Отряд "Везунчиков" или оковы проклятий - Эстер Рейн Страница 52

взгляде и прикосновениях сквозила трепетная забота и восхищение. Наедине со мной он становился совершенно не тем нелюдимым хмурым мужчиной, что открыл нам дверь в свой замок. Он был чутким, заботливым, нежным, предусмотрительным. Я на самом деле чувствовала себя его драгоценностью. И верила, что его чувства и отношения не изменятся после того, как появятся дети. Такие мужчины выбирают хозяйку своего сердца один раз и навсегда.

Нежные прикосновения и чувство, что я особенная для этого мужчины, пробудили в моем теле томное возбуждение. Легкая сорочка стала раздражать кожу в районе груди, я подалась навстречу и выдохнула легкий стон в губы мужа.

— Пожалуйста, не дразни меня… — Мар отстранился, заглядывая в мои глаза.

— Я не дразню, а тянусь к тебе, мне приятны твои прикосновения и ласка.

— Я рад этому, но… — Муж виновато отвел взгляд, думая, что я не понимаю, какое желание вызываю у него.

— Ты же не всегда обращаешься во вторую ипостась?

— Только в воде, когда это необходимо.

— Очень хорошо, поцелуй меня еще…

— Сокровище мое, я не смею, я боюсь, что не смогу сдержать себя в руках.

— Я не хочу, чтобы ты держал себя в руках. — Я сама потянулась к мужу и жадно впилась в его губы.

Он ответил несмело, ожидая подвоха, опасаясь моего отказа. Но я была настойчивой и дерзкой, я сама проникла в его рот язычком, вызывая на страстную дуэль. Руки Мара несмело заскользили по моему телу, поглаживая спину, спустились к бедрам. Одной рукой он проник под сорочку, коснулся разгоряченной от желания чувствительной кожи. Я прижалась сильнее к широкой груди, подталкивая мужчину облокотиться на борт кровати. Затем я раздвинула ноги и села на него, сразу же почувствовав внушительный бугорок на его штанах.

Мар торопливо спустил легкую ткань с моего плеча и жадно припал к торчащему возбужденному соску. С неистовым наслаждением он посасывал мою грудь, нежно лаская вторую, затем его рука погладила мою ногу, поднялась вверх по бедру и пробралась к заветной дырочке. Он стал поглаживать мои складочки, ласкать клитор и немного дразнить пальцами у входа. От нетерпения я тихонько стонала и елозила бедрами. Мар глубже погрузил свои пальцы в меня, мучая и заводя меня.

— Войди в меня, — прошептала, прикусив его ушко.

— Позволь, я просто доставлю тебе удовольствие. — Его пальцы еще глубже проникли в меня.

— Я хочу тебя, — возразила, нетерпеливо насаживаясь на пальцы.

— Я не заслуживаю этого.

— Это решать только мне.

Сдавшись, Мар приспустил свободные штаны для сна, освобождая свой внушительный член. Я приподнялась, а затем не спеша опустилась на истекающую соком головку. Она скользнула внутрь легко, растягивая соскучившееся по ласке лоно. Дальше шло уже туже. Большой член распирал меня, и я не спешила полностью опуститься на него, давая себе время привыкнуть и как следует истечь соками.

— Какая ты тесная и горячая. — Мар снова принялся ласкать мою грудь, запуская волны удовольствия.

Его руки обхватили мою талию и потянули вниз, не давая мне возможности уклониться, ускользнуть, избежать полного заполнения. Я сдавленно охнула, когда он весь проник в меня. Не давая мне отдыха от сложных ощущений, Мар стал ласкать рукой мой клитор. Я дернулась, но свободной рукой мужчина удержал меня на месте. Это была такая мучительная, но приятная пытка, мне было тяжело двигаться на нем, но того давления, которое он создавал внутри меня, было более чем достаточно, стимулируя клитор и лаская мою грудь, Мар стремительно доводил меня до оргазма. Я стонала, выгибаясь в пояснице и впиваясь ногтями в его плечи. Муж чуть сильнее надавил на клитор, и я закричала, закинув голову, сердце бешено колотилось в груди, а от удовольствия немного кружилась голова, но сдаваться было еще рано, муж выдержал этот акт, оставаясь таким же твердым и большим внутри меня.

Желая, чтобы Марегон тоже получил удовольствие, я стала медленно двигать бедрами, разжигая внутри него пожар желания. Долго дразнить его не пришлось, мужчина обхватил руками мои бедра и стал сам насаживать меня на свой стоящий колом член. Новая волна возбуждения начала подниматься у меня внизу живота, от удовольствия немели ноги, а Мар продолжал ритмично двигаться. Я вцепилась в его плечи, нуждаясь в опоре, задыхаясь от стонов. Но мужчине этого было мало, он перевернул меня на спину, прижав сверху, и продолжил в быстром безжалостном темпе вторгаться внутрь моей возбужденной дырочки. Чтобы я не елозила, Мар придавил рукой мое бедро, крепко вжав в кровать, он проникал так глубоко и неистово, выпустив наконец всю сдерживаемую страсть, что уже спустя несколько мгновений я содрогнулась и снова закричала, внутри меня все сжалось и запульсировало. Мар еще пару раз вошел в меня, а затем кончил, простонав мое имя мне в шею.

Глава 41

Следующим утром в нашу дверь раздался звонкий и бодрый стук. Мы настороженно переглянулись, гости в наши планы не входили, и моим первым желанием было сделать вид, будто никого нет дома. А затем я вспомнила, как нам ответил Марегон, когда мы сами постучались в его дверь, и улыбнулась, напряжение в душе спало. Кажется, нечто подобное испытали и мои мужья. Вздохнув, Мар поднялся с кресла и вышел в коридор.

— Что вам надо? — совершенно невежливо поинтересовался он.

— А ты ничуть не меняешься, Мар. — раздался веселый голос в ответ.

— Люпиниус? Как ты здесь оказался!

Я услышала, как муж распахнул дверь, а потом доброжелательный смех обоих мужчин. Неужели у Марегона есть друг?

Спустя пару минут в гостиную вошел рыжеволосый улыбчивый эльф.

— Знакомьтесь, это Лю́пин, мой друг.

— Дядя? — Ран поднялся, с изумлением разглядывая вошедшего. — Но нам объявили, что ты погиб в лесу…

— Ран, мальчик мой, как я рад тебя видеть! Вот это встреча! — Ран и Люпин крепко обнялись. — Я не погиб, наша королева преподнесла меня в дар Главной Госпоже, но, попав к ней, я быстро смекнул, к чему все идет. Потому я сделал вид, что глубоко влюблен в нее и хочу угодить. Я приготовил романтический ужин, после которого ей стало очень плохо. И, пока Госпоже было не до меня, тихо улизнул из замка. Прячась от нее, я тоже пришел сюда. Пришлось применить все свое красноречие, чтобы Марегон открыл мне дверь.