Попаданка. Жена по приказу императора - Юлий Люцифер Страница 68

Не потому что испугалась. Просто мне нужно было на секунду перестать видеть его лицо, чтобы не отвечать слишком быстро.

— А ты? — спросила я тихо. — Зачем всё ещё здесь ты сам? Не корона. Не договор. Не новый знак на руке. Ты.

Он не ответил сразу.

И в этой паузе было больше правды, чем в половине наших разговоров.

— Потому что, — сказал он наконец, — если я уйду сейчас, я не буду уверен, что оставил тебя не только в правильной системе, но и среди правильных людей.

Я медленно обернулась.

— Ты очень странно умеешь говорить о заботе.

— Я и не обещал делать это красиво.

Это было до абсурда в его духе.

Я почти рассмеялась. Почти.

Но в этот момент сеть дёрнулась.

Резко.

Сразу обеими ближайшими линиями — внутренним контуром дома и дальним восточным направлением.

Я выпрямилась.

— Что?

Император тоже напрягся.

— Ты почувствовала.

— Да.

Ещё один отклик.

Не враждебный.

Но тревожный.

Быстрый.

Он шёл не от храма и не от совета.

От Миры.

Я посмотрела на дверь.

— Что-то случилось.

Стук раздался сразу.

На этот раз уже резче.

Я открыла, не спрашивая.

На пороге стояла Ная.

Лицо спокойное, но слишком собранное для обычного сообщения.

— Мира зовёт всех во внутренний зал, — сказала она. — Немедленно.

Император встал первым.

— Почему?

Ная перевела взгляд на меня.

— Потому что совет не стал ждать рассвета.

По коже прошёл холод.

— Они уже здесь?

— Нет.

Она покачала головой.

— Пока нет.

— Тогда что?

Ная ответила очень тихо:

— Они прислали предложение. И Мира считает, что вы должны услышать его до того, как запад решит, что делать с вами дальше.

Я переглянулась с императором.

Предложение от совета посреди ночи не могло означать ничего хорошего.

Но хуже всего было другое.

Это значило, что они движутся быстрее, чем даже мы предполагали.

Глава 34. Ночное предложение совета

Внутренний зал дома Вейлар оказался совсем не похож на те места, где обычно принимают решения в спешке. Никакой суеты, ни одного лишнего движения, ни одного поднятого голоса. И именно поэтому тревога ощущалась ещё сильнее.

Когда мы вошли, там уже были все, кто имел вес в этом доме. Мира стояла у длинного каменного стола, на поверхности которого мягко горели тонкие линии света. Лира — чуть правее, опершись ладонью о край стола так, будто в любой момент могла либо вступить в спор, либо вытащить клинок. Эрин держался в тени у колонны, но это была не позиция человека, которого можно не учитывать. Скорее место того, кто привык наблюдать и вмешиваться ровно в тот миг, когда остальные уже сделали половину ошибок. Архел сидел у стены, и только теперь я заметила, насколько он всё-таки устал. Но глаза его оставались ясными. Слишком ясными для человека, который должен был бы уже давно лечь и забыться хотя бы на несколько часов.

Ашер был здесь тоже.

Он стоял отдельно от всех. Не с нами и не с домом Вейлар. Всё ещё в том промежуточном положении, которое его, кажется, раздражало больше любого открытого враждебного отношения. На его лице не было обычной усмешки, и это автоматически делало всё происходящее серьёзнее.

Селена уже была в зале. Видимо, её позвали раньше или она просто не собиралась ждать, пока кто-то решит, что ей следует знать новости позже остальных. Морв стоял у входа, как если бы привычка не доверять ни одному помещению, куда его добровольно заводят, была единственной стабильной вещью в этом мире.

Мира посмотрела на нас, когда мы вошли, и я сразу поняла: дело хуже, чем просто дипломатический выпад.

— Садиться не будем, — сказала она. — Это короткий разговор.

— Такие обычно самые плохие, — пробормотал Морв.

Эрин едва заметно усмехнулся, но промолчал.

Император остановился напротив Миры.

— Совет уже знает, где мы?

— Нет, — ответила она. — Иначе разговор был бы ещё короче.

— Тогда что именно они прислали?

Мира кивнула Нае.

Та положила на стол тонкую пластину из тёмного металла. Не письмо. Не свиток. Именно пластину. На её поверхности едва заметно мерцал знак, похожий на переплетение трёх линий и круга. Я почувствовала лёгкий отклик сети и сразу поняла, что это не просто носитель текста.

— Это советская связная печать, — сказал Архел тихо. — Редкая вещь. Значит, они хотят не просто сообщить, а зафиксировать условия.

— Какие именно? — спросила я.

Мира перевела взгляд на пластину.

— Сейчас узнаем.

Она коснулась её двумя пальцами. Металл вспыхнул холодным белым светом, и над столом поднялось изображение. Не полноценная фигура, а скорее световой силуэт человека, собранный из тонких линий. Лица не было видно отчётливо, но осанка, положение головы, спокойная уверенность в неподвижности — всё это уже говорило о многом.

— Советник Орден, — тихо сказал император.

Световая фигура склонила голову.

— Ваше величество.

Голос был ровный. Слишком ровный. Такие люди всегда говорят так, будто любой ужас — просто неприятная административная необходимость.

— Госпожа Мира Вейлар. Архел. Лира. Прочие присутствующие.

Он сделал крошечную паузу, после которой добавил:

— И носитель новой формы.

Меня передёрнуло. Не от страха. От точности. Совет не просто знал, что произошло. Он уже выбрал формулировку.

— Ты быстро работаешь, Орден, — сказал император.

— Мир изменился быстро, ваше величество. Нам пришлось соответствовать.

— Очень в духе совета, — тихо заметил Ашер.

Световая фигура повернулась в его сторону.

— Да, лорд Ашер. Мы знаем и о вашем присутствии.

Никто в зале не двинулся, но напряжение изменилось. Значит, вот как. Совет уже собрал картину лучше, чем следовало бы.

— Что вы хотите? — спросила Мира.

Никаких приветствий, никаких формальностей.

Орден ответил сразу:

— Стабильности.

Морв почти рассмеялся. Почти.

— Ну разумеется.

Лира не сводила взгляда со световой фигуры.

— Говори прямо.

Орден кивнул.

— Совет признаёт, что этой ночью была совершена попытка переписывания старого договора. Мы также признаём, что локально новая форма уже закрепилась на ряде узлов.

Он сделал ударение на слове локально , и это было не случайно.

— Мы не называем это окончательной переменой порядка. Пока нет. Но мы готовы рассмотреть возможность временного сосуществования двух структур, если будут выполнены определённые условия.

Мира скрестила руки.

— Теперь уже лучше. Условия.

Световая фигура не изменилась.