Никаких аристократов, или Фальшивая Невеста - Марина Бреннер Страница 54

Дарион, — захаркал он простуженной глоткой — Баловень Судеб! Развенчанный Властью и людьми! Награжденный Богами, однако же. И что же дали сраные Боги своему любимчику? Белесую шлюшку с сомнительным происхождением и хилого выблядка, который подохнет... Не злись, брат. Не сейчас подохнет! Попозже. Ну, протянет годик — другой... И то хлеб, верно? Не расстраивайся, твоя дырка тебе ещё наплодит уродов... Как выяснилось, она это может. Ну, а раз может с тобой... сможет и со мной! Да и с парой Боевых тоже. Боги велят делиться! Верно? А, любимчик? Что скрипишь зубами? Возомнил, что имеешь Семью? Дом? А хрена там, Дарион... этого всего можно лишиться в одночасье. Не веришь? Нет?

Смотритель едва сдержался, сжав кулаки и больно оцарапав ногтями мякоть ладоней.

— Что ты несешь, Аллек...

История повторялась. Повторялась предсказуемо. Тривиально. Скучно. Даже с теми же словами. Жестами. Действующими лицами. Старая пьеса в старом театре. Представление, до смерти надоевшее актерам, но до сих пор вызывающее восторг у зрителей. Та же история.

Тогда... нет. ТОГДА, когда умерли жена и сын Аллека Раймера, всё происходило... также. Ну... почти.

Дарион поморщился. Скривившись, порезал лицо ухмылкой, становясь похожим на своего безумного брата...

— Аллек, — всё ещё ухмыляясь, вымолвил, дав знак Сторожам отойти прочь — Ты неправ, брат. В корне неправ.

Раймер — старший склонил растрепанную голову, хрипло расхохотался и замолчал. Смотритель же, сделав несколько шагов, подошел вплотную к скале. Одна ладонь Дариона смяла серый мох, другая легла плотно на теплую, кожаную оплетку кинжала.

— Прощай, — выдохнул Смотритель, резко дернув рукой и, одновременно сжав горло безумца — И прости. Так будет лучше. Всем.

"Ни один Раймер не должен мучаться так! И ни один Раймер не должен быть заперт в сумасшедшем доме. Хватит с нас... Хватит!"

Раймер — старший, хрипнув ещё раз, попытался вывернуться. Увернуться от боли, от огня, от неизвестности. Но — миг, ещё миг! Лицо Аллека просветлело, тело обмякло, сползая вниз, прямо к ногам Дариона. К чистому подножью скалы, не тронутому мхом и легко присыпанному снегом.

— Горт! — рявкнул Смотритель, отирая ладонь о мох — Проследи, чтоб тело лейда Раймера предали огню. Пепел — по ветру... Чистой ему дороги.

— Да, лейд! — отозвался Горт, кивая Сторожам — Всё будет сделано.

...Когда Дарион, отогнув полог шатра, ввалился внутрь, Элли приподняла голову от подушки.

— Аллек нашелся? — громким шепотом спросила девушка — Да?

— Перепутали, — отозвался Смотритель, стягивая плащ и давя комок в глотке — Это не он. Навели панику! Просто какой — то идиот замерз в Скалах. Здесь такое бывает. Послушай, Эллинора...

— М? — она прикрыла глаза.

— Аллек тебе точно ничего не предлагал? Никогда?

— Нет, — соврала Элли снова — Ничего.

Омывшись в громадной, помятой чаше, Раймер осторожно лег рядом с женой.

Прижавшись щекой к ещё влажным после купания волосам, объявил:

— Спи. Надо выспаться. Завтра днём будем спускаться вниз. Домой, Элли. Домой...

— А ты меня правда любишь? — повернувшись и обняв мужа, спросила Смотрительница.

Ничего не ответив, он кивнул.

"Правда, Элли. Ты просто и не представляешь, насколько... нет, не так. НАСКОЛЬКО это правда."

