Целители. Вслед за мечтой - Наталья Машкова Страница 92

— Ой, не до одного!..

Ладно! Густ мигом перестроился. Взмах хвоста:

— Ну, да! Я тоже думал, что не до одного. Что одного боги оставили нормального. Порадоваться всем нам. И особенно Айсочке. А он что? Тоже кобель оказался!

— Или кот мартовский, рыбонька? — хитро прищурился дед.

Айса, хорошо набравшаяся уже волшебного чая, расслабилась настолько, что смогла, наконец, говорить. Покраснела, поднатужилась и выдала:

— Не кот!

Залилась горючими слезами. Настоящими теперь. Теми, что приносят облегчение. Вся компания вздохнула с облегчением. А "мастера" продолжали:

— А чего ж не "кот", ласточка? Коли плачешь ты?

— От счастья плачет! — ехидно вставил Густ.

И как-то особенно сильно взмахнул хвостом. Айса, глядя на этот хвост, как под гипнозом прошептала:

— Расстаёмся мы…

Шок. Неверие. И злобное шипение Густа:

— Он точно не "кот", а кобель, каких свет не видывал! А давай, Айсочка, я его укушу за что-нибудь эдакое, чтобы не был он больше гулякой и девушек не обижал? Грызану от души. А потом рот фриллом прополощу. Прямо сейчас и пойду!..

Что и требовалось, чтобы вывести Айсу из ступора! Она очнулась, обеими руками ухватилась за Густа и торопясь, скороговоркой, выдала:

— Не кот, не кобель! Он такой хороший, девочки, что и не рассказать! Я и поверить не могла, что мне такое счастье привалило… Это ведь я! Я его бросаююю!..

Обвела всех "девочек" заплаканными, красными, как у кролика, глазами и натурально взвыла:

— Как я скажу ему? Как?.. Как я брошу его?

Повисла на Аугусто. Обняла его так, что не вырваться. Кот и не пытался. Терпел. Плохо Айсочке. Ой, плохо!.. Ну, хоть плачет, как положено. Ещё как, плачет:

— Я знаю, почему всё это мне, девочки! Я ведь холодной и высокомерной была. Даже с вами! Свысока смотрела, как вы ошибки совершаете. А жизнь она вон какая!.. Чего в ней только не бывает!.. Простите меня! Все простите меня, дуру! Дура я! Несчастнейшая из дур!

Что случилось, что "несчастнейшая из дур" решилась бросить идеального и верного, даже с точки зрения придирчивых магических сущей, парня, они так и не добились от Айсы. Она молчала, как "рыбонька". Только горестно плакала.

На занятия девушки не пошли. Вместо этого явились Элвин и декан некромантов. Посмотрели, скорбно покачали головами и приказали "глаз с девочки не спускать, и если пойдёт вразнос, звать старших".

Вот они и караулили. Целый день.

А на следующий день Айса пошла уже на занятия. Потухшая и такая бледная, словно что-то высосало из неё жизнь.

Конечно, вам интересно, что произошло с "Айсочкой", что её так переклинило и она решилась одним махом сломать то, чего больше всего хотела от жизни: любовь и надежду на семью, настоящую близость и верность. Всё то, что было у её родителей. То, чего так отчаянно не хватало ей. То, о чём тосковала она ежедневно.

Вы возможно поняли уже, как серьёзно относилась Айса к Карвину. Она влюбилась в него сразу, как только поняла, что он по-настоящему "золотой", а не "позолоченный". Действительно честный, верный, прямой и преданный. Влюбилась без оглядки. И мужественно прятала свои чувства до тех самых пор, пока не поняла, что он тоже…

Он, оказывается, тоже любит её! Это было видно, понятно. И хоть ни один из них пока не сказал "те самые слова", оба понимали, что между ними всё решено. Почему молчали? Наверное потому, что в этой вот недосказанности и первой трепетности чувств есть своя, особая прелесть. Они ощущали её. И не хотели упускать.

Они пройдут все "фазы любви". Неспешно. Куда им торопиться? Любовь их от этого не станет больше или меньше. Зато они смогут лучше узнать друг друга. Познакомиться по-настоящему. И просто побудут пока бездумно счастливыми. Оба, слишком ответственные и совестливые, они, по сути, никогда не бывали в таком состоянии долго. А тут счастливы! И вместе!.. Разве не чудо, что нашёлся кто-то такой же, как ты?..

И в тот, прошлый вечер, после импровизированного бала, они не говорили ни о чём серьёзном. Почти совсем не говорили. Бродили по тёмным аллеям и мечтали. Улыбались. Грелись рядом друг с другом.

Карвин проводил прекрасную Снежную деву домой. Не поцеловал. Будет ещё это время для поцелуев. Пока время для доверия и близости другого рода. У каждого из них свои раны и опасения. Они будут уважать их.

Это Айса боялась поцелуев. У неё вообще всё плохо было с потерей контроля. Страшно! Ей было очень страшно!.. Но ещё жальче ей было, что он так и не поцеловал её.

В таком вот раздрае Айса уснула…

Чтобы встретиться с той, кому обязана была своим даром.

Богиня Мора присела на её кровать. Айса, во сне, будто бы рывком села на постели и потрясённо наблюдала, как меняются облики богини. Какой предстанет она перед ней?

Она выбрала образ пожилой женщины.

— Значит, хорошего ждать не приходится! — почему-то подумала Айса.

Наверное, угадала, потому, что богиня язвительно поприветствовала её:

— Ну, что, шутница? Готова отвечать за своё?

Айса стиснула руки в кулаки. Чтобы дрожь унять. Но ответила спокойно и коротко:

— Да, моя госпожа.

Богиню такая краткость, похоже, не устроила. Она хмыкнула, хитро прищурившись:

— Весело было придумано, признаю! Молодец! А без моего участия никак?

Теперь голос Айсы, несмотря на все её усилия, был больше похож на жалкое блеяние:

— Я не знала, как ещё… Времени не хватило подумать… Я думала, что это наименьшее зло для всех…

Богиня кивала и кивала. Молчала. Долго. Айса устала "держать лицо" и посмотрела на гостью. Прямо в глаза. Что-то увидела там. Удивительное и великое. Словно там, в этих глазах, был ответ на все вопросы и разгадка всего сущего.

Заворожили её эти глаза. Поэтому, наверное, она не испугалась сразу, в тот момент, когда проклятие упало на её