Мое маленькое счастье. Книга 2 - Дунбэнь Сигу Страница 71

– Каким же образом обосновывали наше решение развестись?

Через некоторое время пара успокоилась. Цун Жун тряхнула головой, поднялась на ноги и направилась в сторону спальни.

Но не успела она сделать и двух шагов, как сзади раздался тихий вздох Вэнь Шаоцина:

– У меня завтра операция.

Эта фраза звучала как мантра, которая рушила любые планы на вечер. Все, о чем он мог думать: завтра предстоит операция, речь идет о человеческой жизни.

Хотя произошедшее нельзя назвать чем-то серьезным, коллеги Вэнь Шаоцина, должно быть, даже во время операции будут думать об их разводе… Цун Жун замедлила шаг, обернулась и попыталась выдавить из себя улыбку:

– Чем я могу тебе помочь? Давай подвезу тебя утром на работу. Пусть факты разрушат все слухи.

На следующий день Цун Жун не отправилась вместе с Вэнь Шаоцином на работу, как планировалось. Причина: госпожа Чжоу Чэнчэн рассталась с очередным парнем и с утра пораньше уже сидела на корточках перед домом Цун Жун и плакала.

Пара столкнулась с ней сразу после выхода из подъезда. Чжоу Чэнчэн была вся в слезах, она схватила подругу за рукав и не собиралась отпускать. Вэнь Шаоцин сказал, что в таком случае отправится на работу один, и вскоре уехал.

Цун Жун повела Чжоу Чэнчэн к ним домой и выслушала рассказ о расставании. Выплакавшись, подруга заявила, что ей нужно снять стресс. А этим она обычно занимается на шоппинге. Цун Жун не разделяла любимое занятие Чжоу Чэнчэн, но, если это поможет ей прийти в себя, она сделает чек в каком-нибудь магазине. Приехав в торговый центр, подруга не глядя скупила дюжину пар сережек. Цун Жун некоторое время смотрела на уши Чжоу Чэнчэн и кивала, затем подняла руку и коснулась мочек собственных ушей. В глубине ее взгляда смутно отразился намек на зависть.

Попрощавшись с Чжоу Чэнчэн, девушка немного пришла в себя, не удержалась, позвонила Вэнь Шаоцину и заявила:

– Я хочу проколоть уши!

Вэнь Шаоцин, сидя в больничном кабинете и читая медицинскую карту, услышал ее слова и сразу вспомнил, как его пальцы касались ее нежных розовых мочек ушей.

Он нахмурился:

– Нет!

Цун Жун удивилась:

– Почему?

Вэнь Шаоцин медленно повторил свой ответ:

– Нет значит нет. Тебе нужна причина?

Девушка продолжала настаивать на своем:

– Я сделаю это для себя, а не для тебя. Почему ты против? К тому же, если не согласен, отговаривать меня бесполезно, я уже решилась.

Вэнь Шаоцин холодно фыркнул:

– Еще одно слово, и…

– Сделаю это завтра!

После некоторого молчания Вэнь Шаоцин вдруг облегченно вздохнул:

– А если у тебя начнется аллергия? Сначала пойдем в больницу и сдадим анализы. Если все в порядке, можешь прокалывать.

– Правда?

– Ну… Так получилось, что я сегодня остаюсь на ночное дежурство. После ужина найдешь меня.

Цун Жун приехала в больницу к закрытию, поэтому в помещении стояла гробовая тишина. Она нашла дорогу к кабинету Вэнь Шаоцина и, пройдя несколько шагов, остановилась и внимательно посмотрела на опознавательную табличку, висевшую на стене. В отделение Вэнь Шаоцина она почти не заходила, последний раз приходила, когда они поженились, чтобы раздать конфеты.

В глубине темного коридора Цун Жун услышала голос своего мужа:

– В будущем медицинские споры мне не страшны.

– Почему?

– Первое правило кодекса поведения во время медицинских споров: никогда не вступай в физическую конфронтацию с врачом, жена которого – адвокат.

