Ведьма и темный инквизитор - Джулия Принц Страница 58

Но, посмотрев на мой насупленный вид, снисходительно добавил:

– Я помню, что под этим, – он провёл рукой по моей дряблой щеке, – есть потрясающие веснушки!

Вот и что это? На признание не тянет. А так хочется услышать слова нежного признания от него самого, а не от третьих лиц. И тут же сама себя одёрнула: о чём я думаю? Вовсе не об этом надо сейчас разговаривать с Тёмным инквизитором!

– Как ты меня нашёл?

– Сердце подсказало!

Я скептически посмотрела на Верлицкого.

– Ну хорошо, – сдался он. – После того, как я… закончил дела в Обители… – в этом месте он немного замялся, что не укрылось от моего внимания, – я приехал домой и, не обнаружив тебя, мило ожидающей меня на диванчике, вспомнил, что именно ты говорила про ведьм, выпивающих силы. А так как Фрост дал тебе карету, то вычислить, куда ты направилась, не заняло много времени.

– Ясно. Значит, ты понял, что Харт ходил к ведьме преобразовывать свет в тьму. Отважный человек. Так был увлечён своей работой, что жертвовал своим телом и честью ради эксперимента. Так, а что ты узнал?

Верлицкий замялся.

– Рассказывай, – велела я.

– Прости, – опустил голову Верлицкий. – Рассказать всё не могу.

– А как же доверие? Расследование совместное? – начала я нагнетать обстановку.

И хотя делать это сидя на коленях у того, кого по сути, упрекаешь, не самое достойное занятие, я старалась.

– А ты? Сама мне ничего не сказала, бросилась в одиночку ловить тёмную ведьму!

– Я сама тёмная и сама ведьма!

– Это так, – лучезарно улыбнулся Тёмный инквизитор и чмокнул меня в крючковатый нос. Фу! Извращенец! То на юных девиц его тянет, то на старых!

Наверное, Верлицкий прочитал мои мысли, потому что усмехнулся и посмотрел на меня так, что все желания задавать новые вопросы на эту тему у меня отпали. Не была вредная рыжая ведьма ещё готова ответы на них услышать.

– Я понимаю, – вдруг проговорил он, – понимаю, почему ты ничего мне не сказала. С ведьмой нужно разбираться ведьме? Ведь так?

– Так, – пробурчала я, потому что поняла, как глупо это звучит. Да и на деле всё не очень гладко прошло. Чуть не погибла по глупости да по гордости.

– И у меня так же, – вздохнул Верлицкий, и только сильнее прижал меня к себе.

– С инквизитором должен разбираться инквизитор?

Тот молча кивнул.

– А знаешь, что, дорогой? – медовым голоском проговорила я, и мой инквизитор напрягся.

– Что? – с большой осторожностью спросил он.

– Твоя позиция звучит не менее глупо, чем моя.

Верлицкий внимательно посмотрел на меня и задумался. Надолго. А потом медленно кивнул, соглашаясь.

– Если мы команда и вместе ведём расследование… – но договорить мне не дали:

– Мы не просто команда, мы… – тут уже я прервала непрошенные слова.

– Даже не заговаривай о браке, если мы работаем вместе, мы должны доверять друг другу и вместе же нести ответственность за все последствия.

Никогда ещё я не была столь серьёзна в отношениях с мужчиной, с которым ещё даже и не спала. Кошмар!

А Верлицкий с любопытством посмотрел на меня, видимо, пытался понять, насколько можно доверять ведьме. Что ж, ему было сложнее. Я-то ему не доверилась, а сама требую.

Но с другой стороны, он меня спас, вот пусть теперь и мучается.

– Хорошо. Но тут не моя репутация на кону.

– А репутация Церкви Света?

– Да.

Мы вернулись в столичную резиденцию князей Верлицких. Почему-то только сейчас, когда дом был открыт и сверкал огнями в каждом окне, я осознала его величественность и основательность.

Фамилия, которая веками принадлежала к правящему классу Светлой Империи. Один из столпов государства. Всегда на виду, всегда у власти. Большой или маленькой, неважно. Поколениями этот род служил стране и церкви.

Насколько же мы с Верлицким разные!

Да, он обладает тёмной магией, но всегда был на виду. А я скрывалась во тьме. Его задачей было уничтожать таких, как я, моей – вредить.

Времена изменились, но… возможно ли нам найти что-то общее кроме ночи страсти?

А дома нас подстерегали неожиданные проблемы.

Чер выгнулся дугой и, увеличившись в размерах, грозно шипел на чёрного пса, который охранял сундук с поверженной Аврикией Блоудбери.

– Это он так на ведьму реагирует? – спросил Верлицкий.

– Нет, это он так твоего пса встречает. – мрачно ответила я. – Это же магический зверь? Где ты его взял?

Пёс между тем спокойно сидел возле сундука с нашим свидетелем, демонстративно игнорируя взбешённого кота.

– Создал, – пожал плечами Верлицкий, но вид он имел несколько смущённый. – Давно, несколько столетий тому назад, когда пытался избавиться от своей тьмы, – пояснил он, видя мой удивлённый вид.

– Ты создал фамильяра? – потрясённо воскликнула я.

Это, по сути, почти невозможно. Искусство высшего уровня, доступное только для очень сильных магов. А он сделал это будучи совсем юным!

У ведьм наличие фамильяра – естественный процесс, он рождается обычным зверем, затем получает силу ведьмы и растёт вместе с ней.

– Не совсем, он… просто как магия, отделённая от меня, но которую я могу призывать по необходимости. – продолжил свои объяснения Верлицкий.

– Может, он и был когда-то «просто» магией, но сейчас он живой. Ты посмотри на него! Вон как высокомерно сверкает чёрным глазом на Чера. Точно проблем не избежать!

– Ну так что? – спросила я, когда мы вновь устроились с Верлицким в малой гостиной.

Фрост разжёг камин, и огонь, облизывая сухие брёвна, весело потрескивал. Чай и закуски, поданные дворецким, дополняли картину домашнего уюта. Чер, с глаз которого убрали пса вместе с заключённой ведьмой, устроился тут же на кресле, но хвост его раздражённо подрагивал, обещая мне серьёзный разговор наедине. Явно наличие пса сильно уронило в его глазах наше пребывание в этом доме. Вся надежда на Фроста.

Я, вернув наконец свой истинный облик, сидела на облюбованном мною диванчике, в том самом домашнем платье.

– Хочешь, чтобы я всё рассказал? – Верлицкий уселся рядом, чуть приобняв меня и перебирая мои волосы, чувствовалось, что это доставляет ему удовольствие.

Я кивнула.

– Натанеэлю Харту было поручено самим Верховным инквизитором работать над преобразованием Тьмы в Свет. Таким образом можно было бы доказать превосходство Света и, укрепив догмы Церкви, восстановить её репутацию, сильно пошатнувшуюся за последнее время.

Об этом знали только я и Главный инквизитор Николас Прайтес. Дело выглядело сложно доказуемым и безобидным. А Великий инквизитор на старости лет мог спокойно мечтать.

Так всё выглядело на первый взгляд.

Но, когда в книгах из драконьей кожи мы нашли упоминания о технологии