Последователи Хаоса - М. К. Лобб Страница 71

А значит, именно это нужно предложить взамен.

С усилием сглотнув, Роз взяла мать за руку и повела ее прочь из квартиры. Она не могла думать об этом сейчас. Ей нужно вывести Каприс отсюда.

Уговорить ее спуститься на первый этаж оказалось легче, чем Роз предполагала. Возможно, Каприс ощущала всю серьезность ситуации, потому что не отказывалась покидать комнату и ни разу не попросила вернуться назад. Она даже не спрашивала об уплотняющейся тьме. Аликс, бледный как полотно, ждал у лестницы в подвал. Йозеф стоял на несколько ступеней ниже, и его лицо было искажено злостью, а значит, он тоже волновался.

– Синьора Ласертоза, – обратился Аликс к Каприс, выдавив улыбку. – Пойдемте… с нами вы будете в безопасности.

Каприс обернулась, чтобы взглянуть на Роз, и та поморщилась, ожидая, что мать вот-вот впадет в панику, осознав, что дочь не пойдет с ней.

– Я не хочу, чтобы ты волновалась за меня, – спешно начала она прежде, чем Каприс успела сказать хоть слово.

Но мать лишь обвела ее долгим взглядом – она много лет не смотрела на Роз так осмысленно – и кивнула.

Наблюдая, как Каприс спускается в темноту подвала, Роз ощутила, как что-то туго натянулось у нее в груди. Ей необходимо было найти Дамиана, и она точно знала, где он сейчас. Хаос мечтал о силе, а что даст этому святому больше силы, чем хтониум?

Чувствуя, как бешеный стук сердца отдается в горле, она отправилась искать могилу Баттисты Вентури.

29. Дамиан

В Дамиане бурлил гнев.

Он боролся с самим собой с тех пор, как покинул Базилику. Магия вырывалась из него потоком, который он не мог – и не хотел – контролировать. Он едва помнил, как ему удалость выбраться из здания. Хотел сбежать, и у него это вышло. Хотел сжечь ненавистный город, и теперь Омбразия горела.

В каком-то смысле.

Плотный туман, похожий на дым, укутывающий улицы, – его рук дело. Краем глаза Дамиан видел, как тьма стелется по земле и взбирается по стенам домов. Туман держался в нескольких футах от него, словно знал, что не стоит лишать Дамиана зрения. А может, это сам Вентури силой воли удерживал темноту подальше от себя. Издалека до него доносились грохот осыпающегося на землю камня и звон бьющегося стекла, пронзенного щупальцами тьмы. Это было похоже на первый глоток воздуха, сделанный после многих лет в вакууме.

Он собирался выиграть эту войну. Не Бречаат, а он. Он все закончит.

Прежняя версия Дамиана Вентури теперь казалась далекой и глупой. Это был просто невежественный мальчишка, который рос, страшась вещей, которых не понимал. Незримое присутствие, которое преследовало его всю жизнь, – томительное ощущение, которое он всегда считал вниманием Смерти, – оказалось его собственной магией, Хаосом, когтями раздиравшим его внутренности, чтобы выбраться наружу. Чувства, которые он испытал после гибели Микеле, и то, как полностью потерял себя, за раз застрелив троих солдат противника… Может, это его жажда войны прорвалась наружу?

Дамиан остановился, наконец увидев невдалеке здание Палаццо. Оно внушительной тенью нависало над городом, и ни в одном его окне не горел свет. Дамиан оглядел окрестности. Единственные люди, которых ему удалось увидеть, были облачены в омбразийскую военную форму. Они сновали по территории, держа аркебузы в руках или повесив их за спины, и периодически взволнованно переговаривались между собой. Дамиан знал, что там ждут нападения бречаатцев. Солдаты собирались отразить атаку, которая определит будущее города. Что рассказала им Фалько? Понимали ли они, с чем предстоит столкнуться?

Ветер ласкал лицо Дамиана. В нем угадывался привкус магии и соли – напоминание о близости моря. Дамиан слышал плеск волн, набегающих на каменистый берег неподалеку. Впервые за долгое время он чувствовал себя могущественным.

Он чувствовал себя святым.

Едва ему в голову пришла эта мысль, как за спиной раздался тихий звук. Он резко обернулся, вынув из кобуры пистолет, но оружие тут же выбили из его рук. Перед Дамианом стояли двое офицеров. Оба были ему незнакомы – наверняка их недавно перевели сюда с севера. Он видел, что они его не узнали, но и представиться не попросили. Очевидно, понимали, что Дамиана здесь быть не должно.

У него не было времени подумать, да ему это и не требовалось. Он схватился за дуло аркебузы, выхватил ее из рук женщины-офицера и прикладом ударил второго офицера по голове. Мужчина пошатнулся, судорожно заморгал, пытаясь оставаться в сознании, затем вскинул свое ружье и, не в силах тщательно прицелиться, выстрелил в туман. Женщина неловко зашарила по своему ремню, видимо, пытаясь отыскать нож, но Дамиан перевернул аркебузу и взял ее на мушку.

– Бросай оружие, – холодно приказал он.

– Нет, ты бросай оружие, – прорычал офицер с сотрясением, несмотря на то что ему едва удавалось сохранять вертикальное положение.

Дамиан медленно втянул носом воздух. Его кожу покалывало от нетерпения. Они что, не знают, кто он такой и на что способен?

А он сам знает пределы своих возможностей?

Ему нет нужды оставаться здесь и врукопашную сражаться с двумя людьми, у которых нет шансов выстоять против него. У него есть магия. Он святой.

В прошлом каждый раз, когда Дамиан призывал магию Хаоса, это происходило случайно. Он делал это, сам того не понимая, ведомый сильными эмоциями, которые тогда испытывал. Но в этот раз он призовет магию осознанно. Целенаправленно. Не было нужды гадать, как это делается: Дамиан уже чувствовал силу, кипевшую под кожей.

Дамиан взглянул на стоявших перед ним офицеров и представил себе сцену, как две капли похожую на ту, что разворачивалась сейчас, только без него самого в эпицентре. Когда эта картина ясно предстала перед его внутренним взором, он обрушил иллюзию на офицеров, выпустил наружу свою магию, окутав их втроем невидимой силой. Его охватила дрожь, когда что-то внутри туго натянулось. Легкий укол дискомфорта. Ему не надо было проверять, чтобы знать, – он не устанет.

Оба офицера окаменели, их хмурые взгляды устремились в пустоту. Дамиан не смог сдержать смех.

Так вот как работает магия Хаоса. Он мог вкладывать иллюзии в головы своим противникам, лишая их возможности двигаться, пока они проживали ту фальшивую реальность, которую он им внушил, или создавать наваждения для целого мира, как в случае с туманом. Дамиан не собирался создавать туман, но хотел сбежать, так что темная пелена в результате возникла сама собой.

Дамиан направился по улице, ведущей к садам Палаццо, оставив офицеров позади. Последователи Хаоса еще не начали свою атаку: