Инквизицию вызывали? Подработка для ведьмы - Лидия Милеш Страница 71

Лив же думала совсем о другом. Хотела бы думать о брате, ведьмах, устройстве этого мира, но откровенно не получалось. Поэтому она произнесла единственное, что могла:

— Демиан считает его своим другом. Нам надо срочно во дворец.

— Демиан тебя сжечь собирался, — напомнил Валерот.

— Да и это вдвойне неприятно, учитывая, что только он может нам помочь.

Торговец кивнула.

— Если ты рассказал правду, — уверенно заявила она, — то всем нам грозит серьезная опасность.

Валерот сделал круг по комнате, обдумывая новый план спасения Альда, Лив, собственной шкуры и, как ни странно, толпы инквизиторов и аристократов.

— Значит так, — сказал он через несколько минут. — Лив, ты берешь на себя самого щуплого охранника, с остальными двумя я разберусь сам.

— А я? — спросила Торговец.

— А ты притворяешься раненой, если что-то пойдет не по плану. Нам внутри все еще будет нужен наш человек.

***

Главный подъезд графского дворца только и успевал принимать гостей. Экипажи подъезжали со всех сторон, а быстрые лакеи и помощники дворецкого отточенными и выверенными движениями приглашали прибывших. В графство Сальмаир сегодня съехался весь свет и яркой звездой этого вечера была принцесса Амелия.

Ее карета цвета слоновой кости, запряженная белыми лошадьми, прибыла с торжественным звоном, слышным далеко на подъезде ко дворцу. Ее встретили с почетом, реверансами и поклонами, а граф и графиня Сальмаир лично спустились по ступеням, чтобы поприветствовать гостью.

— Мы рады вас видеть, — с гордостью произнесла графиня, когда принцесса ступила на землю.

Хотя про себя отметила, что пышное белое платье пусть и идеально подходило ангельской внешности, но совершенно не подходило устроенному приему.

— Столько лет мечтала вернуться в ваше царство, — заметила Амелия.

— Скажете тоже, царство, — махнула рукой графиня. — Так, небольшой идеальный городок, который мы создали собственными руками.

— И битвами, — встрял граф. — Приветствую вас, принцесса. Это честь для нас.

— А где же ваш внук? — спросила Амелия, совершенно не собираясь церимониться.

Впрочем, этой женщине в этот вечер было позволено многое, если не все. Кажется, как и внуку графской четы. Демиан появился словно из ниоткуда и совершенно невежливо схватил руку принцессы, желая ее поцеловать.

— Амелия, безумно рад тебя видеть.

— Демиан! Столько лет, а ты непростительно не изменился. Ты заставляешь меня завидовать.

— Не стоит, — улыбнулся Демиан. — Ты просто как всегда слишком добра ко мне. А теперь я должен передать тебя в руки другим, а то мне не простят, если этим вечером я полностью захвачу твое внимание.

Принцесса усмехнулась и прошла к гостям, уже предчувствуя один из самых великолепных вечеров за последние несколько лет. Один визит в этот дом, наполненный ее детскими воспоминаниями с дорогой подругой и ее братом, уже стоил того, чтобы проделать весь этот путь.

Демиан же мысленно проклинал короля.

Амелия была далеко не первой в очереди на престол. Чтобы занять место своего брата, ей бы пришлось переступить через его голову и головы троих его детей, чего принцесса совершенно не желала. Но непонятно, что больше застилало разум и глаза повелителя: страх собственной смерти или желание уберечь потомство — пусть он и не мог лично ничего сделать своей родной сестре, но непременно отправлял ее в самые сложные места. То она посещала границы, где велись военные действия, то общалась с недовольными людьми на площадях, а теперь вот оказалась во дворце, в котором кто-то собирается совершить очередное убийство с помощью магического кристалла.

— Из вас бы вышла хорошая пара, — раздался за спиной голос Тарваира, и Демиан обернулся.

Лучший друг стоял со скучающим видом, весь в черном и только украдкой поглядывал на гостей.

— Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть, — выдохнул Демиан.

Его слова были абсолютно искренними, словно гора упала с его плеч, как только он понял, что Тарваир рядом.

— А я бы не сказал, что рад быть здесь, — без каких-либо эмоций ответил Тарваир.

— Тебя больше прельщает волшебный квартал?

— Нет, просто я не сильно увлекаюсь банкетами. Под конец вечера лицо натурально сводит от необходимости улыбаться всем подряд, разговоры начинают повторяться, а старики все пытаются доказать, что еще способны потягаться с молодыми. Но если будут танцы, то с Амелией первым танцую я.

— Как пожелаешь, — довольно ответил Демиан.

— Пожелаю. На приеме у советника мне пришлось весь вечер разговаривать с графиней Монтари и ее тремя сестрами. Все бы ничего, но каждой уже за восемьдесят, — Тарваир подавил нахлынувшую ухмылку, — и каждая пыталась затащить меня в постель.

— Ты был на приеме? — спросил Демиан, попутно приветствуя кого-то.

— Ты пропустил главное. Я говорил про графинь.

— Но это недавний прием?

— Это сложно назвать приемом, так, вечер в кругу особо дорогих людей. Я там был исключительно из-за отца.

— Прием был прямо перед тем как советника убили?

— Только этим он и примечательный.

Тарваир хмыкнул, пытаясь подавать совершенно неуместный смешок, но стоило ему только бросить взгляд на гостей, как вся веселость вмиг сошла на нет. Он вытянулся как по струнке, поправил одежду и уверенным голосом обратился к мужчине впереди:

— Отец, рад тебя видеть.

Лучше бы он этого не делал. Кристиан на этих словах стал похож на коршуна, готового растерзать несчастного мальчишку. А именно в мальчишку в один момент превратился Тарваир под суровым взглядом этого могущественного мужчины.

— Главный инквизитор, — отчеканил Кристиан. — Не дай тебе боги, если я еще раз за этот вечер услышу подобное обращение.

— Простите, главный инквизитор, — выпалил Тарваир, и в голосе его сквозила неподдельная злость. — Такого больше не повторится.

— В твоих же интересах. А теперь рассказывайте, все прибыли? Был кто-то, кого мы не знаем.

Демиан с опаской посмотрел на Тарваира. Будет большой удачей, если тот не сорвется и не пойдет против отца в эту же секунду. Но друг, скрипя зубами, стоял ровно и смотрел Кристиану прямо в глаза.

— Все хорошо, — ответил