Семнадцатый - Эмилия Вон Страница 42

– Ты сейчас разговаривала с собакой? – поинтересовался Диего, подходя ко входу в здание.

– Говорю, какой ты очаровательный… придурок – ответила я, проходя через двери, которые Диего галантно распахнул передо мной.

Чапи снова залаял, и я рассмеялась.

– Мило, – заметил Диего, в такт шагая рядом со мной. Мы остановились у стойки ресепшен, где молоденькая девушка, держа телефонную трубку возле уха, подняла палец, прося немного подождать. Диего склонился ко мне, едва касаясь губами моей кожи, и горячий шепот обжег мое ухо:

– Приятно сознавать, что ты все еще теряешься при виде меня, милая мисс очарование… – Он нарочито провел носом вдоль моего уха, заставляя меня судорожно вздохнуть и закрыть глаза. – Заноза в заднице.

Вот же…

Я открыла глаза, когда он отступил назад, его губы растянулись в дьявольской усмешке. Прищурившись, я смотрела на него, стараясь привести дыхание в норму и найти нужные слова для самодовольного наглеца, стоявшего прямо передо мной. Но язык отказывался повиноваться. Как обычно, когда дело касалось его…

«Да, так было раньше, когда ты была в него влюблена, а значит…» – злобно прошипел мой внутренний демон.

«Нет, нет, нет. Это в прошлом! Не вздумай снова влюбляться, Селена!» – закричало мое ангельское сознание, ответственное за здравый смысл.

Менеджер за стойкой прервала мои внутренние дебаты, встав из-за стола и тепло улыбнувшись нам. Вернее, Диего:

– Buenos días43!

Ее ослепительная улыбка сверкнула, как бриллиант, а светлые локоны, переброшенные через плечо, открыли глубокое декольте ее блузы. Легко опершись руками на стойку, она сдвинула их чуть ближе друг к другу, сделав акцент на своих формах. Я повернулась к Диего, надеясь увидеть, оценил ли он ее открытый флирт, но заметила, что он погружен в экран своего телефона.

Меня странно радовало, что Диего оставался прежним. Его внимание невозможно было завоевать такими уловками. Даже в школе, несмотря на свою популярность, он не был типичным бабником, который тащил в постель всех девчонок. Диего никогда не пользовался своим статусом звездного спортсмена ради случайных связей. Кроме того, он не искал краткосрочных отношений. Во всяком случае, так было раньше, когда мы еще что-то значили друг для друга. Что происходило потом, я не имела понятия.

После нашего разрыва я избегала новостей о его карьере и личной жизни в соцсетях, сознательно обходила стороной спортивные каналы, чтобы случайно не наткнуться на упоминание о нем. Я даже запретила Каталине рассказывать что-либо о Диего – опасалась, что начну искать информацию сама. Однажды она вскользь упомянула, что ему предложили перейти во взрослую команду испанской лиги, но я быстро сменила тему, не желая знать подробности.

Я понимала, насколько важным было для Диего приглашение от «Королевских щитов», поэтому, когда прошлой осенью в Барселоне увидела его на огромном рекламном щите, объявлявшем о предстоящем дерби44 между «Барселоной» и «Королевскими щитами», где Диего гордо стоял в своей белоснежной форме, я почувствовала, как сердце забилось быстрее. Одна счастливая слеза скатилась по моей щеке, но я быстро стерла ее, притворившись, что пустота внутри не становилась шире всякий раз, когда я возвращалась в Испанию.

Но, говоря откровенно, стоило признаться: после это случая я неосознанно начала искать встречи с ним, бродила по улицам Мадрида, куда мы с Коннором приезжали по моей просьбе. Я прикрывалась любовью к этому городу, но настоящая причина заключалась в любви к другому мужчине.

Однако в тот день, когда мне позвонили насчет работы и прислали документы на ознакомление, я и представить не могла, что моим новым начальником окажется Диего. Я была готова согласиться на любые условия, лишь бы мне обещали достойную зарплату, которая помогла бы Тео с лечением. Я не могла подвести ни его, ни папу с Энни, которые на меня рассчитывали. Деньги были необходимы, но продолжать работу с Коннором я уже не могла. Поэтому, когда спустя несколько дней мне пришло приглашение на собеседование по электронной почте, я вскрикнула от радости прямо посреди небольшой квартиры Каталины со слезами счастья в глазах и твердым намерением принять любые условия, какими бы они ни оказались, если пройду интервью.

Но не стоило забывать о законах Вселенной, которая исполняет наши желания, воспринимая порой их слишком буквально.

Я подписала все бумаги после встречи с Муниром Браско, даже не подозревая, что он агент Диего. Условия конфиденциальности строго оговаривали, что личность Диего и информация о клубе будут раскрыты только после подписания контракта и личной встречи с ним.

Я понимала необходимость подобных мер защиты, потому что в наше время люди были готовы на любые безрассудства ради встречи с кумирами. Тем не менее я решила узнать подробнее, кого представляет Мунир Браско, особенно когда просьба о выплате двухмесячной зарплаты и аванса была удовлетворена без лишних вопросов. Но из-за разрыва с Коннором и «Феррари», поиска нового жилья в Мадриде и новостей о скором начале экспериментального лечения Тео это совсем вылетело у меня из головы.

И это стало моей ошибкой – катастрофой вселенского масштаба.

Резкий толчок в бок вернул меня к реальности. Диего смотрел на меня с немым вопросом: «Ты в порядке?». Я кивнула и перевела взгляд на блондинку.

– Buenos días. Меня зовут Селена Маккой. У нас запланирована фотосессия в одиннадцать часов, – ответила я, раздражаясь от того, что все это время она не сводила глаз с Диего. – Нас ждут, поэтому, если вы закончили рассматривать его, подскажите, куда нам идти.

Девушка покраснела и опустила взгляд к экрану своего ноутбука, проверяя информацию. Убедившись, что я права, она указала на длинный холл.

– Вам нужен пятнадцатый этаж. Лифт справа в конце зала.

– Спасибо, – бросила я с самой милой улыбкой, на какую была способна, и взяла Диего под руку. Мы двинулись вперед, оставив девушку позади.

Некоторое время мы шли молча, но как только двери лифта за нами закрылись и я поставила переноску с Чапи на пол, Диего нарушил тишину:

– Тебе стоит найти хорошего мастера по маникюру.

Немного шокированная этим заявлением, я медленно опустила взгляд на свои ногти с аккуратным нюдовым покрытием, а затем подняла глаза на босса в поисках объяснений, но увидела лишь ухмылку.

Он наблюдал за моим раздражением, опустив руки в карманы брюк, отчего его мускулы под тканью напряглись. От этого взгляда в замкнутом пространстве мне стало жарко, и он, конечно же, заметил это, хоть и попытался скрыть улыбку.

Придурок.

– И что это значит? – спросила я, высоко поднимая голову и прищурившись.

– С твоей ревностью,