Женить короля любой ценой - Виктория Серебрянская Страница 93

— С… с… с… — зашипела я разъяренно, пытаясь не дать матерным словам сорваться с губ. — Вот же сын дворовой собаки! — сумела я таки выразиться обтекаемо. Меня аж трясло от злости. Но я постаралась взять себя в руки и на всякий случай уточнила: — А твой брат?

— Казнь… — едва слышно прошелестела Алисия, не поднимая головы. Но потом вдруг вскинула на меня повлажневший взгляд до предела расширенных глаз: — Полина, ты не подумай! Это не шантаж! Просто… Просто Его Величество в отчаянии и не знает, как еще попросить у тебя прощения, сделать тебе приятно. Видела бы ты, как он о тебе говорит! Вот и… И поверь, если бы не твоя просьба, то меня точно ничто бы не спасло! Я бы отправилась в орден до конца своей жизни, брат — на плаху!

— А если я дам согласие, что будет с твоим братом? — угрюмо поинтересовалась я, ощущая, как все сильнее на шее затягивается удавка.

Алисия то ли пожала, то ли передернула плечами:

— Их Величество что-то говорил насчет того, что королева будет курировать открытие школ и академий по всему королевству, отбор одаренных и их обучение. Мой брат в случае твоего согласия идет учиться.

— Академий, насколько я знаю, в Торвии и так немало, — проворчала в ответ я, уже понимая, что соглашусь на все требования этого коронованного вымогателя. Ну не смогу я отправить одного на плаху, а другую в монастырь! Тысячу чертей Эльдану в печенку! — Ладно, я подумаю до утра. Все равно король ко мне в комнаты не приходит, целитель запретил. А мне встать можно только завтра утром. А пока… Поужинай со мной, что ли. Эти два венценосных ол… — Я осеклась, напоровшись на потемневший от ужаса взгляд голубых глаз Алисии и торопливо исправилась: — …венценосных болвана завалили меня фруктами, конфетами и пирожными, и я не знаю, куда это все девать!

Наверное, моя поправка лучше не сделала. Ибо Алисия нервно хихикнула. А потом неожиданно усмехнулась:

— Если считаешь, что сладостей слишком много, то оправь их в приют. Сироты обрадуются нежданному гостинцу.

Я замерла в неудобной позе, собравшись встать с кровати:

— Какой приют?

Алисия пожала плечами:

— Любой, какой сочтешь нужным. Их только на территории столицы Торвии три штуки. Можешь отправить в любой. Можешь даже сама его посетить.

— Разрешение на посещение нужно спрашивать у целителя, — рассеянно отозвалась я, все же спуская ноги с кровати на прикроватный коврик. — А то он грозился меня привязать в спальне, если нарушу режим. То-то Эльдан порадуется! — закончила ехидно, натягивая поданный Алисией стеганый халат.

Остаток вечера для меня прошел неожиданно весело и приятно. Вызванная Миста спешно меня причесала, а потом накрыла стол на двоих. Алисия за ужином развлекала меня свежими сплетнями. Оказалось, что кривотолки и пересуды вполне могут сойти за анекдоты, если не принимать их всерьез. И я даже не разозлилась, когда два лакея, пыхтя, втащили в комнату громадную корзину, доверху наполненную конфетами, пряниками и маковыми булками. Словно Эльдан подслушал совет Алисии отправить гостинец в сиротский приют. Ведь днем от Рана прилетела птичка-вестник, держа в клюве незнакомый мне роскошный цветок оттенка вечерней зари. Я решила действительно порадовать лишенных родительской опеки детей гостинцами. И пусть себе Эльдан плетет паутины интриг, дети в этом не виноваты. А я еще слишком хорошо помнила, что такое сиротство. Пусть даже и потеряла родителей, будучи уже совсем взрослой. А с Эльданом я поговорю откровенно при первой же подвернувшейся возможности. Я уже устала от нашего противостояния. Да и он загнал меня в такой угол, откуда достойный выход лишь один. Но это не отменяло того, что я все еще никак не могла представить себе этого коронованного красавчика своим мужем.

***

Первое утро моей относительной свободы началось… бодро. Отвыкшая за пять дней тишины и покоя от суеты, я очень быстро от всего ошалела. А ведь поначалу ничто не предвещало беды…

Разбудила меня, как всегда, Миста. Пока камеристка наводила в спальне порядок, я умылась, пригладила волосы и показав своему уже румяному в отличие от первых дней болезни отражению язык, вышла в комнату, где меня уже