В ту ночь Дарион Нарлиан Леннер Раймер так и не заснул.

А утром, заручившись разрешением Нелсона, увещеваниями Катарины, Элдара и поддержкой Отряда, он начал готовиться к спуску вниз.

Домой... нет. ДОМОЙ!

Глава 38:2

Спуск оказался веселым! Я бы сказала, что он был веселее, чем подъём — и соврала б! А знаете, почему? А потому, что никакого подъёма и не было вовсе. Были "ходы", приведшие Дарионово войско в Скалы, ныне обрушенные этого войска стараниями.

Была бойня. Драка, громко и пафосно названная словом "война".

Кстати, эта грызня Сторожей со сборной Боевых и Земляных позже вошла в анналы Истории, как Кровавая Битва на Стыке Миров. Да, вот именно так это и преподавалось позже убеленными сединами учителями сопливым школярам и юным, полным надежд и амбиций пансионерам. Именно так. Под этим названием. И в этом антураже.

Золотой плащ Спасителя и Покровителя Стыка, напяленный местными летописцами пьянице, гулёне, скандалисту и матершиннику лейду Раймеру на плечи, совсем не шёл ему.

А венок Матери Первого Прощённого, водруженный на чело истерички, лгуньи, воровки и своевольницы Эллиноры Раймер, так и норовил соскользнуть прочь... Упасть в грязь, да там и остаться, разбрызгав вокруг масляные, жирные капли.

Но всё это было позже, много позже.

Пока же было то, что было: спуск со Скал вниз. Прошедший вечер, расплакавшийся оттепелью, ночью успокоен был легким морозцем. К утру обнаженная земля, камни и серый, скальный мох подернулись легкой корочкой льда, который, весело хрустя, ломался под ногами.

Подойдя к краю поляны, Отряд Сторожей начал спускаться по почти отвесной, полуразвалившейся "лестнице". Мужчины, уже привычные к подобным переходам, прыгали с камня на камень, без видимой боязни оступиться и, кубарем скатившись вниз, свернуть себе шею.

За ними, стараясь попасть след в след, довольно смело запрыгал Элдар Гир. Остановившись посреди крутой осыпи, он поправил громадную шапку и продолжил путь.

— Хьяррр, Лягушка! — весело рявкнул Рейз в след лейду Гиру, переложив связку пик и длинных ножей из руки в руку — Давай, потряси яйцами! Хьярр, хьярр!

— Дурак, блять, — буркнул Смотритель, заглянув в лицо сыну, которого держал на руках — Не ори, Нортан.

От резкого, непонятного звука мальчик, надежно завернутый в куртку одного из Сторожей, сморщил крохотное личико и тихо захныкал.

— Тише, маленький! — зашептал Дарион, остановившись — Не бойся. Нашел чего бояться... Мы с тобой этому долбохеру потом башку открутим, верно? Тшшшш...

Прижав к груди кряхтящий сверток, он обернулся на Элли и Катарину:

— Кэти! Ты с горы сама спустишься? По камням?

— Лейд! — махнула рукой прислуга — Идите уже. Я здесь выросла. Я в ваши эти Скалы как — то сбежала, когда дед собрался меня отлупить. И пряталась здесь много дней...

Смотритель кивнул:

— Очень интересно! Ребенка понесешь. И только посмей упасть. С жопы шкуру спущу похлеще, чем твой дед. Элли, иди сюда. Скользишь, как корова на льду.

Несмотря на бурный протест, поднял жену на руки.

Немного поглядев, как прислуга, умело положив ребенка на одну руку, уверенно спускается вниз, пошел сам.

— Скоро, Элли! — шепнул, успокаивая то ли Эллинору, то ли себя — Уже скоро. Тут идти — то... два шага.

— Я знаю, Дарион! Но тебе тяжело... Давай, я сама?

— Ага, сама. До первого камня...

До поместья пришлось идти пешком. Ждать, когда кто — то сбегает за лошадьми, никому не захотелось. Да и вправду, путь был коротким. Эллиноре