Сокровище - Трейси Вульф Страница 52

– Мне так жаль, – говорю я, обняв его за талию и крепко прижав к себе. – Так жаль.

Он продолжает неподвижно стоять.

– Хадсон, малыш. – Я хочу сказать ему, что она жива, что она наверняка где-то в Мире Теней и мы перевернем здесь все вверх дном и найдем ее.

Но я не знаю, удастся ли нам это сделать. Я ожидала, что она будет ждать его здесь, – ожидала, что она бросится в его объятия и начнет ворковать, как делала это всегда, с самой первой минуты их знакомства. Но теперь, когда обнаружилось, что ее здесь нет, когда все его надежды развеялись… я не знаю, что ему сказать.

Я однозначно не хочу что-то ему обещать. Потому что подать ему ложную надежду было бы жестоко.

К моим глазам подступают слезы, в горле образуется ком, и я утыкаюсь в него лицом и крепко сжимаю его. Не найти ее здесь стало для меня ударом – и я не могу себе представить, как это переживает он.

– Что с ним? – спрашивает Джексон, стоящий рядом. Он явно потрясен.

– Ничего, – отвечает Хадсон тоном, которого я не слышала у него с того вечера в моей комнате, когда он попросил меня перестать. Просто перестать. Тогда я не поняла, что он имеет в виду, но теперь понимаю, и этот его тон возвращает меня в тот момент. –  Со мной все в порядке.

– По тебе никак не скажешь, что ты в порядке. – В голосе Джексона звучит неподдельное участие, и я чувствую, как он кладет руку Хадсону на плечо. Я понимаю, что он не знает, что здесь происходит, почему его брат вдруг стал сам не свой, но мне хочется, чтобы он просто оставил эту тему.

– Нам надо идти. – Хадсон проводит рукой по моим волосам и мягко отстраняет меня от себя. – Вы уже давным-давно ничего не ели, к тому же Мэйси и Хезер необходимо отдохнуть.

– Я уверена, что чувствую себя куда лучше, чем ты, – говорит Мэйси, вставая на ноги. – Мы можем что-то для тебя сделать?

Хадсон качает головой.

– Со мной все в порядке, – повторяет он, повернувшись к дому, и от его вида у меня разрывается сердце, потому что он совершенно разбит. Ощущение такое, будто у него все болит. Но я ничем не могу ему помочь, и нет таких слов, от которых ему стало бы легче.

Я поворачиваюсь к нашим друзьям, у которых на лицах написана тревога и которые либо не сводят с Хадсона глаз, либо, напротив, стараются не смотреть на него. Джексон отстает на несколько шагов, чтобы шагать сразу за братом, и видно, что он готов подхватить его, если тот упадет.

Остальные, видимо, решают, что лучше оставить его в покое, только Мэйси подходит к нему и берет его за руку.

– Со мной все в порядке, – говорит он в третий раз, бросив на нее взгляд.

– Ага, со мной тоже, – отвечает она, продолжая держать его руку, и он не пытается высвободить ее.

– В чем дело? – шепчет Джексон, повернувшись к мне, но я только пожимаю плечами. Отношения Хадсона с Дымкой слишком сложны, чтобы можно было описать их в нескольких словах, и сейчас, когда он в таком состоянии, я не могу пускаться в объяснения.

– Потом, – шепчу я в ответ, затем обвиваю рукой талию Хадсона и крепко сжимаю ее, пока мы идем к дому Арнста и Мароли.

Солнце стоит высоко, значит, они, вероятно, еще работают где-то в полях. Возможно, нам придется отправиться на их поиски, но сначала лучше поискать их в доме.

Тем более что, приблизившись к нему, мы видим Тиолу, которая спускается по ступенькам крыльца. На спине она несет рюкзак, в руке держит ведро, и за ней следует несколько умбр-кошек.

Она смотрит на них, разговаривает с ними и бросает им лакомства, которые они тут же съедают. Только закончив их кормить, она наконец поднимает глаза.

Когда она видит Хадсона, то потрясенно раскрывает рот. Затем, радостно взвизгнув, бежит ему навстречу.

Глава 39

Потерянное и найденное

– Хадсон! – вопит она. – Хадсон, Хадсон, Хадсон!

Ее энтузиазм вызывает у него улыбку – хотя мне казалось, что сейчас это невозможно. Он бросается к ней и падает на колени, чтобы она смогла обнять его.

Она с воодушевлением обхватывает руками его шею и визжит так, будто ей только что преподнесли лучший подарок за всю ее жизнь.

– Мама и папа говорили, что мы никогда тебя больше не увидим, но я знала, знала, что ты вернешься!

– Что ж, ты была права, – отвечает он, и его британский акцент кажется заметнее, чем обычно. Это верный знак того, что он очень взволнован.

– Я знала, что я права. Пойдем, пойдем, надо сообщить маме! – Она хватает его за руки и пытается заставить его встать.

– Безусловно, – соглашается он. – Но я сначала представлю тебя моим друзьям

– Конечно! – визжит она, захлопав в ладоши. Затем она смотрит на меня и говорит: – Меня зовут Тиола! Я так рада познакомиться с тобой!

Я открываю рот, чтобы сказать, что это я, Грейс. И тут у меня обрывается все внутри. Мы с Хадсоном гадали, перезапустилась ли наша временная линия, когда мы покинули Норомар. Стрела времени, пронзившая меня, вроде бы поразила и его. Но Тиола помнит Хадсона, а меня нет… значит, только моя временная линия изменилась.

Если учесть, что я утратила воспоминания о Мире Теней, а Хадсон – нет, сейчас кажется глупым, что мы не подумали об этом. Это логично. И все же мне хочется сесть на землю и зареветь. Почему-то мне казалось, что раз воспоминания вернулись ко мне, значит, моя временная линия не изменилась. Но оказалось, что это не так. Как же это скверно.

Я наконец вспомнила все, что произошло в Норомаре, – и всех замечательных, чудесных людей, с которыми я познакомилась здесь. Но никто из них меня не вспомнит.

Как не помнит меня эта девочка, с которой я вместе гуляла, пекла печенье и которой на ночь читала сказки.

Кауимхи, Луми, Тиниати – так странно сознавать, что все они дороги мне, что я беспокоюсь о них, думаю о них, а они даже не знают, кто я такая. Даже Арнст и