Руслана. Пересохшие реки, в которых раньше жили русалки - Евгения Клёнова Страница 77

Влада нахмурилась, не поднимая взгляд выше его пояса. Ей показалось, что она почувствовала то, что не должна, точнее… не почувствовала то, что должна была.

— А если так… — она скинула и без того откровенный верх, полностью оголив плечи и грудь. Начала подходить ближе, потянулась за поцелуем.

Алоис закрыл рот рукой и, зажмурившись, отскочил к окну, чтобы проглотить побольше чистого воздуха. Его явно мутило не по-детски. Он согнулся на подоконнике, тяжело дыша, и простоял там минуту, чтобы снова прийти в себя.

Влада оделась.

— И давно у тебя так? — спросила она у его спины.

— Не знаю. Да… В детстве нет, но, когда вырос и выбрался из плена, всё время, — уже не было смысла скрывать.

— Но с девочкой не так?

— С Русланой — нет. Она другая.

Вроде бы отпустило. Ал повернулся и встретил недоумевающие глаза ведуньи. Хорошо, что она догадалась вернуть платье.

— Ну… Против истинной любви я бессильна, — буркнула Влада, взяла со стола бутыль и выбежала из кабинета.

«Какая к чертям любовь! На тебе же приворот, парень», — думала она, несясь по коридору.

Приворотов десятки и сотни видов. Влада понятия не имела, что именно сварганила Руслана, но судя по тому, как долго всё длится, что-то сильное. В любовной ворожбе ведунья разбиралась относительно хорошо, лучше, чем во всём остальном. Большинство вариантов отметались сразу. Среди оставшихся были те, что снять невозможно никакими чарами. Мальчику полезнее будет оставаться в неведении. Ложная надежда на исцеление будет лишь тяготить.

Пока она искала ответы в пыльных записях храмовых книгохранилищ, дела у лжецаревича налаживались. Влада сопровождала его медленное продвижение к столице, и все считали, что новая рыжая девушка служит для Богорода утешением после смерти любимой жены. Она придумала для себя имя: Лия, но слышала его редко, чаще люди Алоиса обращались к ней просто «госпожа».

На одном из первых весенних пиров Норок подвыпил и всучил царевичу портрет своей любимой дочери. Из вежливости Ал отметил её красоту. Позже Влада увидела изображение Плеяны и уже действительно оценила внешность молодой боярышни.

— Считай, что я выбрала. Хочу эту, — она размахивала портретом перед носом Ала.

— Зачем тебе лезть в боярскую семью? Там строгие правила. К тому же, она на выданье. Родители будут доставать тебя скорым браком.

— Ну тогда ты женись на мне.

Ал усмехнулся:

— С какой стати?

— А ты подумай, насколько это гениально! — она была в восторге новой идеи. — Царица всё равно будет нужна. Не женишься год-два, потом пойдут слухи. Тебе оно надо? Плеяна — отличная невеста. Ни у кого не возникнет вопросов, если ты её выберешь. А я тебе буду отличной женой… Не верной, но тебе это и не нужно.

— Хочешь меня опозорить?

— Эй! Я умею себя вести в высшем обществе, — надулась она, — не забывай, если б не моя жертва, тебя бы повесили ещё в Рутивле.

Ал отвёл глаза. Она была права, но жениться снова ему не хотелось.

— Думаешь о своей девочке? — угадала ведунья.

— Нет.

— Три года. Три года дай мне поиграться в царицу и считай, мы квиты.

Они сторговались на двух годах. Потом Влада обещала найти кого-то попроще.

К середине весны ведунья, как ей показалось, нашла то, что искала. Русалочий приворот. Самих русалок на земле нет почти тысячу лет, они не пережили переселения в Великое Болото и все до одной сгинули, но воды, в которых они жили, ещё помнят рыбьи чары. Таких водоёмов осталось не много. Влада знала только два, и один из них находился близ Прибрежного города. В прошлом обычная река, но сейчас — лужица со слабым течением. В дождливый сезон вода в ней едва ли поднимается до колена.

Однажды Алоис упоминал, что они с девочкой делали ритуал путешествия души в ночь лунного затмения. Если они перемешали свою кровь в воде из русалочьей реки, а затем закрепили чары поцелуем, то, скорее всего, Влада окажется права. В древности подобную ворожбу часто применяли невесты перед свадьбой. После поцелуя мужчина не мог смотреть ни на одну другую женщину без отвращения. Увы, женихи быстро нашли противоядие, и практика сошла на нет.

Незадолго до прибытия царевича в Тильград, ведунья выпросила для себя маленький отпуск. Она отправилась в Прибрежный город за заветной русалочьей водой, а, когда вернулась, Алоис уже несколько дней был без сознания с дырой в груди.

— Какой на хрен приворот? Ты белены в своей Болании объелась? Она бы никогда так не поступила. Зачем ей это? — злился Ал, когда рыжая ведунья размахивала перед ним прозрачной склянкой с жидкостью. Новость о том, что Руслана всё это время его обманывала, он воспринял хуже, чем Влада предполагала.

— Чего от меня хочешь? Я не знаю, что у девочки в голове, но явно она не знала, как его снять и от тебя избавиться.

— Приворожила, а потом бегала от меня? Чушь!

Он откинул тарелку с жидкой пшённой кашей, на приёме которой настаивал лекарь. Совсем недавно Ал выгнал Мерину, а теперь заявилась Влада и несёт какую-то околесицу.

— Ты так уверенно отрицаешь, что я уже и сама сомневаюсь…

— Потому что это бред. Быть такого не может, — не успокаивался он.

— Ну так, давай проверим, — ведунья схватила его руку и попыталась прокусить мизинец. Алоис дёрнулся, — ну что ты, как маленький! Одну капельку добавь сюда и выпей!

— Откуда я знаю, что ты на этот раз подмешала?

Влада чуть не взревела от того, какой же он тупой баран.

— Живи пока — ты мне ещё слишком много должен!

— Ты про коронацию? Считай, что я передумал.

— Ха! Да больно надо. Я с тобой в одном дворце и месяца не продержусь. Считай, что я первая передумала!

Он с облегчением выдохнул. Норок сильно его выручил, и убивать его единственную дочь, ради прихоти взбалмошной нечисти, было бы слишком подло.

— Змейка всё еще у тебя? — спросила Влада, ставя перед рукой Алоиса воду.

— Это не обязательно яд. Ты могла наворожить что угодно.

— Вот именно! Это противоядие.

Он зажал склянку в ладони. Змейка мирно спала на его запястье. Он не сомневался в том, что жидкость безопасна, но и признавать обман Русланы не хотел. Когда терпение Влады подходило к концу, он проколол палец ножом. Красная капля растворилась, сделав воду мутноватой. Он выпил всё и прислушался к своим ощущениям.

— Ну как? — подхватила рыжая девушка.

— Никак. Ничего не изменилось.

Она расстегнула пуговки на груди и опустила платье.

— А так? Тошнит?

Алоис ненадолго задержал взгляд обнажённом теле и, не