Нора Робертс - Секс как орудие убийства Страница 49

– Это было бы здорово, – задумчиво произнес Ке­вин. – Пикник в парке, рандеву во второй половине дня… Да, это будет забавно. Пора менять методы. Попробуем озадачить полицию резкой сменой деятель­ности.

– Игры в дневное время. Думаю, это заставит их почесать в затылке.

ГЛАВА 13

– С кольцами пока ничего не получается, – сказа­ла Ева своей бригаде.

Пришлось встать на уши и даже подкупить клерка плиткой швейцарского шоколада, но комнату для сове­щаний она все же выбила. К счастью, шоколада у Рорка хватало, так что он только фыркнул, узнав о подкупе.

– Удалось выяснить лишь одно: это не фамильное наследство. Ювелир, которого нашла Пибоди, подтвер­дил, что кольца не старинные. Если камни и оправа настоящие, каждый стоит около двухсот пятидесяти тысяч.

– Любой малый, который носит на пальце четверть миллиона, – баба и пижон, – откликнулся Фини.

– Согласна. Вероятность того, что они бабы и пи­жоны, весьма высока. Я хочу провести поиск в мировом масштабе и поручить это дело ОЭС.

Кроме всего прочего, у Евы был собственный ис­точник сведений о пижонах. Рорк сам не носил украше­ний, но разбирался в них, поскольку часто покупал ювелирные изделия для любимой жены.

– Видеотехник работает с официантом, но дело идет медленно. Джамаль запомнил кольца лучше, чем их владельцев. Можно получить видеозаписи, сделанные в «Паласе» за последние две недели, но на просмотр по­требуется время. Если повезет, мы обнаружим на них наших подопечных. Я займусь этим лично, а параллель­но – конечно, если за утро ничего не случится – по­прошу нашего свидетеля согласиться на гипнотерапию.

– Нет гарантии, что они приходили в «Палас» без грима, – вставил Макнаб, и Ева одобрительно кивнула, что позволяла себе редко.

– Верно, но в любом случае это позволит более точ­но определить их внешность. Сколько веревочке не вить­ся… – Она пристально посмотрела на Фини. – Есть прогресс с компьютером из киберкафе? Ну, не тяни ре­зину!

– Наконец-то спросила… Мы просмотрели почти все «чаты». Ты не поверишь, сколько дерьма люди посылают друг другу! В девяти случаях из десяти – это порнографические сайты.

– Это только подтверждает мое мнение о большинстве жителей Нью-Йорка.

– Второе место занимают развлекательные сайты, третье – финансовые. За ними идут личные послания по электронной почте. Наиболее перспективное имя пользователя – Вордсворт (Вордсворт (Уордсуорт) Уильям (1770 – 1850), анг­лийский поэт-романтик, представитель «озерной школы».). Все его сообщения защи­щены. Пока продираешься сквозь первый уровень за­щиты, этот шутник отправляет тебя в другое место. На­пример, в Мадрид. Начинаешь шуровать там – и вдруг оказываешься в Австралии. А потом…

– Картина ясна. Что тебе удалось обнаружить?

Фини помрачнел и полез в карман за орехами.

– Пока что я расшифровал только одно сообщение. Похоже, что всего их было три. Может быть, четыре. То, с которым я имел дело, адресовано некой Стефани Финч. Вешает ей лапшу на уши.

– Перекинь эту лапшу и ее адрес на мой компью­тер. Фини, ты электронный гений.

Он слегка приосанился.

– Как будто я сам этого не знаю… Мне бы только соснуть пару часиков, а потом электронный гений сно­ва возьмется за дело.

– Ладно, на сегодня все. Я еду в город. Пибоди, ты со мной. Нужно заправиться, – сказала Ева, направив­шись к лифту. – Купишь мне шоколадную плитку. Встретимся в гараже в десять. Я еще должна зайти к се­бе в кабинет.

– Буфет тут за углом, – заметила Пибоди.

– Все здешние автоматы ненавидят меня. Крадут же­тоны и смеются мне в лицо.

– Наверно, потому что вы пинаете их ногой.

– Нет. Я луплю по ним кулаком. Значит, шоколад­ную плитку, – повторила Ева. Не дожидаясь ответа, она вошла в кабину лифта, достала мобильник и позвонила видеотехнику.

Пибоди только вздохнула и пошла в ближайший бу­фет. Пока она пыталась придумать, что взять для себя, подошел Макнаб.

После вчерашнего вечера Пибоди ждала, что Йен ущипнет или шлепнет ее. Но Макнаб просто остановил­ся рядом с ней, засунув руки в два из двенадцати карма­нов, украшавших его ярко-желтые брюки.

– Как дела? – спросил он.

– Нормально. Хочу купить съестного. – Поняв, что Даллас может продержать ее в городе до вечера, Пибоди решила отовариться поосновательнее.

– Если ты переживаешь из-за вчерашнего, то напрас­но. Все это ничего не значит.

При воспоминании о пицце, жаркой любовной сце­не на полу ее гостиной и втором, более тщательном со­вокуплении в ее постели, у Пибоди засосало под ложечкой.

– Конечно. А кто говорил, что это что-то значит?

– Я просто хочу сказать, что тебе не из-за чего сму­щаться и расстраиваться. Ты по-прежнему совершенно свободна и можешь встречаться с кем угодно.

Она повернулась к Макнабу, стараясь сохранить бес­страстное выражение лица.

– По-твоему, я выгляжу смущенной или расстро­енной?

– Слушай, если ты не хочешь говорить об этом, то и не надо. – Гнев, владевший Макнабом, наконец вы­рвался наружу. Чарльз бесстыдно демонстрировал Пи­боди свою новую пассию, а она все еще не понимала, что собой представляет этот тип. – Все знали, что это ничем хорошим не кончится. А если ты думала по-дру­гому, то ничего другого и не заслуживаешь.

– Спасибо за диагноз. А теперь… – она поискала подходящие слова и воспользовалась любимым выра­жением Евы: – Поцелуй меня в задницу!

Оттолкнув его локтем, Пибоди направилась к бли­жайшему лифту.

– Ну и ладно! – Макнаб пнул ногой автомат и раз­машисто зашагал в другую сторону. Если Делия пере­живает из-за того, что любимый дружок трахает другую женщину чуть ли не у нее на глазах, ему нет до этого никакого дела.

Когда Пибоди добралась до гаража, она съела почти все купленное в буфете. И была вне себя. Оказавшись в машине, Ева молча протянула руку – и чуть не зашипе­ла, когда Пибоди брякнула плитку ей на ладонь.

– Мне нужно было дать ему пинка в зад! В его то­щий, костлявый зад!

– О, боже… Не начинай.

– Я не начинаю. Наоборот, кончила. Эта свинья смеет говорить мне, что я не должна смущаться и рас­страиваться, потому что вчерашний вечер ничего не значит!

«Я ничего не слышу, ничего не слышу, ничего не слышу», – твердила себе Ева, но это легче сказать, чем выполнить.

– Финч живет на Риверсайд-драйв. Одна. Работает в авиакомпании «Интер-Компьютер Эйр» пилотом са­молета, совершающего челночные рейсы из Нью-Йор­ка в Лондон.

– Он сам пришел ко мне с этой дурацкой пиццей, улыбаясь во весь рот!

Ева пришла в отчаяние, но заставила себя проигно­рировать это восклицание.

– Ей двадцать четыре года. Не замужем. Прекрас­ная мишень для убийцы номер один.