Толпа студентов громко рассмеялась. Цун Жун прошла до конца отделения и через несколько шагов увидела профиль Вэнь Шаоцина – на стене красовался его портрет. Фотография была сделана не очень удачно. Вэнь Шаоцин напрягся и выглядел гораздо серьезнее и старше. Но, несмотря на это, лицо и квалификация доктора Вэня были очень заметны среди группы пожилых седовласых профессоров.

В самом низу плаката кто-то написал жирным шрифтом: «Женат!!!»

Три восклицательных знака в конце говорили о чрезвычайно эмоциональном состоянии автора.

Цун Жун все еще пребывала в задумчивости, как вдруг неподалеку от кабинета открылась дверь. Из нее вышел Вэнь Шаоцин:

– Почему не заходишь? На что ты смотришь?

Она стояла, наклонив голову, и с улыбкой рассматривала плакат на стене.

Придя в себя, девушка слегка кашлянула:

– Да так…

Хирург проводил ее к себе:

– Голодна?

– Мы поели с Чжоу Чэнчэн. – Цун Жун небрежно бросила: – Не занят сегодня?

Он тут же прижал указательный палец к ее губам:

– Ш-ш-ш… В больнице нельзя говорить «не занят», «бездельничает» и тому подобные слова, иначе у тебя возникнут проблемы.

Его пальцы были теплыми. Возможно, он совсем недавно помыл руки, потому что от них все еще исходил слабый аромат мыла для рук с лимонной отдушкой. Цун Жун быстро вытянула кончик языка и осторожно лизнула его пальцы.

Вэнь Шаоцин от неожиданности немного попятился, но затем разгоряченно и уверенно шагнул ей навстречу.

Цун Жун смутилась:

– Вот… Принесла для тебя влажные бумажные полотенца.

Сказав это, она, пошатываясь и опустив голову, полезла в сумку за влажными салфетками.

У нее были длинные волосы, и, когда она развернулась и взмахнула рукой, молодой врач подсознательно потянулся, чтобы схватить ее за кончики волос.

Цун Жун неуверенно спросила:

– Что случилось?

Вэнь Шаоцин покачал головой, отпустил волосы, но поднял руку, коснувшись ее уха.

– Почему вдруг захотелось проколоть уши?

Она слегка кашлянула, пытаясь отвлечь внимание.

– Чжоу Чэнчэн позавчера проколола уши. Серьги в них смотрятся просто волшебно. Я тоже так хочу!

Вэнь Шаоцин посмотрел на нее с непониманием, поджав губы:

– И что?

Лицо Цун Жун покраснело от его взгляда.

– Вэнь Шаоцин… ухо болит…

Вэнь Шаоцин даже не заметил, что уже некоторое время тер ее за ухо. Он мягко проговорил:

– Ну что ж, продолжай…

– Что еще говорить?

Муж томно вздохнул и укусил ее за мочку уха.

– Что ты сказала мне по телефону?

Она промямлила:

– Я хочу… хочу проколоть уши!

Вэнь Шаоцин отпустил мочки ее ушей и тихонько подул в ухо.

– Красоту женщины определяют не проколотые уши.

Сердце Цун Жун дрогнуло после этих слов.

– А что тогда?

Он прижал ее к стене и рассмеялся:

– А ты как думаешь?

– Вэнь Шаоцин! Ты лжец! Ты сказал, что поможешь мне проколоть уши!

Молодой врач криво усмехнулся:

– С прокалыванием ушей я тебе не помогу, а вот с остальным…

В мгновение ока он накрыл жену своим телом. Его учащенное дыхание ласкало мочки ее ушей, а теплота тела согревала замерзшую грудь. Цун Жун резко подняла руку и ударила его.

– Ты просто невыносим! Ужасный человек!

Вэнь Шаоцин продолжал зубами удерживать ее мочку уха. Коснувшись ее живота рукой, он дрожащим голосом спросил:

– Все еще хочешь проколоть