Десять причин никогда не быть с тобой - Мира Ризман Страница 78

— Излишние удобства способствуют лености, — самодовольно заявила Анхелика. — Тебе следует сосредоточиться на обучении, чтобы не посрамить своё знаменитое происхождение.

— Да мне плевать на моё «знаменитое» происхождение, — глухо проворчала Джэйн.

— Именно поэтому ты и будешь жить здесь. — Голос Анхелики стал твёрже и строже. — Быть может, вместе с осознанием важности сего факта, в твоей жизни что-то изменится.

— Например, появится матрас? — не смогла удержаться от колкого комментария Джэйн.

— Можешь упражняться в остротах сколько хочешь. Если это всё на что ты способна, то знай — выглядишь жалко!

Джэйн заставила себя молча проглотить обидные слова. Анхелика ухмыльнулась, но почти тут же переключилась на деловой тон:

— Распорядок следующий. Завтрак на рассвете, можешь приходить в столовую, которую видела по пути, сразу после я буду заниматься с тобой ровно час, после чего весь оставшийся день будет в твоём распоряжении. Потратишь ты его на безделье или будешь заниматься, решать тебе. Обед и ужин в этом доме каждый готовит сам.

— Я могу использовать ваши продукты? — уныло поинтересовалась Джэйн. Будущее рисовалось весьма печальным.

— Только в первый месяц. Потом тебе, как и всем прочим мои ученикам, стоит поискать подработку и покупать себе пищу самостоятельно. Если умеешь что-то выращивать, могу выделить тебе пару грядок в оранжерее, а по весне в саду.

А это уже было что-то новенькое! До сих пор откровенно голодать её никто не заставлял. Каждый новый мастер словно соревновался с предыдущим, как сделать жизнь Джэйн всё более невыносимой.

— А что будет если я просплю завтрак и… — она замялась в сомнении. Не напрасно ли она вообще решилась задать этот вопрос? Но всё же лучше было узнать всё сразу, чем зарабатывать очередные наказания. — … Ваш урок?

— Ты просто останешься без завтрака и без моей помощи, — равнодушно ответила Анхелика.

— И вы меня за это не накажете?

— Я не практикую наказаний. В этом доме их каждый устраивает себе сам, если того пожелает.

После этих слов Анхелика развернулась и направилась обратно, бросив на прощанье:

— До встречи завтра утром.

Джэйн проводила её ненавистным взглядом, после чего ещё раз оглянула выделенное жилище. От вида этой убогой каморки она ощутила подступающую тошноту и неприятное чувство, будто в лёгких недостаточно воздуха. Оставаться здесь хоть сколько-то ещё не было никакого желания. И едва стук каблуков Анхелики растаял где-то наверху, Джэйн осторожно выбралась в тёмный коридор. Она не стала закрывать дверь и оставила небольшую полоску света. Иначе ничего невозможно было рассмотреть. Из десятка дверей, ей поддалось лишь три, в которых не обнаружилось ничего примечательного. Одна вела в прачечную, в которой было такое же окно, как и в каморке, другая в тёмный чулан со всяким барахлом и тряпками, и третья — в небольшую кладовую, заставленную банками с солениями, маринадами и прочей снедью. Выбравшись с цокольного этажа, Джэйн принялась осматривать дом. Внимательно прошлась по добротной кухне, подмечая необходимую утварь и продукты, пробежала мимо уютной столовой и гостиной, за двумя оставшимися закрытыми дверями обнаружились лекторский класс, заставленный столами и стульями, и обширная библиотека, в центре которой находилась лестница, ведущая на второй этаж. Правда тот оказался закрытым. Подозревая, что кроме кабинета и спален на втором этаже вряд ли что-то будет, Джэйн осталась в библиотеке. Сначала она просто разглядывала названия книг в ближайших шкафах, но в голове от обилия терминов и сложных слов тут же всё перемешалось. Решив, что с самостоятельным обучением у неё вряд ли что-то выйдет, Джэйн уже подумала направиться изучать сад, как вдруг один из заголовков привлёк её внимание. «Перевоплощения во сне». Она потянулась за книгой и открыла на развороте.

«Ты уверена?» — проснулся в глубине сознания внутренний голос.

«А почему бы и нет?» — хмыкнула Джэйн и принялась с интересом читать показавшиеся на первый взгляд несложным заклинание. Все руны были ей хорошо знакомы, вот только почему-то ничего не складывалось. Аслан и Дик, помогавшие ей разобраться с простейшими заклинаниями, утверждали, что руны, при правильном прочтении и сочетании, должны были «оживать». Собственно, так раньше и случалось: нарисованные в воздухе или на поверхности знаки начинали светиться. Ровно тоже происходило, если заклинание прочитывалось в книге. Но сегодня руны так и остались просто начерченными письменами.

«Я что-то делаю не так?» — перечитав трижды, забеспокоилась Джэйн. Она принялась нервно тереть глаза и тыкаться носом в книгу.

«Это не поможет», — мягко произнёс внутренний голос.

«Да знаю я! Без помощи тут не обойтись!» — разочарованно простонала Джэйн, но от мысли обращаться к Анхелике у неё сжались зубы.

«Напрасно ты её недооцениваешь. В своём деле она действительно мастер», — осторожно заметил внутренний голос.

«Да будь она хоть самым могущественным волшебником, она мне противна сама по себе!» — мысленно проворчала Джэйн и со злостью захлопнула книгу. Ничего, превращение не самая главная волшебная наука, и без неё вполне можно обойтись!

«Даже если это искусство поможет улучшить свой облик? Все мастера Превращений настоящие красавцы вовсе не от природы, а потому что владеют тайной техникой преображения», — поведал внутренний голос, и эти слова окончательно лишили Джэйн покоя. Ей совершенно точно не хотелось терять уникальную возможность выглядеть, как Анхелика. Нет, даже лучше, чем Анхелика! Раз дело в магии, значит, это именно то, в чём она просто обязана была её превзойти! Но как это сделать, если ей непонятен принцип. Мастер наверняка начнёт с каких-то унылых основ и будет держать её на всякой нелепице весь предстоящий год. Она ведь не знает о проснувшемся даре, а просто так рассказывать ей о нём Джэйн не собиралась. Вот ещё! Так заставят учить ещё больше! Лучше развиваться в своём темпе и по возникающей прихоти, чем надрываться и корпеть над бесчисленными заданиями.

«Она ужасна! Я не хочу учиться у неё!» — заныла Джэйн и чуть было не бросила на пол ставшую вмиг отвратительной книгу.

«Давай попробуем один фокус?» — вмешался в её начинающую истерику внутренний голос.

Джэйн замерла в напряжённой позе. Книга едва удерживалась в пальцах.

«Сядь и успокойся», — выждав паузу и заставив прислушаться к себе, голос мягко продолжил.

«Это ведь нормально, слушать свой внутренний голос?» — неохотно подчиняясь, засомневалась Джэйн, но, устроившись на ближайшем кресле, всё же решила довериться своему чутью. В конце концов, разве оно её когда-нибудь подводило?

«Теперь открой разворот».

Положив книгу на колени,