Воин и Цветок - Яна Епринцева Страница 6

А запах… От неё пахнет не дымом и потом, как от наших женщин. От Лели исходит тонкий, дурманящий аромат — так пахнет луг перед грозой или расцветающий в сумерках сад. Этот запах просачивается мне под кожу, туманит разум, заставляя забыть, кто я и куда иду.

Глава 7

— Пусти меня, пусти, пусти! — задыхаясь от слёз, колочу по каменным плечам.

Да что толку? Только ладони себе отбила, а ему хоть ты что! Шагает дальше с каменным лицом, лишь иногда брови хмурит.

Из сил выбиваюсь уже через несколько минут, больше не сопротивляюсь, бесполезно.

Слёзы тоже высыхают. Ну чего их зря лить? Нет, с ним нужно по-другому. Но как? Этот громадный парень совсем не похож на тех мужчин, с которыми я когда-либо общалась. Костя, Суслов, Игнатов тот же… любовники матери, спонсоры конкурсов. Все они вели себя предсказуемо, цивилизованно. Максимум, что позволяли — заинтересованные взгляды. Даже Суслов облизываться облизывался, но руки не распускал. А этот здоровяк на руках тащит, будто я вещь.

Кошусь на лицо, будто высеченное из камня. Вот как с ним разговаривать? Как заставить отпустить, а ещё лучше помочь вернуться домой? Может, попробовать пустить в ход женские чары?

Я не особо умею флиртовать или заигрывать с мужчинами. Мать строго следила, чтобы лишнего не позволяла, берегла мою репутацию, иначе хорошего мужа не найдёшь ведь. Но этот громила в домотканой рубахе не производит впечатление искушённого в любовных делах. Хотя кто знает…

Вновь перевожу взгляд на невозмутимое лицо. Он молод, и его можно назвать привлекательным. Светло-русые волосы падают на высокий лоб, кожа покрыта загаром, под грубой рубашкой бугрятся развитые мускулы. Интересно, есть ли у него женщина? И как она выглядит, если есть? Вот такая же резкая, сильная и высокая?

Давлю раздражённый вздох. Зачем я об этом думаю? Какое мне дело? Сейчас важнее заручиться его поддержкой и каким-то образом вернуться домой.

При мысли о доме в груди неприятно сжимается. На самом деле там меня тоже не ждёт ничего хорошего. Вынужденный брак с мерзким Сусловым. Но в любом случае оставаться в этом странном месте не выход. И кто знает, какого жениха подберёт мне этот грубиян.

— Послушай… — предпринимаю ещё одну попытку. — Позволь мне идти самой.

Ратибор бросает в мою сторону настороженный взгляд.

— Я могу тебя нести. Долго, — рубит и сжимает губы.

— Ни капли не сомневаюсь в твоей силе. Уверена, что ты сможешь дотащить меня на руках до самого города и даже не запыхаться. Но дело ведь не в этом! Мне не нравится, когда со мной обращаются как с вещью. Я могу идти сама.

Янтарные глазищи прищуриваются, внимательно изучая моё лицо. Жду ответа, но его так и не следует. Этот мужлан отворачивается и продолжает идти вперёд.

— Ну погоди…

Поколебавшись, протягиваю ладонь и легонько касаюсь его щёки. Делаю это скорее чтобы обратить на себя внимание, чем с какой-то иной целью. Но это невинное прикосновение неожиданно вызывает непредсказуемую реакцию.

Ратибор ощутимо вздрагивает всем своим большим телом, на смуглой коже его появляются мурашки. Дыхание мужчины сбивается, становясь поверхностным и частым, мощная грудь ходит ходуном. Острые зубы впиваются в нижнюю губу и сдавливают её. Он как будто пытается сдержать стон.

Отдёргиваю руку, нервно сглатываю, испуганно хлопаю ресницами. Почему он так реагирует? Как будто ему больно.

— Не касайся меня. Мне не нужна жена. Я страж. Моё место здесь.

Жена? Это здесь вообще при чём? Но спрашивать не решаюсь, уж больно грозный у него вид.

— Ладно. Хорошо. Прости, — отстраняюсь, насколько это возможно. — Может, тогда позволишь мне идти самой? Чтобы не коснулась тебя ненароком.

Ратибор останавливается и, поколебавшись всего пару мгновений, опускает меня на землю, позволяя стать на ноги.

— Добро. Иди. Если быстро устанешь, не вздумай ныть.

Ничего не отвечаю на это возмутительное заявление. С чего он взял, будто я буду ныть?

— Идём, — кивает в сторону узкой тропинки, вьющейся между кустами дикой ежевики.

— Эмм… ладно, — соглашаюсь со вздохом.

На землю он меня опустил. Но моя цель ведь была совсем не в этом. Мне нужно каким-то образом заручиться его поддержкой, чтобы вернуться домой. А значит, в город идти точно не стоит, особенно учитывая слова про мужа.

— Давай вперёд. Чтобы на виду была. Ещё заплутаешь ненароком или украдёт кто. Здесь всякие бродят, — Ратибор вновь указывает мне в сторону тропинки.

Лицо его невозмутимо, но в глазах мелькает что-то похожее на раздражение. Решаю не злить его и шагаю дальше, кутаясь в колючую ткань плаща.

Утро хоть и солнечное, но прохладное, в своём сарафане и тонком халатике я бы точно замёрзла. Хотя здесь тоже лето, как и в нашем мире. Вон ежевика поспела. Крупные, почти чёрные ягоды с синеватым отливом, готовы упасть с куста. Неожиданно вспоминаю, что ничего не ела со вчерашнего обеда. За ужином кусок в горло не лез, потому что переживала из-за решения матери по поводу мужа.

Протягиваю руку и срываю одну ягоду. Прямо на ходу сую её в рот. Морщусь от кислинки, но почти сразу ощущаю и терпкую сладость. Спелая дикая ежевика. Никогда в жизни не ела такую.

— Ты голодна? — раздаётся за спиной голос Ратибора.

Не поворачивая голову, пожимаю плечами.

— Есть немного. Но ты не волнуйся, я съем несколько ягод и этого достаточно.

— Добро. Позже выйдем на поляну, и я принесу тебе зайца. Хочешь?

Оборачиваюсь, не в силах скрыть удивления.

— Зайца? Живого, что ли?

Ратибор окидывает меня высокомерным взглядом.

— Нет. Перед этим я сверну ему шею.

При мысли о мёртвой зверушке со свёрнутой шеей мне становится не по себе.

— Я не умею готовить. Особенно в походных условиях и уж тем более зайцев.

На каменном лице от моего заявления ни один мускул не дрогнул. Похоже, этого истукана мои кулинарные способности мало волнуют.

— Я сам его изжарю на костре, — чеканит без каких-либо эмоций. — Для тебя.

Глава 8

Ну что же, пусть готовит. Эту задержку можно использовать. Например, чтобы разговорить Ратибора, узнать больше о мире, куда я попала. Или понять, что ему вообще нужно. И возможно даже, как-то договориться с ним. А по дороге, неплохо бы придумать ещё один план на случай, если русоволосый здоровяк всё же откажется помогать.

Солнце поднимается выше, и в лесу становится теплее. Но я не снимаю плащ, вижу, что моя одежда не нравится Ратибору. Наверное, здесь