, Дерек. Что ты еще хочешь от меня? – спрашиваю, продолжая ставить на поднос еду и выбирать взглядом напиток.

Вчера, после того, как я пообщалась к Амелией, Дерек вызвался меня проводить до такси. Я думала, что, свернув за угол дома, я сверну его шею и выскажу ему все, что о нем думаю, но мне даже не хотелось открывать рот в его сторону. Зато его рот – не закрывался.

Он лез ко мне обниматься, призывал одуматься, говорил, что Хантер мне не подходит и что рядом со мной не место таким ублюдкам. И вот тогда мое решение не трогать его, резко изменилось в сторону его правого глаза, под которым сейчас красуется украшение фиолетового цвета.

– Я… – он трет затылок, собираясь с мыслями, – я хочу извиниться за вчерашнее. Прости, что так себя вел. Я немного перебрал и наговорил тебе лишнего, —пытается словесно оправдать свои поступки.

– Извинился? Все, мне пора, – безэмоционально отвечаю и собираюсь уйти прочь от него. Но его рука резко хватает меня за запястье и тянет на себя, из-за чего поднос с едой и соком падает на пол, раздаваясь оглушительным звуком боя посуды.

– Прости, сейчас все уберут, – он отворачивается и двумя пальцами подзывает официанта к нам.

– Ты… Дерек, какой же ты все-таки… – не могу подобрать слов, которые опишут мое отношение к нему, особенно сейчас.

Что вообще меня в нем привлекло тогда? Разве он всегда был таким?

Я опускаюсь на колени, собирая осколки и рассыпанное блюдо обратно на поднос.

– Зачем ты это делаешь? Есть люди, которые получают за это деньги. Встань, Тея. – Он тянет меня за предплечье, но я отдергиваюсь, ощущая гнев, который переполняет меня.

– Отпусти меня. Я, в отличии от тебя, ценю труд других людей. Люди, работающие здесь, не обязаны убирать за мной то, то, что они не делали!

До конца убрав все осколки, я поднимаюсь и, твердо