Седая целительница - Зарина Солнцева Страница 90

Кто тут сыновья альфы, прогадать нельзя было.

Высокий пострел с густыми черными волосами и голубыми глазами, как у матери, был явно недоволен, у его плеча беловолосый мальчонка с серыми глазами. Ну и рыжеволосый парень мялся позади всех.

Двери раскрылись, впуская мальчишек внутрь.

Краем уха Али все-таки успел услышать недовольный голос альфы:

— Мирослав, Белагор, я жду объяснений. Разве я вам не запрещал в одиночку охотиться на зубров? Еще и Олега за собой потянули!

— Отец, это моя вина…

— Даже не гляди на мать Белагор, ога вас от наказания на сей раз не спасет. Вы рисковали собой и своими друзьями — это не поступок достойнный моих сыновей!

* * *

— Ну что, договорился?

— К шайтану всё! Не нужны ему ни злата, ни женщины, ни богатство! У Горана Лютого есть всё! Что бы ему пусто было… И за какие заслуги боги его так наградили? Жена красой неописуемой, да нравом гибкая. Сыновья и дочь. Все преданы ему, как собаки. Ах, шайтан!

Али злобно рявкнул к небу, ощущая такую человеческую зависть.

Надо жениться. И дитя заделать. Нет, ни одного! Но и два! Три! Точно три девок, как у того рыжего вояки, и сыновей побольше.

Так он и сделает.

Эпилог II

2016, Сирия

— Мамочки, как больно… Умоляю, Господи. Помоги мне. Помоги мне…

Смахнув слезы с ресниц, молодая девушка глянула в единственный лучик солнца, что пробивался сквозь обломки упавшего здания.

— Меня не найдут… Не найдут. Я так и погибну. Я не хочу умирать. Не хочу…

— Эй! Есть кто живой⁈

Мужской голос звучал набатом. Наверняка это плод ее воображения. Но девушка дернулась на месте, поморщившись от боли в ноге, в которой торчал прут, и закричала что есть силы.

— Я!!! Я здесь, помогите! Помогите!

Родная речь звучала как музыка для ушей. Ее нашли свои. Свои!

— Андрюха, я голос слышал. Кажись, там еще кто-то есть.

— Да ладно тебе, Свет, опять ты со своим альтруизмом. Нет там никого. Проверяли же.

— Подержи автомат. Я проверю.

Шум чьих-то шагов и скрип отодвигающихся в сторону камней и пронзительный луч света. От которых девушка зажмурилась. Неужели она выживет?

— Оп-па, и кто у нас тут?

Приятный мужской голос был бальзамом на душе молодой девушки. А стоило узреть на плече военного родной флаг, как она и вовсе облегченно выдохнула.

— Помогите, пожалуйста.

Красивое лицо военного вытянулось. Зеленые глаза по-доброму блеснули, а губы растянулись в ободряющей улыбке.

— Еще и наша. Как здесь очутилась, красавица?

Девушка закатила глаза на комплименте. Ведь мало в ней сейчас красивого, испачканная в крови, припорошенная пылью уже больше суток здесь лежит и потеет!

— Я журналистка. Пишу статью про наших парней в Сирии.

— Вот оно как. — хмыкнул молодой мужчина в каске с нашивкой врача на плече. — Так, милая, кроме вот этого прутика в ножке, еще что-нибудь беспокоит?

— Пить хочется и есть.

— Сколько ты тут лежишь?

Ответить девушка не успела, рация на бронике парня ожила грубым мужским басом.

— Свет, что там у тебя⁈

— Отправляйте вертушку, командир. Наша девчонка-журналистка под завалами. Срочная госпитализация, прут застрял в ноге, будем надеяться, что вены не задеты. Нерв тоже.

— Вот те на… Жди, сейчас будет тебе вертушка.

— Не плачь, красавица. Все закончилось, сейчас мы тебя в лагерь заберем.

