Негодный подарок для наследника. Снежные узы - Мария Вельская Страница 51

Спотыкаясь, бросилась по снегу вперёд. Туда, где виднелись силуэты группы.

Споткнулась, проехала на животе пару метров, и застыла.

Мягко сиял барьер. Нам о них только упомянули — "новорожденным" новичкам вроде нас до этого искусства было как пешком до столицы. Барьер создавал защиту.

Дыхание оборвалось.

Меня скрутило ощущением катастрофы.

Вэйрин Эль-Шао застыл далеко впереди догорающего костра.

На снегу виднелось два… три… пять тел даш-тари!

Ещё три живчика рвали барьер.

Темно-синяя форма ученика была разорвана, рукав Эль-Шао висел на трёх нитках и снежной выхухоли, а из плеча торчал клык.

Волосы его — гладкое чистое серебро — едва заметно шевелились.

Перед ним висела сложнейшая конструкция из десятка мерцающих пиктограмм, в которые были вписаны неведомые узоры.

Ри Лайо сидел в снегу, болезненно кривя брови. Шилинь замер за спиной Вэйрина. Кончики его пальцев сверкали золотом.

Остальные сгрудились за ними.

Барьер не должен был меня впускать — но благодаря нашей связи я его даже не заметила.

Вот, что такое Высший заклинатель. Даже ослабленный.

Я бросилась к нему. Вина, сожаление, отчаяние, понимание, что только он нас и удерживает на тонкой кромке жизни.

Все смешалось.

Закушенная губа. Искаженное лицо. Тяжёлое дыхание.

В этот момент мне была наплевать на то, что из-за этого мужчины моя жизнь покатилась куда-то к змейсам. Я просто хотела ему помочь.

Почему-то от этой мысли мой веер в руках накалился.

Вены ошпарило кипятком. Что-то темное, тягучее, неподъемно тяжелое хлынуло от него ко мне — и от меня к Эль-Шао.

Мир расцветили тысячи мелких иголочек.

Спина под моими руками дрогнула.

Вэйрин негромко вздохнул. Двойное зрение снова вернулось — и позволило мне увидеть темный поток, который вливался мощной струёй в тело Вэйрина.

Искристо-синие, обманчиво черные воды.

Щиты полыхнули. Барьер запылал фиолетовым.

С криками от него отпрянул даш-тари, а другая неудачливая птичка осталась на снегу.

А в следующий миг произошло сразу две вещи.

С тихим вздохом Вэйрин Эль-Шао вдруг осел навзничь — я едва успела его придержать.

Жёсткие гладкие волосы щекотали мою шею.

Лицо было белее простыни.

В этот же миг двое даш-тари (обладатели смазливых мужских лиц в номинации звезда года) исчезли в ярких вспышках.

Не веря своим глазам, я задрала голову. С небес медленно спускались люди. Вернее, эль-драгхо.

И первым, кого я заметила, был кайтиш Амарлео.

Высший мастер стоял на длинном узком клинке, напоминавшем саблю, так легко, как будто это была доска для скейта.

Сейчас покрасит его в дикий узор, нацепит кепку — и унесется в толпе гикающих подростков.

В руках мастера извивалась огненная плеть.

Несколько ярких печатей слетели с рук — и унеслись в другой конец ущелья.

Заклинатели разделились. Кайтиш и ещё трое направились к нам. Шестеро исчезли в ночи.

— Гусеничка, твоя способность попадать в неприятности меня приятно поражает. Особенно впечатляет, что вместе с тобой в них активно втягивается и… — кайтиш осекся.

Нахмурился, увидев бессознательного Эль-Шао.

— Сними барьер! Живо! — Прошипел, дико сверкнув глазами.

Золотые совиные глаза вспыхнули фонарями.

Я дернулась, не понимая, чего от меня хотят.

— Твоя энергия помогает барьеру держаться, — раздался торопливый шепот Шилиня, — похоже, ваши силы каким-то образом сейчас связаны, и…

Я мысленно застонала.

