Антанати. Первородная - Ксения Широ Страница 90

нарядах — так обычно торговцы на тёмной стороне объявляли о том, чем они торгуют. У борделя, например, на двери изображались сцены соития с недвусмысленными позами и прорисовкой половых органов, оружейник имел на двери рисунок скрещивающихся клинков и щитов, а у работорговца соответствующе — рабы. Днём эти картины на дверях занавешивают серыми плотными тканями и никто не открывает дверь даже если очень просить, поэтому днём в трущобах делать нечего и на их улицах бродят только бродяги, пьяницы и беспризорники. А вот ночью, тут открывается совсем другой мир.

Я толкнула разрисованную дверь и уверенно вошла в едва освещённое помещение. На входе стоял мужик в кожаной броне и с мечом на поясе. Невидимость я сняла у входа, так что теперь охранник разглядывал меня с интересом.

— Купить или продать? — пробасил здоровяк нахмурив брови.

— Купить. — коротко ответила и похлопала по кошельку, чтобы монеты внутри звякнули, показывая таким образом что деньги у меня есть.

— Проходи. — Разрешил здоровяк и отодвинул в сторону тяжёлую штору, за которой находился коридор.

Я уверенно пошла вперёд, попутно отмечая, что в коридоре гораздо светлее чем в так называемой прихожей. Через двадцать пять шагов коридор закончился узкой красной дверью с позолоченной ручкой. Я стукнула в дверь единожды и этого оказалось достаточно, чтобы меня пригласили войти.

— Скверная ночь предстоит торговцу живым товаром, если в его обитель явилась столь юная и красивая леди! — Расплылся в улыбке мужчина средних лет с лысиной на голове и очень тёмной бородой до середины груди, которая была украшена разного рода цветными бусинами. Гном. — Хотите купить раба для ночного пользования? Или вам нужна отдушина чтобы выместить на ком-то своё раздражение? У меня есть мужчины и женщины на любой вкус, а также дети от десяти лет.

Я внутренне содрогнулась представив себе перспективы этих людей. Но у меня есть чёткий план, ради которого я и здесь. Сейчас не стоит отвлекаться на лишнее.

— Мне нужен твой самый больной и израненный раб. — Как можно ровнее произнесла, стараясь чтобы голос не дрогнул, всё-таки покупать живой товар мне ещё не приходилось и волнение предательски пробивалось наружу. — Что можешь мне предложить?

— Интересный запрос у вас, леди… — гном сделал вид что призадумался, но по глазам было видно, что у него есть целый список таких. — Думаю у меня будет пара вариантов…

— Показывай. — Кивнула я, а работорговец расплылся в улыбке ещё шире, обнажая ряд зубов, половина из которых были золотыми.

— Сюда, юная госпожа, — он встал из-за стола и прошёл к небольшой неприметной двери около одного из стеллажей с какими-то артефактами. — Следуйте за мной, у меня имеется несколько рабов под ваш запрос, только они настолько плохи, что я предпочитаю держать их отдельно от здоровых.

Мы сначала вошли в небольшую комнату, где с потолка свисали полупрозрачные ткани, за которыми я могла разглядеть едва уловимые движения. Видимо здесь находится самый лучший «товар», раз тут хорошо пахло и было относительно чисто. Но в этой комнате мы не задержались. Гном повёл меня дальше, за плотную штору, где находились жилые комнаты рабов. Дверей у этих комнат небыло, только деревянная решётка вместо наружной стены. Но и тут мы не задержались, у самой дальней стены оказалась ещё одна небольшая дверь, которая, как оказалось, вела в подвал.

Хотя и подвалом это помещение сложно было бы назвать. Короткая деревянная лесенка вела в настоящую нору, вырытую прямо в земле. Стены её ничем не подпирались и были совершенно голыми, потолок был настолько низкий, что даже мне приходилось нагибаться, а вот гном мог идти в полный рост, правда изредка задевая лысиной либо свисающий с потолка светильник, либо неровность оставленную при подкопе. По бокам от основного туннеля были вырыты ещё несколько нор с тонкими деревянными решётками, с небольшой дверцей.

Гном повёл меня в третью клетку слева. Там в углу сидел старик в серой робе и с кандалами на руках и ногах. Он тяжело дышал и периодически хрипло кашлял.

— Снерг. Старый и больной раб. — не без отвращения сказал работорговец и пропустил меня вперёд.

Я подошла и присела на колени, чтобы разглядеть старика. В правой руке я уже приготовила заклинание исцеления, и пока делала вид что рассматриваю раба для покупки, быстро провела диагностику его состояния и применила на нём отложенное исцеление. Это заклинание будет постепенно лечить пациента, пока его тело не придёт в норму, занять весь процесс должен от нескольких дней до пары недель. Всё это ради того чтобы гном не заметил моего вмешательства и не поднял тревогу. Вот бы было весело если бы, ещё секунду назад, медленно умирающий старик, вдруг вскочил на ноги и бодро начал скакать по своей камере.

Я встала, повернулась к гному и отрицательно покачала головой.

— Не подходит? — поднял густые брови гном. — Что ж, в соседней камере есть ещё один…

Я оказалась в камере напротив, где у самой решётки валялся молодой парень. Он был бледный, всюду где можно было увидеть, на теле виднелись синяки и ссадины, а сам он был покрыт холодным потом. Горячка.

— Что с ним? — как можно равнодушным тоном поинтересовалась я у работорговца.

— Привезли уже в таком виде, — пожал плечами гном, даже не поведя и бровью. — Третьи сутки в бреду валяется.

Я отвернулась от входа и снова использовала отложенное исцеление.

— Не подходит. Что есть ещё?

Гном показал мне ещё парочку больных или раненных рабов, но все они были не настолько в плохом состоянии, которое было нужно мне. Отложенное исцеление поставит их на ноги в течении недели или двух, а мне нужен был экземпляр, который бы нуждался в срочном или немедленном исцелении.

— Я, кажется, не так выразилась когда попросила самого больного и израненного? — Вкрадчиво обратилась к гному, выходя из очередной клетки, где держали девочку лет двенадцати. — Мне нужен товар, находящийся при смерти!

— Н-но, — замялся гном, видя что моё терпение на исходе, и что ни один из предложенных им вариантов меня не устроил. — Леди, зачем вам тот кто в любую минуту может отбросить концы?!

— Не твоё дело. — Коротко отрезала я, но работорговец не унимался.

— Нет-нет, как раз таки моё! — стоял он на своём, даже повысил голос на меня. — Моя репутация может пострадать, знаете ли! Если раб умрёт не дойдя даже до дома нового хозяина, что обо мне скажут как о торговце?! Что я продал не качественный товар?! Не-ет, мне это не нужно! Или вы говорите зачем вам нужен такой раб, или я умываю