Последователи Хаоса - М. К. Лобб Страница 83

Говорят, в день, когда Хаос потерпел поражение, пошел дождь.

Это, определенно, так.

Причиной падения стали его дети.

Дамиан рискнул взглянуть через плечо на тело Милоса и других мертвых последователей Хаоса. Укол боли пронзил его сердце.

Терпение, возлюбленная Хаоса, лишь с грустью наблюдала за его уходом. И хотя сердца обоих переполняла жажда мести, она не спешила к нему. Только ждала, потому что знала: у каждой войны есть конец и за каждым грехом следует наказание.

– Нет, – прошептал Дамиан, и воздух испарился из его легких. Маленькая часть его души затихла в изумлении. Конечно, Роз не была святой, но она действительно последовательница Терпения. Может, в этом крылась одна из причин его любви к ней? Может, поэтому больше всего на свете он желал радовать ее? Да, Хаос был опасным и непредсказуемым, но его преданность Терпению оставалась непоколебима.

Фалько ошибалась. Роз никогда не будет стоять в стороне, пока Дамиана убивают. Она ненавидела святых и не подчинялась их правилам. Она наверняка разорвет этот порочный круг.

Она должна.

Буря взревела, и дождь хлынул еще сильнее. Роз в напряжении вытянула руки по бокам, но ее лицо оставалось расслабленным. Фалько резко отбросило прочь от Дамиана, и он едва успел осознать, что произошло. Ее словно утянули в шторм невидимые руки. Роз вздернула подбородок, и остальные солдаты тоже начали исчезать один за другим. Дамиан гадал, суждено ли им утонуть. Он надеялся на это.

Взглянув на Роз, Дамиан испытал мимолетное облегчение. Она медленно направилась к нему. Когда приблизилась, буря стихла, хотя непогода продолжала бушевать в нескольких дюймах от них. Они словно оказались в оке крохотного урагана, заключенные в пространство, где Фалько и ее солдаты не могли их достать. Дамиан не понимал, что происходит. Не понимал, как ей это удается. Такой силой обладали только святые.

– Ты должен остановиться, Дамиан, – произнесла Роз с мольбой в голосе. – Этого не должно было случиться.

Часть Дамиана жаждала согласиться с ней, но другая его часть – куда более сильная – восстала против этой мысли. Теперь, когда дождь больше не удерживал его в своих оковах, Дамиан чувствовал, как остатки магии вновь напитывают его кровь. Он поднялся на ноги. Огонь, который едва не потух, вспыхнул в нем с новой силой, и тоска исчезла.

– Нет, – прорычал он. – Ты должна остановиться. Почему ты вообще здесь?

– Почему я здесь? Почему я не в Базилике, где ты меня бросил? – Голос Роз задрожал.

Дамиан не позволил эмоциям отразиться на лице.

– Я пытался защитить тебя. Собирался увести Фалько и остальных прочь, чтобы тебе не пришлось принимать участие в битве.

– Потому что ты пленил их в иллюзии? Дамиан, ты не знаешь, что творишь. Ты понятия не имеешь, на что способен. И твое неведение уничтожает город.

– Да, – согласился он. – В этом и состоял мой план. Но потом появилась ты, и из-за тебя половину армии Колдера убили.

– Из-за меня? – Роз была настолько зла, что едва могла подбирать слова. – Это ты втянул их в битву, выиграть которую у них не было никаких шансов. Я лишь пыталась помешать тебе причинить им еще больше вреда. Что насчет всех остальных погибших?

– Никто больше не умер. По крайней мере, никто важный.

– Дев умер! – резко выкрикнула она. – Он, черт возьми, умер, Дамиан! – Казалось, это признание вытянуло из нее все силы. Каждый судорожный вздох, что вырывался из ее груди, заставлял вздрагивать всем телом. Только теперь Дамиан осознал, сколько усилий Роз приходилось прилагать, чтобы сохранять самообладание. – Что насчет него? Что насчет меня?

Дамиан знал, что должен переживать о смерти Дева, но ощущал лишь пустоту. Его волновала только Роз. Он многим людям желал причинить боль, но эта девушка не входила в их число. Он никогда не заставит ее страдать.

– Мне жаль. Это не должно было коснуться тебя.

– А как насчет заурядных, которые живут в заброшенном квартале Хаоса? – зло бросила Роз ему в лицо. – Что насчет домов, которые они потеряли? Ты причиняешь боль не тем людям!

– Не тем людям? – отозвался Дамиан, на шаг ближе подступая к ней. Он позволил предостережению укорениться в голосе. – Эти люди всегда ненавидели Хаос не меньше, чем все остальные, и все равно я оказываю сопротивление, тогда как они ничего не делают. Они должны благодарить меня. Они должны опускаться на колени у моих ног.

– Когда-то ты точно так же ненавидел Хаос! Разве забыл?

– Я предпочитаю забывать то, что больше не служит моим интересам.

Стоило ему произнести это, как ее гнев мгновенно иссяк, и Дамиан тут же пожалел о своих словах.

– Тогда тебе лучше забыть меня, – едва слышным шепотом произнесла Роз. – Потому что я не служу святым.

Он отшатнулся, чувствуя себя так, словно она его ударила.

– Я никогда не смог бы забыть тебя. Ты существуешь в каждой частичке меня.

Горло Роз напряглось, когда она сглотнула. Очевидно, она уже приняла решение, но по ее лицу Дамиан не мог угадать какое. Единственное, что знал наверняка, – оно ему не понравится.

Сердце замерло в его груди, когда он потянулся к ее запястью. Ее кожа обжигала жаром.

– Я здесь, – настойчиво проговорил Дамиан. – Я всегда был рядом. Каждая версия меня принадлежит тебе.

– Я не хочу эту версию, – ответила Роз надтреснутым голосом. Она отказывалась встречаться с ним взглядом. – Я хочу мальчика, который бегал со мной по улицам, мальчика, который слишком сильно нервничал, чтобы поцеловать меня первым. Я хочу мальчика, который встретил меня у реки и признался, что боится – так сильно боится – всего грядущего. Я хочу, чтобы ты стал им вновь.

В это мгновение Дамиан тоже захотел стать тем мальчиком. Он хотел быть таким, каким нужен ей.

– Не могу, – вместо этого прошептал он. – Я не знаю как.

Он думал, что его признание заставит Роз оттолкнуть его. Но вместо этого она подалась навстречу. Дамиан взял ее за руку, наслаждаясь жаром гладкой кожи, и притянул ближе. Он провел большим пальцем по ее ладони, вдоль линии тонкого запястья, ощутив биение пульса. Он хотел сказать Роз, что она была самым изумительным существом, что ему когда-либо приходилось видеть. Он хотел сказать ей, что она была святой, достойной поклонения. Он хотел сказать, что любит ее.

– Не смотри на меня так, – прошептал Дамиан.

– Как?

– Так, словно я разбил тебе сердце.

Она зажмурилась, и от напряжения желваки заходили под кожей. Если Роз была Терпением, а он – Хаосом, их история обречена стать трагедией.