Призванная с Земли. Меняю судьбы. Воспитываю мужей 2 - Tais Xarper Страница 8

Кажется, теперь Звер дозрел. Глаза сверкают, губы подрагивают в оскале. Теперь он будет меньше соображать. Смотрю на его ноги и ловлю тот момент, когда он начинает двигаться.

Эх не зря мы с Ардоном строили домики. Я так быстро приловчилась строить каменные стены, что сейчас едва передвигая ногами выстраиваю вокруг себя лабиринт из стен разной толщины и высоты. Слышу рык Звера. Расстояние в десять шагов между нами перекрыто каменными стенами, а я хватаю голубые нити в воздухе в руки и присаживаюсь на корточки. Словно паучок в центре паутины, когда мои нити за спиной дернулись я опускаю руку и из земли лезут уже не каменные стены, а ледяные копья. Где-то за моей спиной раздается рванный всхлип и что-то брызгает мне на спину.

Сердце еще гулко бьется, во рту пересохло. Перед глазами медькает мой великан Ардон и опускает одним движением все стены. Сарган подает мне руки и подняв с песка смотрит мне в глаза тяжело дыша.

Все наши зрители сидят, застыв от изумления. Я бросаю назад один взгляд хотя и так знаю, что там. Звер как бабочка попался в мою паутину и сквозь его тело прошло два ледяных копья, что вылезли из земли вокруг меня. Одной секунды мне хватает. Я поварачиваюсь к нашим зарганцам и полузадушенным голосом приказываю.

— Артефакт южного тенгру мой по праву силы. Схватите эту южную шваль и вышвыните в море. Пусть всем расскажут про свой позор. И если кто-то захочет бросить мне вызов я его приму!

Самые быстрые из наших зарганцев перепрыгивая через парапет с ревом налетают на сопровождавших Звера, бьют их, молотят кулаками и тащат окровавленных в море. Это уже не стадион понимаю я. Это арена как у гладиаторов. Здесь пролилась кровь сегодня. И хорошо, что не моя — выдыхаю я. Синие глаза Ардона с беспокойством смотрят мне в глаза.

— Ардон он испортил наш стадион — тихо говорю я.

Горло саднит, становится так грустно от того, что работа Ардона испорчена.

— Это чертов Колизей мишка — выдыхаю я. — С кровью и болью.

— Я построю другой — обещает он, поглаживая мою руку. — Еще лучше и больше.

Я ему все рассказывала про Колизей и гладиаторов с неожиданной усталостью понимаю я. А он помнит. Сарган берет меня на руки и несет в спальню. Набирает воды в ванную и передает на руки Марду, который моет меня и насухо вытирает, но потом я смотрю на лужи воды и меня начинает жестко тошнить. Такие же лужи были под телом Звера. Лужи крови, которые появились по моей вине.

Срочно вызывают Лисниэля, который пытается понять в чем дело, но ран нет. Даже царапин нет. Я просто не могу забыть еще трепещущее от боли тело Звера на копьях. Когда мы уходили с арены он еще был жив. В агонии и трепыхался.

Меня снова жестко тошнит. Потом меня накрывает истерика. Лисниэль качает меня на руках, а прибежавшие Шайд и Зайлас в ужасе смотрят на меня. Мне дают успокоительный отвар, который я с трудом удерживаю в себе.

Они подумали, что это от страха. Винили себя за то, что этого не предусмотрели. Переглядывались с ужасом. А я, схватив Саргана прижалась к его груди на постели и рассказала страшную правду моему законнику.

— Он был готов убить наших детей — шептала я ему в ухо. — Он был настоящим поганым зверем, но и я поступила не лучше. Я лишила жизни человека. Осознанно и жестоко. Я не лучше него. Возможно даже хуже.

— С чего ты взяла это рьяна? — едва шевеля губами спросил он. — Ты защищалась. Это он напал.

— Нет, милый. Я сознательно его убила. Он был угрозой для наших детей. И если кто-то еще будет им угрожать я сделаю это сново. Сегодня я стала чудовищем Сарган. Монстром — по моим щекам вновь потекли слезы.

— Нет моя рьяна — мягко сказал он, стирая седы слез. — Монстры ложатся спать без слез. Они делают это для удовольствия даже со своими детьми. А ты ценой своей жизни защитила всех нас и еще нерождённых детей. Я буду любить тебя даже чудовищем. Никогда не бойся меня разочаровать — он поглаживает мою спину плечи, целует в лоб. — Нет такой вещи или поступка которая лишит тебя моей любви. А защищать наших детей буду я. Я сын монстра. Я точно знаю, как это делать. Стоит тебе указать пальцем, и я устраню любую угрозу. Тебе больше не надо это делать. Плевать на их традиции зарганские на честь на правила. Я сам буду защищать тебя и детей.

— Я не буду делать из мужей монстров — тяжело вздохнула я и очертила пальцами его невозможно красивые губы. — Одного монстра на нашу семью хватит. Просто обними и не отпускай — велела я, уплывая в сон.

А когда наступило утро, Сарган все также поглаживал мою спину. И мы лежали, любуясь рассветом. В теплых объятьях как две половинки целого.

А тему моего поединка и приезда Звера мы еще долго не поднимали. Эта тварь что-то сломала во мне. Что-то нежное и чистое навсегда из меня ушло. Мужья винили себя в том, что допустили это. А я пропадала три дня в саду мантикор. Было на душе такое странное ощущение что я уже больше не я. Это была самозащита, это было ради детей, а не какой-то мифической чести которую никто и в глаза не видывал. И все равно тошно и больно.

На четвертый день я спустилась вниз поцеловала каждого мужа, обняла и занялась делами.

— Эту зверюгу мы вспоминать не будем — сказала я с усмешкой. — Еще не хватало чтобы он и после смерти нам жизнь портил.

Сказала я так, когда мужья пытались извиниться передо мной за то, что произошло. Южные на некоторое время затихли, а потом зашевелились снова, но мне было все равно. Я уже знала ответ. Если понадобиться защищать мою семью… я сделаю все. Только и на такие поступки я тоже не согласна. Я буду очень стараться чтобы выбор где нужно лишить кого-то жизни вставал передо мной крайне редко. В идеале никогда. Мы же не боимся трудностей Аннэль. Мы будем искать другие пути. Мирные и спокойные.

3. Жених для безглазой овцы

Мы их приручили с глубоким вздохом подумала я в это утро. Когда к нам заявились кафтарцы