Сезон продаж магических растений - Валентина Ильинична Елисеева Страница 7

— А я-то думал, царице флоры все хищные гады покоряются по умолчанию и молниеносно, — зацокал языком невыносимый брюнет.

— Кто бы говорил! Тебе, повелителю королей, венценосные покоряются сразу? Или требуют усилий по дрессировке умения слушаться?

Левитт помрачнел, и она пожалела, что задела больную мозоль. Переполнившее её сочувствие больше подошло бы нищему у храма, чем руководителю самой могущественной организации империи и богатому кузену короля, но чувства — трудно контролируемая опция организма. Да и не получалось у неё воспринимать зеленоглазого мага как опасного и чрезвычайно влиятельного лорда! Может, оттого, что ей доводилось видеть его в минуты слабости и сомнений? Или оттого, что в его взглядах она никогда не видела ничего, кроме тепла, смеха и доверия?

— Учитывая, что лавка куплена на подаренный тобой браслет (о чём тебе, несомненно, доложили), совесть требует таки выдать тебе что-нибудь съедобное, — проворчала Кэсси.

— Счастлив, что мне попалась совестливая спасительница, но ты, увы, опять владеешь не пекарней, — показательно сокрушённо отметил Левитт и неподдельно оживился: — Или второй этаж уже обустроен и там есть кухня с Кокой и лепёшками?

— Нет, Кока пока не переехал. Я все прошедшие дни потратила на оснащение лавки, а наверху Энни провела тотальную магическую уборку, поэтому там и крошки хлеба на полу не отыщется, — развела руками Кэсси. — Однако рядом живёт приветливая старушка, которая в счёт налаживания добрососедских отношений принесла яиц от собственных курочек. Я в ответ подарила огнецвет, и для тебя такой обмен очень выгоден: огнецвет съесть нельзя, а яйца — можно!

Голодными глазами посмотрев на поставленную на стол корзинку с яйцами, Левитт вызвался сварить их в воде, которую подогреет до кипения. Но памятуя о том, что физическое состояние мага тесно связано с полнотой резерва его сил, Кэсси взялась приготовить яйца без его помощи. Не хотелось, чтобы в её новой лавке гвардейцы обнаружили до предела истощённого главу своей конторы! Измученным магам лучше не раскидываться магией — доказано студенческими полевыми практиками.

— У тебя есть кипятильник? — уточнил Левитт, безрезультатно попытавшись разглядеть отсутствующий в лавке камин. Небольшой столичный дом отапливался по-современному — магическими обогревателями.

— Нет, но на втором этаже есть утюг, уже перенесённый из общежития с частью одежды. — Глава имперской безопасности посмотрел на неё с бесконечным изумлением и даже потряс темноволосой головой, пытаясь уразуметь смысл её слов — ну в точности, как недогадливый студент. Он никогда яичницу на утюге не готовил? Ха, что взять с лорда, не живавшего в общежитии с одной кухней на двести человек! С приятным чувством превосходства Кэсси поучительно заметила: — Яйца можно жарить не только на сковороде. Запомни на будущее: для дела жарки яиц рекомендую покупать утюги без функции отпаривания и с антипригарным покрытием.

— Почему? — искренне заинтересовался кузен короля, вероятно отродясь утюг в руках не державший.

— При отсутствии опции отпаривания нагреваемая поверхность утюга не содержит отверстий, что немаловажно при жарке, а при наличии покрытия завтрак легко соскальзывает в тарелку.

Его тихий смешок привычно пустил по телу Кэсси мелкую дрожь мурашек. Под заинтригованным взглядом высокопоставленного мага яйца скворчали на утюге и ровными глазастыми кругами укладывались в тарелку. Карликовое хлебное дерево, прежде росшее в саду Лиеры, а теперь перекочевавшее под крылышко Кэсси, как раз начало плодоносить, добавив разнообразия в меню.

Лианы умиротворяюще шелестели листьями, кладбищенский страж забавно фырчал, как сердитый ёжик, а осмелевшие огнецветы раскатывали по полу. Левитт погасил свои магические огни, и лавка погрузилась в таинственный полумрак, озаряемый лишь мерцающим светом лампы и цветов. Морщинки усталости разглаживались на лице главы службы имперской безопасности, в его движения вернулись порывистость и уверенная чёткость.

«Надо в самом деле холодильник на кухне заполнить», — прикидывала грядущие закупки Кэсси, облокотясь на стол и подперев ладонью подбородок.

— Успел подзабыть, как ловко ты в магазине бытовых приборов товар покупателям сбывала. Боюсь представить, как будут разлетаться по столице тысячи магических растений. Магпотребнадзор выдал тебе разрешение на разведение особо редких и опасных видов и лицензию на торговлю ими?

— Лорд Кэшвелл страдальчески скривился, словно его одолел внезапный приступ мигрени при виде моих прошений, тяжко повздыхал, но подписи поставил. И, кажется, число патрульных на моей улице резко возросло. Надеюсь, они не станут устраивать моим клиентам досмотр всего купленного — это плохо повлияет на торговлю.

— Реестр продаж ядовитых и агрессивных хищных видов должен вести каждый хозяин лавки магических растений…

— …и ежевечерне отправлять вестником отчёт в отдел лорда Кэшвелла. Я знаю правила, не один год в конторе проработала. Преступлений, совершённых с участием магических растений, больше не фиксировалось?

— Нет, но хотелось бы знать, возможно ли натренировать на совершение определённых действий не только скалолаза. — Взгляд Левитта стал острым и сосредоточенным.

— Полагаешь, кто-то проводит такие эксперименты?!

— Полагаю, то, что пришло в голову одному и было им реализовано, может оказаться по силам и кому-то другому. Ты бы слышала показания похищавших тебя тайных карателей! Глупцам внушили, что ты великие чудеса способна с помощью растений творить — опытные дознаватели во время допросов выскакивали в коридор, чтобы вволю отсмеяться, не срывая следственный процесс. Папку с особо примечательными выдержками изречений карателей мне передали со словами: «Сборник сказок от профанов в ботанике».

Однако веселья в голосе главы имперской безопасности она не расслышала. Да, ей тоже отчаянно хотелось верить, что недалёких парней просто обманули, и никаких могущественных сил в людях с её даром не скрывается. Левитт угрюмо проворчал, вторя её мыслям:

— Растения — они везде, и хотелось бы представлять глобальность потенциальных угроз.

— Я не встану на сторону криминала, — глухо заверила Кэсси, но хорошо бы изучить пределы хотя бы собственных возможностей. Артефакт-то когти страсти ей отдали, и жало покинуло сердце короля! Фантазия терялась в обилии вариантов, как можно использовать полуразумные виды, особенно — токсичные и подвижные, не привязанные намертво корнями к одному-единственному месту.

— В твоём благородстве и добросердечии я не усомнюсь никогда, — с мягкой улыбкой повторил зеленоглазый брюнет прежнее обещание.

— К слову о моём добросердечии и неблаговидных поступках, — прищурилась