Друг. Любовник. Муж. 3 часть - Александра Седова Страница 14

— Зачем к гадалке? Я и сам погадать могу. — Хватает меня за руку, пальцем по ладони водит, изображает как будто что-то там видит. — Ну вот же, черным по белому написано, что я твоя судьба. — Улыбается отпуская мою ладонь.

Шутки он мне тут шутит. Придурок.

Смотрим друг на друга не моргая, игра взглядов, негласная война, противостояние. Кто отведет глаза первый, тот сдался, согласился с мнением оппонента.

— Я не отступлюсь. — Заявляет и самодовольно вскидывает подбородком, пухлые губы в улыбке растягивает.

Внезапный хлопок водительской двери заставил меня моргнуть и посмотреть на вышедшего из машины Федю. В отличии от нас с Даном, он сразу заметил появившегося из полицейского участка Никиту.

Бросаюсь к нему со всех ног. Старый с Даном следом, окружаем его.

Никита молча, трясущимися руками, которые все в крови, достаёт сигарету из пачки. Его внешний вид вызывает ужас. Рукава белой рубашки в крови, несколько крупных кровавых капель на штанах и много мелких на груди.

Никита спокойно закуривает, разом втягивает в себя пол сигареты и выдувает горячий серый дым через ноздри. Обнимает меня одной рукой, лицо на моё плечо опускает.

— До суда доживёт? — интересуется Федя.

— Куда он денется. — Отвечает Кит. Голову от моего плеча отрывает, на друзей смотрит. В его карих глазах еще мелькают обрывки событий из камеры, вперемешку со злостью и лютой ненавистью. Бросает дымящуюся сигарету на асфальт. Двумя руками меня обнимает, прижимает к себе, жадно и громко вдыхает запах моих волос, глотает его, как успокоительное.

— Поехали домой. — Произносит и улыбается. Берет меня за руку, тянет за собой к его машине, даже с друзьями не попрощался.

Оборачиваюсь назад, киваю в знак прощания парням, натыкаюсь на удовлетворённое лицо Феди. Он словно сам моему насильнику вмазал. Перевожу взгляд на Дана, а тот челюсть сжал, так, что желваки округлились, пристального взгляда с меня не сводит. Мороз по венам от этого взгляда…

Глава 12

Пока доехали от полицейского участка до нашего тихого загородного посёлка, уже совсем стемнело. Никита остановил машину во дворе и нажав на ручник откинулся в кресле. Яркие фары освещают красивый фасад нашего дома, который он когда-то купил для меня погрязнув в долгах, и все ради того чтобы у меня был дом с камином как на картинке из журнала. В безмолвном напряжении притаилась готовность поговорить, озвучить мысли, раскрыть душу. Я практически не боюсь того что он скажет, страшнее жить в неведении и каждый день выстраивать догадки о его отношении ко всей ситуации и ко мне. Но волнение все же присутствует, ощутимо будоражит кровь, разгоняет по венам тревогу.

Он не торопится выходить из машины, и я следуя его примеру, покорно жду, совершенно не понимая к чему готовиться.

— Никит, прости меня, — не выдерживаю и заговариваю первая. — Это я во всем виновата! Если бы я не сбежала от твоего сюрприза, ничего этого бы не произошло.

Смотрю на него готовая принять любое наказание, ожидая встретить упрёк или ненависть. Но вместо этого, Никита отвечает изумленным выражением, руку протягивает, зажимает ладонью от которой пахнет кровью мой рот, и крепко зажмуривается не желая даже слушать то что я говорю.

— Глупости не говори. Пожалуйста, просто помолчи сейчас. — Говорит и убирает руку от моего лица. — Не смей винить себя, чтобы я этого больше не слышал. Ты моя жена, я взял на себя ответственность защищать тебя и оберегать чтобы ни случилось. И я не справился. Я подвел тебя. Не предусмотрел, не уберег, допустил… — Он снова зажмуривается и бьёт кулаком по рулю, распугивая летящих на свет фар мотыльков громким гудком. — Если кто и виноват, то только я. — Кривит губы в горьким отчаянии, поворачивается ко мне, всем своим видом демонстрируя крайнее сожаление и свою вину.

Хватаю его за голову, зажимаю в руках, заставляю смотреть на меня.

— Нет, что ты… — шепчу и слышу как дрожит мой голос. — Ты не экстрасенс, ты живой человек, ты не мог все предусмотреть. — Хочу чтобы ему стало легче. Чтобы стало легче нам обоим.

— Кир, я виноват. — Опускает руку на моё запястье и нежно сжимает. Отрывает мою руку от своей головы и прижимается к ней губами. — Я так сильно люблю тебя и не смог уберечь. Я обещал что ты никогда ни в чем не будешь нуждаться, обещал сделать тебя счастливой…

— Кит, с тобой я самая счастливая! — глажу его щеку, сгораю от любви и нежности к нему. — Давай просто забудем об этом, мы оба. Как будто ничего не было, хорошо? — двигаюсь к нему ближе, ловлю носом запах его дыхания вперемешку с отчаянием и дикой болью обжигающей мои легкие. — Я люблю тебя. — Сжимаю его щеки и касаюсь губами его нежных губ. Так сильно хочется оставить все позади, стереть из памяти, навсегда забыть и никогда не возвращаться к этой ситуации даже мыслями. Я чувствую что могу это сделать. Могу перешагнуть и двигаться дальше. Главное, чтобы и он смог.

Заходим домой, Никита по обыкновению опускается на корточки и расстегивает застёжки на моих туфлях, помогает разуться. Затем идет сразу в ванную по пути расстегивая окровавленную рубашку. Пуговица за пуговицей избавляясь от боли, насытившись вкусом отмщения. Я словно его тень, беззвучно иду следом, мягко ступая босыми ногами по полу. Захожу за ним в ванную, помогаю расстегнуть последние несколько пуговиц и стягиваю верх рубашки освобождая его широкие плечи. Касаюсь губами его груди, теряю голову от запаха его тела, от моих любимых духов которые смешались с потом, с чужой кровью и безумием. Горячая страсть поднимается из живота и пламенным потоком охватывает нас обоих. Жарко впиваюсь в его шею, всасываю его кожу, кусаю раздувшиеся на шее вены. Кит скидывает с себя рубашку, подхватывает меня и усаживает на край ванны, прижимаясь налитым членом к моей промежности. Чувствую его сквозь ткань, и слегка поскуливаю от досады что он ещё не во мне. Никита задирает моё платье оголяя бедра, запускает руку за кромку невесомых кружевных трусиков и гладит пальцами нежную чувствительную плоть, из которой сочится доказательство того как сильно я его хочу. Опираюсь руками о противоположный бортик ванной, спину выгибаю от удовольствия, тихо, едва слышно постанываю.

— Кит, хватит. Просто возьми меня! — требую не в силах дождаться. К черту предварительные ласки, еще немного и я задохнусь от собственной похоти. Сгорю от необузданного желания разжигающего неимоверную страсть.

Никита вытаскивает мокрую руку из моих трусиков, расстегивает ремень на