Конечно. Это именно то, что мне нужно. Использовать свои совершенно нулевые навыки. Особенно, когда дело касается техник, о которых мы ещё ничего не знаем.

Я опустила голову — и уткнулась взглядом в тонкий браслет, который когда-то надел на меня кайтиш.

Камешек в нем почти треснул. Возникла догадка — почему и как нас нашли.

— Так, гусеничка, — голос кайтиша зазвучал спокойнее, — мне очень хочется кого-то убить, но я сегодня мирный. Обещал быть. Пока что. Давай так. Ты тихонечко обнимаешь Эль-Шао, как будто он твой любимый зимний дракончик.

— Пхф, — это звук, который я издала.

Моя же ты игрушечка!

— Быстрее, — лягушачий рот ухмылялся.

Но… мне показалось, что Совиный лорд беспокоится. Как может.

Духовное оружие? Веер?! Насколько я помню, таким оружием заклинатели называли вещь, которая приобретала с ними особое сродство. Оружие питалось силой источника и между ним и заклинателем возникала связь. Более того, на оружии часто появлялось имя, данное ему хозяином во время обряда… Если оружие признавало в заклинателе своего владельца, разумеется.

Имя?

Я резко развернула веер.

Феникс на нем плеснул огненным хвостом и закурлыкал.

Под зверями вились иероглифы. Я ещё не очень хорошо их читала, но как-то разом поняла, что здесь написано.

Хищная бабочка.

Чужое оружие, оставленное в цянькуне, признало меня хозяйкой.

Все это заняло лишь несколько секунд.

В нос ворвался запах гари, а в уши — крики.

Даш-тари? Я мигом развернулась.

Связь… Я потерла грудь. Спокойно.

Спотыкаясь, бросилась по снегу вперёд. Туда, где виднелись силуэты группы.

Споткнулась, проехала на животе пару метров, и застыла.

Мягко сиял барьер. Нам о них только упомянули — "новорожденным" новичкам вроде нас до этого искусства было как пешком до столицы. Барьер создавал защиту.

Дыхание оборвалось.

Меня скрутило ощущением катастрофы.

Вэйрин Эль-Шао застыл далеко впереди догорающего костра.

На снегу виднелось два… три… пять тел даш-тари!

Ещё три живчика рвали барьер.

Темно-синяя форма ученика была разорвана, рукав Эль-Шао висел на трёх нитках и снежной выхухоли, а из плеча торчал клык.

Волосы его — гладкое чистое серебро — едва заметно шевелились.

Перед ним висела сложнейшая конструкция из десятка мерцающих пиктограмм, в которые были вписаны неведомые узоры.

Ри Лайо сидел в снегу, болезненно кривя брови. Шилинь замер за спиной Вэйрина. Кончики его пальцев сверкали золотом.

Остальные сгрудились за ними.

Барьер не должен был меня впускать — но благодаря нашей связи я его даже не заметила.

Вот, что такое Высший заклинатель. Даже ослабленный.

Я бросилась к нему. Вина, сожаление, отчаяние, понимание, что только он нас и удерживает на тонкой кромке жизни.

Все смешалось.

Закушенная губа. Искаженное лицо. Тяжёлое дыхание.

В этот момент мне была наплевать на то, что из-за этого мужчины моя жизнь покатилась куда-то к змейсам. Я просто хотела ему помочь.

Почему-то от этой мысли мой веер в руках накалился.

Вены ошпарило кипятком. Что-то темное, тягучее, неподъемно тяжелое хлынуло от него ко мне — и от меня к Эль-Шао.

Мир расцветили тысячи мелких иголочек.

Спина под моими руками дрогнула.

Вэйрин негромко вздохнул. Двойное зрение снова вернулось — и позволило мне увидеть темный поток, который вливался мощной струёй в тело Вэйрина.

Искристо-синие, обманчиво черные воды.

Щиты полыхнули. Барьер запылал фиолетовым.

С криками от него отпрянул даш-тари, а другая неудачливая птичка осталась на