Сокровище - Трейси Вульф Страница 55

– Я не имел этого в виду, чувак. Я просто хочу сказать… – Джексон оглядывается по сторонам, как будто не может поверить, что психуют только он, Флинт и Мэйси. – Неужели тебя не беспокоит, что они попытаются изготовить пару брюк из твоей кожи или что-нибудь еще в этом роде?

Этот образ настолько дик, что напряжение в комнате спадает, и мы все хохочем. Не только потому, что мысль о милейших Тиоле и Мароли, сдирающих с Хадсона кожу, совершенно абсурдна, но и потому, что Хадсон так силен, что понадобилась бы целая армия рэйфов, чтобы одолеть его. Пусть в Мире Теней у него и нет его магических способностей, но он как-никак вампир. Супружеская пара фермеров и их дочь не имеют против него ни единого шанса, не говоря уже о том, что они ничего не могли бы сделать против нас всех.

Мы все еще смеемся, когда в комнату входит Арнст.

– Хадсон! Ты вернулся к нам!

Моя пара быстро кладет Дымку мне на колени, и Арнст заключает его в медвежьи объятия и на несколько дюймов отрывает от пола.

– Я так рад видеть тебя!

– Я тоже рад видеть вас всех, – отвечает Хадсон. – Извини, что нагрянул к вам как снег на голову.

– Об этом не беспокойся. – Арнст небрежно машет рукой. – Два раза – это уже традиция. Так что теперь мы всегда будем ждать тебя, пусть и не зная, когда ты заглянешь к нам опять.

Он поворачивается и улыбается нам.

– И я вижу, что на этот раз ты привел с собой друзей. Полагаю, к тому времени, как мы закончим ужин, будет уже поздно, так что скажу сейчас – я надеюсь, что все вы планируете у нас заночевать.

– С удовольствием, – говорю я ему. – Если вы примете нас.

– Конечно, мы вас примем. Друзья Хадсона – это наши друзья. – За моей спиной Флинт издает чуть слышный звук, похожий на рвотный позыв – который, к счастью, стихает, как только я наступаю ему на ногу.

– К сожалению, в доме не хватит места для вас всех, – продолжает Арнст. – Но у нас есть барак, который мы используем, когда нанимаем сезонных работников во время сбора урожая.

– Нас это устроит, – с улыбкой отвечает Хадсон.

– Да, – соглашаюсь я. – Мы благодарны, что у вас вообще есть для нас хоть какое-то место.

– Не мели чепухи, Хадсон. Ты не будешь ночевать в бараке. – Идя на кухню, Мароли треплет его по плечу. – Ты будешь спать в комнате для гостей, как в прошлый раз.

– Кто бы сомневался, – бормочет Флинт.

– Комната для гостей – это отлично. Там такая удобная кровать. – Говоря это, Хадсон смотрит на Флинта со злорадной улыбкой, и я с трудом сдерживаю смех.

– Мы с Мароли приготовим ужин через несколько минут. В конце этого коридора есть ванная. Вы можете по очереди сходить в туалет и привести себя в порядок, пока мы тут будем накрывать на стол.

Я готовлюсь вернуть Дымку Хадсону – потому что мне очень хочется сходить в туалет, – но она просыпается до того, как я передаю ее ему. Я замираю, когда ее большие фиолетовые глаза моргают раз, затем другой. Я напрягаюсь, ожидая, что сейчас она психанет, но, когда она даже не вскрикивает, начинаю думать, что она, видимо, не против, чтобы я держала ее и дальше. Я решаю попытаться убаюкать ее, чтобы она снова заснула.

Это оказывается ужасной ошибкой.

Когда глаза Дымки моргают в третий раз и она видит прямо над собой мое лицо, начинается настоящее светопреставление. Она испускает вопль, оглушающий меня. А затем слетает с катушек – шипя и царапаясь, она вырывается из моих объятий.

Я совершаю еще одну ошибку – пытаюсь поймать ее, – ведь мне однозначно не хочется уронить кого-то настолько маленького, даже если это рассерженный детеныш умбры, – но это только злит ее еще больше. Она поворачивается и, ощерившись, вонзает свои маленькие зубки в мою руку.

– Дымка, нет! – рычит Хадсон и, просунув палец между ее ртом и моей кожей, отрывает ее от моей руки. – Мы не кусаемся.

Она поворачивается к нему, зарычав, но тут до нее доходит, кто держит ее, и рычание тотчас превращается в воркование. Она прижимается к нему, взбирается по его груди и нежно обвивается вокруг шеи.

– Ты в порядке? – спрашивает Хадсон, взяв меня за руку.

– Да, все хорошо, – говорю я, потому что так и есть. Крошечные детские зубки Дымки даже не проткнули мою кожу, хотя я уверена, что она старалась. Однако я задета. Я знаю, что прежняя Дымка не любила меня, но я полагала, что с этой новой Дымкой у меня будет какой-то шанс.

Но, похоже, ненависть ко мне заложена в самой ее ДНК. Вот заноза.

– Ты уверена? – спрашивает он, подняв мою руку, чтобы рассмотреть ее лучше.

– Да, вполне. – Я высвобождаю руку. – У меня даже не останется синяка.

– Однако… – Он замолкает, когда Дымка нежно шлепает ладошками по его щекам, что-то чирикая ему.

– Мы не кусаемся, Дымка, – повторяет он и, нагнувшись, ставит ее на пол. – И тем более не кусаем Грейс.

Как только он выпускает ее из рук, Дымка испускает еще один пронзительный вопль. Но на сей раз она к тому же опрокидывается на пол и начинает истерично рыдать.

Хадсон смотрит на меня, и на его лице написан ужас.

– Что же мне делать? – спрашивает он.

– Почему ты спрашиваешь меня? – отвечаю я вопросом на вопрос.

– Ясен пень, надо посадить ее обратно в рюкзак, – говорит Иден, подав голос впервые после того, как она представилась Мароли. – Ее следует наказать, чтобы она подумала о том, что натворила.

Когда мы все удивленно поворачиваемся к ней, она пожимает плечами.

– Почему на ваших лицах написан такой шок? У меня есть маленькие двоюродные братья и сестры.

Мы все снова разражаемся смехом – в том числе и Хадсон, – что только заставляет Дымку истерить еще больше.

– Хорошо. Тиола, можно мне взять рюкзак, в котором ты держишь Дымку? – кричит Хадсон, чтобы перекрыть вопли умбры.

– Я займусь этим сама, – отвечает Тиола и, подняв с пола бьющуюся в истерическом припадке Дымку, со знанием дела засовывает ее в рюкзак и застегивает его на пряжку. Ясно, что это не первая истерика маленькой умбры. – Я уже привыкла к ее сценам

– К ее сценам? – повторяет Хадсон, подняв брови.

– О да. Она закатывает их часто. – Тиола вздыхает. – Но к