Мое маленькое счастье. Книга 2 - Дунбэнь Сигу Страница 69

путь – «самая важная и тонкая вещь», практикующий врач должен быть «усердным и уверенным». Второе – это искренность, то есть требование к врачу иметь благородную моральную составляющую: сопереживать страданиям других, будто своим собственным детям, давать обет «всеобщего спасения всех живых существ». Третье – не принижать нуждающегося, «не выставлять напоказ свои знания и не быть глупцом». «Не выставлять напоказ свое мастерство и вызывать уважение» и «не использовать свои достоинства для приобретения богатства». Короче говоря, владеть медицинскими навыками и искренне желать помочь. – Сказав это, он занес руку и написал строчку на пустом месте на обратной стороне диссертации, переданной Чжун Чжэнем. – Желаю тебе познать искусство врачевания, овладеть ясным внутренним видением всех болезней мира, детально изучить всю возможную симптоматику и построить карьеру, основанную лишь на благих помыслах!

Чжун Чжэнь некоторое время смотрел вниз, потом поднял озадаченный взгляд:

– Шеф, могу я задать вопрос?

Тот кивнул:

– Задавай.

– Что все это значит?

Вэнь Шаоцин изогнул губы в улыбке:

– Это значит, что высоконравственный профессиональный врач должен иметь холодный ум, уметь проводить честный самоанализ, выглядеть достойно, быть великодушным, прямолинейным, но не властным! Ты должен диагностировать и исследовать болезнь, быть сосредоточенным, подробно разбираться в симптоматике и ударах пульса, не ошибаться ни на минуту. Назначая и применяя лекарственные средства, нельзя допускать ошибок. Хотя и говорится, что болезнь надо лечить быстро, важнее всего исключить погрешности на ее первичном этапе. Твои действия должны быть взвешенными и осторожными. Нельзя необдуманно демонстрировать свои таланты и охотиться за славой. Корыстные цели сыграют с тобой злую шутку.

Парень еще больше растерялся:

– Шеф, что именно вы хотите сказать?

– Я хочу сказать… – Вэнь Шаоцин протянул Чжун Чжэню бумаги и сделал паузу.

Уголок глаза Чжун Чжэня дернулся, его горькое лицо порозовело.

– Переписать?

Вэнь Шаоцин вдруг рассмеялся:

– Хочу сказать, Чжун Чжэнь, что ты скоро выпустишься.

Чжун Чжэнь замер. Столько лет! Он и не ждал услышать этих слов!

– Потому что вы хотите жениться на моей сестре?

Преподаватель поравнялся с Чжун Чжэнем и уставился на парня. Чжун Чжэнь все еще не решался взглянуть на написанные профессором иероглифы. Спустя две минуты он со слезами на глазах обнял Вэнь Шаоцина:

– Шеф, так нельзя, я не хочу уходить! Я еще недостаточно выучился, хочу продолжить обучение!

Чжун Чжэнь вытер нос халатом наставника:

– Шеф, даже если хотите жениться на моей сестре, вы не можете бросить меня!

Вэнь Шаоцин просто указал на дверь и четко проговорил:

– Убирайся.

С тех пор как Чжун Чжэнь, последний камень преткновения, был выдворен из отделения, на повестке стояла свадьба Вэнь Шаоцина и Цун Жун. И первым, с чем они столкнулись, были свадебные фотографии.

Накануне вечером Вэнь Шаоцин в гардеробной гладил утюгом свой костюм. Цун Жун же принимала расслабляющую ванну. Через некоторое время она подошла к будущему мужу.

– Завтра, когда будем фотографироваться, я собираюсь надеть военную форму.

Цун Жун ахнула.

Вэнь Шаоцин рассмеялся и, улыбаясь, начал переодеваться, одной рукой расстегивая рубашку, другой беря Цун Жун за руку.

– Препятствие браку с военнослужащим противоречит закону! Я хочу, чтобы об этом узнал весь мир!

