Райская птичка и черный дракон (СИ) - Мария Ковалева-Володина Страница 82

И под конец срока, на свой страх и риск, Мира создала портал и отправилась на гору Фэньюнь. Снять Амулет Дракона она не решилась, Лю Мейлун мог бы счесть это за бегство. Пусть слушает, если хочет. Пусть остановит, если по его мнению она позволяет себе слишком много свободы.

Но ничего не происходило.

Мира вышла на том месте, где раньше был сад пятисот демонов. От него не осталось и следа, ведь на земле прошло не мало времени — сменилось несколько поколений.

Горный пейзаж был почти тот же самый, и от знакомых видов у Миры навернулись слезы. Вот по этому склону она, будучи Хун Хуа, бежала из последних сил, чтобы провести последние минуты с возлюбленным.

Она знала, что Мастер Лю Цзин все еще жив. Перед тем, как отправиться на землю, она проверила в своем волшебном блюдечке с яблочком, которое ей дали в качестве приданного.

Похоже, он достиг еще больших высот в самосовершенствовании, и до сих пор даже выглядел почти также.

На горе было гораздо оживленней, чем во времена падения клана Фэньюн. Тут и там тренировались группы учеников. Славно, что школа Учителя Лю очистила репутацию и с годами снова стала популярной.

Сохраняя невидимость, Мира пошла прямо к знакомой хижине. Хотя то строение уже давно заменили на новое, все выглядело точно так же — маленький и непритязательный домик аскета. На пороге она замерла, вспоминая, как часто сюда приходила Хун Хуа и как трепетало ее сердце перед тем, как поднять руку и постучаться.

Сейчас она была спокойна.

Мира постучала пару раз и вошла, снимая заклятие невидимости.

Мастер Лю Цзин сидел на полу в позе лотоса. При ее появлении он открыл глаза. Лицо было точно таким, как она помнила, только немного взрослее, да в волосах тут и там появилась седина.

Лю Цзин поднялся и почтительно ей поклонился.

— Приветствую богиню, — мягко и спокойно произнес он.

— Вы знаете меня, Учитель Лю? — спросила Мира.

Он внимательно оглядел ее.

— Полагаю, вы божество далекой Славии.

— Вы помните то время, когда в вас жила душа Небесного Императора Лю Мейлуна.

Лю Цзин кивнул.

— Да, но я тогда был просто наблюдателем. Было ценно смотреть, как всем моим багажом воспоминаний, опыта и знаний распоряжается божество.

— А я была той, кто жила в теле Хун Хуа.

Учитель Лю легко улыбнулся.

— Теперь понятно. Я рад вас видеть.

Едва ли это правда была радость. Не похоже, что настоящий Лю Цзин склонен к каким-либо ярким эмоциям.

Мира смотрела на него. И понимала, что ничего кроме уважения к нему не чувствует. Его внешность была такой знакомой, но сам он был ей абсолютно чужим.

Она почувствовала некоторое облегчение. Ей было страшно, что при встрече чувства всколыхнутся в ней. Но все было нормально, земное наваждение принадлежало горячей Хун Хуа, а не ей.

— Вы пришли, чтобы узнать, что тот, другой, чувствовал к вам? — ровно спросил Мастер Лю.

— Вовсе не за этим, — испуганно ответила она, понимая, что Лю Мейлун слышит это.

— Увы, я не могу распоряжаться чужими секретами, — мягко сказал Учитель Лю, — однажды он сам расскажет вам, если захочет.

— Мне не интересно, — нахмурилась Мира, — я просто хотела вас увидеть, чтобы… поблагодарить.

Богиня с трудом придумала адекватное объяснение для Лю Мейлуна, зачем она пришла. И склонилась перед Мастером в поклоне.

— Я прожила ценный опыт, благодаря вам, — сказала она.

Лю Цзин улыбнулся своей мягкой и в то же время теперь далекой и немного отстраненной улыбкой.

— Боюсь, я почти не имею к этому отношения, богиня.

Мира довольно скоро ушла и отправилась обратно на корабль. Как наверное нелепо эта ее встреча выглядела для следящего за ней Лю Мейлуна. Но она правда хотела разобраться в своих чувствах. И теперь с легким облегчением поняла, что на самом деле не любила Лю Цзина, это правда была Хун Хуа. Бедняжка, удалось ли ей забыть этого великого Мастера? Все же она с детства была влюблена в него, а он стал еще более неприступный.

Срок Миры на корабле близился к завершению. Нужно было применить Взгляд Истины.

Им со Святом предстояла последняя ночь вместе. Ей было грустно. И это было странно, потому что Мира ожидала, что к окончанию срока она будет просто в отчаяньи. Ведь они могут больше никогда не встретиться.

Какие эмоции накрыли ее, когда она в облике Хун Хуа потеряла Лю Цзина. А сейчас ей было всего лишь грустно. Может, ее сердце просто знает, что они с князем Святославом еще встретятся и будут вместе?

Мира привычно сняла амулет, громко сказав закатившей глаза Няннян, что ложится спать. И отправилась в каюту к князю. Он был хмур и напряжен, но все же улыбнулся, когда увидел ее.

— Выпей со мной на прощанье, — попросил он, протягивая ей кубок.

Девушка кивнула и сделала глоток сладкого медового напитка.

— Знаешь про обычай целоваться после того, как выпили вместе? — спросил Свят и шагнул к ней.

Это их последняя ночь. Мира осталась стоять на месте. Князь обнял ее, притянул к себе и прикоснулся губами к ее губам.

Глава 52. Кого выбирает эта птичка?

Мира закрыла глаза, пытаясь хоть ненадолго отдаться этим ощущениям. Но его руки становились все более настойчивыми, и тревога вытеснила все другие чувства. Она отстранилась, хотя Свят явно не хотел ее выпускать. Он тяжело дышал и смотрел на нее исподлобья. Его эмоции были темными и тяжелыми. Может, ей лучше уйти?

Но сначала она должна сделать то, зачем пришла. Мира собрала Силы и кинула на него Взгляд Истины — в самую глубину его существа.

Нет, он не был Мао Шаояном. Но девушка увидела кое-что другое.

Росток Тьмы в его энергии — пока скрытый довольно глубоко, так, что сразу она его не увидела.

— Кто тебя обучает? — спросила она встревоженно, — по какому магическому пути ты идешь — светлому или темному?

Князь Святослав усмехнулся.

— А ты умеешь переводить тему, — он все еще смотрел на нее исподлобья, задетый ее очередным отказом, — я взял с собой представителей обоих направлений, чтобы выбрать.

Мира нахмурилась. Он никогда не вознесется, если будет практиковать темную магию.

— Разочарована, моя богиня? — Свят криво улыбнулся. — Да, светлый путь праведный и чистый. Но Темный путь гораздо быстрее и способен дать большее могущество.

— Пообещай, что ты пойдешь по светлому пути, — тихо и твердо произнесла Мира.

— Пообещай? — его