Баба Галя, или Волшебное зелье попаданки - Мариса Бель Страница 8

Лавка постепенно становилась домом.

Галлия знала, где что лежит, какой покупатель когда придёт, какие травы скоро закончатся. Она переставила полки так, чтоб удобнее было, завела тетрадку учёта, Сора сначала смеялась, а потом сама стала просить посмотреть, сколько чего продано.

— Голова у тебя золотая, — говорила она. — Я всю жизнь на глазок, а ты всё по полочкам. Хорошо.

Галлия улыбалась. Бухгалтерская жилка никуда не делась, и здесь она оказалась полезной.

По утрам она просыпалась и первым делом смотрела в окошко на старый дуб. Дуб стоял, раскинув ветви, и казалось, что он охраняет лавку, охраняет их обеих.

— Хорошее место, — говорила Сора. — Сильное. Дуб — он защитник. Под ним ни зло не пройдёт, ни болезнь не пристанет.

Галлия верила.

Однажды вечером, когда они уже собирались ложиться, Сора вдруг сказала:

— Галлия, а ты замуж-то больше не хочешь?

Галлия поперхнулась чаем.

— Чего?

— Замуж, говорю, не хочешь? — Сора смотрела на неё с любопытством. — Молодая, красивая, руки золотые. Мужики мимо не пройдут.

— Нет, — твёрдо сказала Галлия. — Ни за что.

— Совсем?

— Совсем, — Галлия покачала головой. — Я своё отходила. Была замужем, знаю, что это такое. Хватит.

— А если хороший попадётся? — не унималась Сора. — Заботливый, работящий, не пьющий?

— Всё равно нет, — Галлия улыбнулась. — Я теперь сама по себе. Лавка, травы, ты — вот моя семья.

Сора посмотрела на неё долгим взглядом и кивнула.

— Понимаю, — сказала она. — Я тоже так думала. Всю жизнь одна. И не жалею.

Ночью Галлия лежала на своей узкой кровати и думала о том, что сказала Соре. Правду сказала. Никаких мужиков, никаких отношений, никаких бывших. Она своё отжила, своё отстрадала. Теперь у неё новая жизнь, и в этой жизни она будет сама себе хозяйка.

Но где-то в глубине души шевельнулось что-то, воспоминание о серых глазах, которые смотрели на неё с тревогой. О мужчине, который заслонил её собой и спросил: «Почему ты в таком виде?»

Галлия тряхнула головой, отгоняя видение.

— Нет, — сказала она вслух в темноту. — Ни за что.

Глава 5

Осень в этом мире пришла незаметно.

Ещё вчера, казалось, солнце пекло немилосердно, травы сохли на корню, и даже старый дуб стоял, обмякнув от жары. А сегодня утром Галлия выглянула в окно и ахнула: листья на деревьях пожелтели, воздух стал прозрачным и холодным, а на траве лежал иней.

— Первое дыхание зимы, — сказала Сора, появляясь на пороге её комнаты с неизменной кружкой чая. — В этом году рано. Надо запасаться.

— Чем запасаться? — Галлия потянулась и накинула платок на плечи.

— Всем, — Сора вздохнула. — Травы, уголь, еда. Зимы у нас суровые, лавка на отшибе. Если не подготовимся, замёрзнем.

С этого дня жизнь ускорилась.

Сборами трав Галлия теперь занималась почти каждый день. Сора водила её по лесам и полям, показывая, что ещё можно успеть до холодов.

— Вот это, — она указала на кустики с красными ягодами, — шиповник магический. Из него зелье от простуды варят. Собирай только спелые, зелёные не бери — ядовитые.

Галлия кивала и наполняла корзину. Пальцы уже не боялись, работали ловко и быстро. Она чувствовала каждую ягодку, каждую веточку, тёплая она или холодная, спелая или зелёная.

— У тебя глаз намётан, — одобрительно говорила Сора. — Быстро учишься.

— Это не я учусь, — улыбалась Галлия. — Это руки помнят.

— Пусть так, — Сора махала рукой. — Главное — результат.

Дома они сушили, перебирали, раскладывали по банкам и мешочкам. Лавка пропахла травами так, что даже одежда стала пахнуть мятой и чабрецом.

Покупатели приходили чаще, все готовились к зиме, запасались зельями от простуды, от хвори, от тоски. Галлия уже сама обслуживала почти всех, Сора только сидела в углу и наблюдала.

— Ты хорошо с ними говоришь, — заметила она как-то. — По-простому, без заумных слов. Они это ценят.

— А чего мудрить? — Галлия пожимала плечами. — Люди пришли за помощью, надо помочь. Я ж не учёную степень защищаю.

Сора смеялась.

К середине осени в лавке случилось происшествие.

Пришёл мужчина, немолодой, в дорогом плаще. Огляделся, поздоровался и попросил:

— Мне бы зелье от усталости. Самую крепкую.

Галлия посмотрела на него внимательнее. Тёмные круги под глазами, осунувшееся лицо, дрожащие руки.

— От усталости у нас есть, — сказала она осторожно. — Но я бы посоветовала не крепкую, а мягкую. Крепкая даст силы на час, а потом вы упадёте. А мягкая постепенно действует, на целый день.

Мужчина посмотрел на неё с удивлением.

— А вы, я смотрю, понимаете, — сказал он. — Другие зельевары только и норовят впарить подороже да покрепче.

— Другие не мы, — Галлия улыбнулась. — Мы здесь по-соседски.

Она налила ему пузырёк мягкого тонизирующего, добавила успокоительный чай и проводила до двери. Мужчина ушёл, а через три дня вернулся уже не один.

— Вот она, — сказал он своим спутникам, двум таким же военным. — Лучшая зельеварка в округе. И честная.

С тех пор военные стали захаживать регулярно. То за мазью, то за зельем от ран, то просто за советом. Галлия привыкла к ним, знала уже по именам, даже шутила иногда.

— А ты, Тимон, опять на тренировке порезался? — спрашивала она молодого стражника. — Когда ж ты научишься мечом махать?

— Так это не я, это меч виноват, — улыбался Тимон. — Тупой попался.

— Меч тупой или рука кривая? — парировала Галлия, и все смеялись.

Сора смотрела на это и довольно кивала.

Но чем лучше становились дела, тем чаще Галлия замечала, что Сора сдаёт.

Старушка всё меньше выходила из дома, всё больше сидела в своём кресле у окна. Кашель, который раньше был лёгким, становился всё глубже, всё надсаднее.

— Ты бы полечилась, — предлагала Галлия. — Я зелье сварю, от кашля хорошее.

— Не надо, — отмахивалась Сора. — Старость, милая, не лечится. Я своё отжила.

— Не говори так, — сердилась Галлия. — Ты ещё ого-го. Мы ещё травы вместе собирать будем.

Сора только улыбалась и гладила её по руке.

Однажды вечером, когда за окнами выл ветер и первые снежинки кружились в воздухе,