— Я не красавица, — насупилась брюнетка, невольно краснея под пристальным взглядом такого красавчика. — Русланой меня зовут. Руслана Волкова, начинающий корреспондент журнала «Герои нашего времени».

— А я Никита Светлов, военный врач. Будем знакомы, красивая девочка Руслана.

Брюнетка еще сильнее заробела под взглядом светловолосого врача, глянула на протянутую крепкую ладонь в военной перчатке и робко вложила туда свои пальцы.

— Будем знакомы.

Шепнула она обсохшими губами. Отводя взгляд. Парамедик занялся раной на ее ноге, попутно развлекая разговором.

— Итак, девочка Руслана, жених-то у тебя есть?

— Н-нет… — шепнула девушка, стараясь не заплакать от боли, все-таки нога болела нещадно. — А вам-то какое дело?

Нахмурилась брюнетка в лице, поджав пухлые губы, на что Никита хмыкнул, прищурившись хитро.

— Как какое? Самое что ни на есть прямое. Тебя увидел и сразу надумал жениться.

— Да вы издеваетесь!

Возмущенно фыркнула девушка, ощущая легкость на сердце от этих добрых глазах напротив и милой улыбочки. Парень и вправду был светлым и жизнерадостным, а еще очень красивым. Еще и флиртует.

Но это, наверное, психологический прием, чтобы она тут сырости не разводила и истерику не закатила.

— Не надо, — высоко задрала нос девушка, принимая серьезный вид.

— Что не надо?

Парамедик стянул военные перчатки и аккуратно разрезал штанину прям до середины бедра.

— Не надо разговаривать со мной как с дурой! — раздраженно фыркнула Руслана, краем глаза наблюдая за удивительно длинными, изящными пальцами молодого мужчины. — Я вам не маленькая девочка!

— Я тебя умоляю, — фыркнул парамедик, достав шприц со своего рюкзака. — Вот задница, в которой мы все дружно попали, она не маленькая, тут я согласен. А ты еще какая маленькая.

Руслана поморщилась, зажмурив глаза в ожидании больного укола иглы. Но почувствовала лишь нежные пальцы парамедика на внутренней стороне бедра.

— И вообще, голову надо оторвать идиоту, кто тебя сюда пустил.

— Я сама вызвалась.

Фыркнула девушка, ощущая, как свинцовая стружка оседает на веках, заставляя спать.

— Ну и тебя выпороть хорошенько.

Сквозь вату звучал голос светловолосого парамедика. Последнее, что увидела девушка, прежде чем уснуть, был его образ и тихий, но уверенный.

— Спи, маленькая.

— Не отпускай…

Шепнула она испуганно, и крепкие пальцы сжали нежную ладонь.

— Держу.

* * *

— Волкова, задницей кверху, уколы пришло время делать.

Руслана отвела книгу в сторону и прикусила нижнюю губу при виде знакомой медсестры.

Опять смена этой грымзы! А синяки только зажили с понедельника! Вот воистину у кого руки из жопы растут.

— Волкова, давай быстрее, мне некогда с тобой лясы точить!

Фыркнула высокомерно медсестра в ультракрасном медицинском костюме. Вредная и злая баба. Такой задницу хотелось показать исключительно без уколов!

Но деваться было некуда.

Она уже две недели как в военном госпитале отлеживается. Ведь, кроме ноги, еще и апединкс вовремя подоспел! Оперировали ее уже здесь, в Питере, но от этого мало приятно было. Торчать столько в палате! Лицезреть вот таких кикимор!

— Сейчас.

Буркнула брюнетка, нащупав под подушкой закладку для книги. Тянуть время получалось не специально, просто тело защищалось от болючих уколов как могло.

— Быстрее, я сказала! Ты тут не цаца какая-то, чтобы я тебя ждала!

Рявкнула пискливым голосом эта самая мегера Вика, судя по бейджику на