Цун Жун посмотрела на его ключицы. Ее лицо медленно покраснело.

Вэнь Шаоцин вдруг побледнел:

– Что с тобой?

Девушка не ответила. После минутного молчания она вдруг протянула руку и быстро коснулась его ключицы, а затем вышла, не оглядываясь. После выхода из гардероба в ее голове была только одна мысль: «Надеюсь, он шутит…»

Вэнь Шаоцин поднял брови: «Я… сделал что-то не так?»

Следующий день у Цун Жун выдался довольно сложным. Она никогда не видела Вэнь Шаоцина в военной форме. Во время свадебной фотосъемки девушка никак не могла найти красивый ракурс.

Фотограф был довольно терпелив, когда увидел красивого мужчину и красивую женщину.

– Невеста, не нервничай! Улыбайся! Эй, глаза у жениха красивые!

Цун Жун с любопытством повернула голову и посмотрела в его бездонные глаза, и тут же утонула в них. Вэнь Шаоцин улыбнулся и, нежно обняв ее, притянул к себе. Лицо невесты было прижато к его плечу, прохладному и немного твердому. Она разгорячилась, ее сердцебиение было подобно грому.

Фотограф поднял камеру и похвалил:

– Отличная поза! Не двигайтесь! Невеста прекрасна! Жених тоже не промах!

Спустя полмесяца Цун Жун наконец-то увидела фотографию, которая так понравилась фотографу. На кадре Вэнь Шаоцин одет в торжественную военную форму, но его лицо нежное и спокойное, а глаза улыбаются. Ее лицо похоже на цветущий персик, брови изогнуты в мягкую дугу. Его рука крепко обхватывает ее талию… Сколько эмоций и чувств вызывал этот снимок!

То был день свадебных фотографий. Конец рабочего дня. За окном холодно и мрачно. Вэнь Шаоцин снял свою военную куртку и повесил ее на плечи Цун Жун. Это была та самая сцена, которую фотограф случайно запечатлел, намеренно размыв кадр и обработав его в черно-белом цвете. Получилась фотография двух любящих друг друга людей.

Когда Вэнь Шаоцин вернулся вечером с работы, он увидел, что Цун Жун держит в руках фотографию и внимательно рассматривает ее. Он подошел и с улыбкой спросил:

– На что ты смотришь?

Невеста протянула ему фотографию:

– Вот.

Вэнь Шаоцин тоже был ошеломлен, когда увидел снимок.

– Когда она была сделана?

– Фотограф запечатлел момент. – Цун Жун улыбнулась и снова подняла глаза. – Мне нравится эта фотография.

Вэнь Шаоцин плавно опустился рядом и обнял ее.

– Мне тоже нравится.

Цун Жун подумала, что Вэнь Шаоцин просто согласился с ней, но на следующее утро, когда она проснулась и увидела, что на подушке лежит та самая фотография, на ее обратной стороне красовалась фраза, написанная торопливым почерком врача: «К счастью, я смог узнать твое лицо в цветущих персиках, и с тех пор в моей душе расцвела теплая весна».

Шаркая тапочками, она вышла из спальни, чтобы поискать Вэнь Шаоцина, но, обернувшись и никого не увидев, легла обратно в кровать.

В солнечный день Цун Жун лежала на спине в спальне и грелась в лучиках солнца, попадавших в комнату. Она смутно слышала голоса маленьких детей, играющих в саду внизу, и звуки баскетбольного мяча на площадке неподалеку. Девушка протянула руку, чтобы коснуться света, и ее пальцы прошли за линией, ведущей к окну. Возможно, погода была слишком хорошей, фонтан по соседству включался редко, образуя радугу в воздухе. Пальцы Цун Жун последовали за изогнутой дугой радуги и скользнули к другому концу. Там появились две фигуры – человека и собаки. Она вспомнила, что, проснувшись, заметила, что тапочки, лежащие рядом с кроватью, изменили направление, причем как раз под тем углом, под которым их