Бывшая жена дракона. Целительница-попаданка - Нина Новак Страница 5

Крыска, старая дева…

Невесело усмехаюсь. Может и старая, но не дева. Не была Луиза Айши девственницей. А муж и не догадывался.

Эта тайна тела мучила меня, но дело в том, что я помнила прошлое Лу лишь до определенной точки.

Лишь последние пять лет остались в памяти. А что было до – тайна за семью печатями.

Тру лоб, обдумывая свою жизнь. Снова не повезло. Принц превратился в жабу, а карета в тыкву.

Я даже не представляю, почему настоящая Луиза уступила мне свое тело, почему она погибла?

И вдруг меня осеняет осознанием. Неужели фальшивая метка убила ее?

Это только теория, но если все именно так и произошло?!

Час пролетает незаметно и меня вызывают к целительнице Гром. Пока иду по коридору, невольно заглядываю в палаты. Боги, я дышала медициной целые годы и как же трудно было оказаться не у дел. Поэтому и начала курсы.

А палаты переполнены, персонала, как всегда, не хватает. Но последние пять лет на границах Драконьих городов пылают конфликты – прибывает много раненых.

Я захожу в кабинет и целительница улыбается мне. На ней чистая белая форма, волосы убраны в аккутарый пучок на затылке.

Мы хорошо знакомы, ведь я посещаю курсы уже год.

– Добрый день, миледи, – произносит она. – Вы обратились к нам не из-за головной боли, я права?

Конечно, целительница Гром все поняла, я могла отправиться в самый лучший госпиталь или вызвать на дом личного лекаря Шафаров, а не ехать сюда второй раз за день.

– Дело очень деликатное. У меня… фальшивая метка истинности.

Сажусь и складываю руки на коленях. Хотя бы помогли, ну пожалуйста, Боги.

Мои слова вызывают у целительницы странный отклик, она меняется в лице.

– Покажите. Срочно.

Я встаю и начинаю раздеваться. Кидаю на второй стул пальто, снимаю жакет и расстегиваю пуговицы блузки.

Метка у меня на плече и я с ужасом отмечаю, как оно опухло. Кожа воспаленная, красная, а роза светится огненным контуром, въедаясь в плоть.

– Ох… – срывается с губ.

– Кто сделал с вами такое?!

Целительница поражена. А меня охватывает прилив гнева. Метка вела себя спокойно все эти три года, но что же случилось? Мое сопротивление вызвало осложнения?

– Вам необходимо избавиться от нее сегодня же, иначе умрете, – целительница Гром срывается с места и распахивает шкаф с инструментами.

Я задерживаю дыхание. Умру также, как настоящая Лу, да?

Глава 6

Целительница обрабатывает мою метку мазью и делает укол. Ее движения быстрые, точные и уверенные.

– Гертруда проводит вас в палату, миледи. Придется оперировать, – предупреждает она.

Я согласно киваю, пытаясь не показывать волнения.

– Миссис Гром, умоляю вас… Мой супруг не должен узнать, что я здесь. И еще… задокументируйте мое состояние и метку. Я щедро заплачу.

На секунду взгляд целительницы застывает и я пугаюсь, что она откажет. Юс Шафар влиятельнейший человек в столице, Праотец Дракон и жрецы всецело доверяют ему.

Но она не отказывает, а понятливо кивает и достает из ящика письменного стола небольшой артефакт– камеру для фиксации улик. Такие используют медики, когда нужно задокументировать травмы для следствия.

Целительница делает несколько снимков моей розы, горящей на воспаленной коже.

Как же я мечтаю избавиться от проклятой отметины!

После старшая медсестра Гертруда провожает меня в палату, где я готовлюсь к операции. Выпиваю специальный магический состав, который тут вместо наркоза, переодеваюсь в белую рубашку.

– Привезли раненого из-за Стены, – совсем молоденькая сестричка заглядывает к нам и сообщает новость.

Гертруда недовольно качает головой. Сразу видно, что женщина она опытная, многое повидала. А молодая расширяет глаза и шепчет, оперевшись руками о дверной косяк:

– Раны такие обычные. А я ожидала, что будут следы зубов или когтей. Говорят, наших там страшно пытают.

Гертруда бросает на меня нервный взгляд, а я, наверное, бледна как привидение.

Практически не сомневаюсь, что мне лично придется отправиться в земли за Стеной, потому что муж не оставит мне другого выхода. Он явно настроен на охоту, хочет сломать меня, вынуждая бежать хоть к черту на кулички.

– Хватит сплетничать, – строго отвечает Гертруда медсестре.

Та сразу скрывается, а Гертруда улыбается мне, как ни в чем не бывало.

– Что только не говорят о Диких землях, но нас это не касается.

Меня переводят в операционную и я отключаюсь на длинном столе. А прихожу в себя уже в палате. Тут все скучно и стерильно, мебель грубая, деревянная.

Резко сажусь в кровати и прикладываю ладонь к плечу. В нетерпении спускаю рубашку и облегченно выдыхаю – метки нет. Остался лишь некрасивый след, покрытый заживляющей мазью.

Озираюсь. Меня уложили в самую хорошую палату. Пальто, одежда и сумка сложены на стуле.

Я встаю с кровати и проверяю вещи. Ох, все на месте: и деньги, и кулон, и письма. Даже снимки метки и медицинский отчет миссис Гром спрятала среди одежды.

Чувствую небольшую слабость и сажусь обратно на кровать. В этот момент ко мне входит целительница Гром.

– Вижу, вы пришли в себя. Голова не кружится?

– Немного, – слабо улыбаюсь и тут же спохватываюсь. – Сколько я должна вам за операцию?

– Все оплачено, – целительница разводит руками.

– Как оплачено?– не верю своим ушам.

Муж не стал бы спонсировать операцию по удалению его метки. Мерзавец вообще знал, что убивает девушку, на которую поставил клеймо?!

Тварь чешуйчатая. Ненавижу!

– Кто заплатил за меня, миссис Гром?

Она с сожалением смотрит на меня.

– Я не знаю. Приходил молодой человек в форме лакея и заявил, что оплатит все расходы по лечению леди Шафар. Мы думали, ваш муж прислал его.

Целительнице неловко вести этот разговор и я ее понимаю. Никто не захочет связываться с семьей влиятельного судьи, к тому же дракона. То что она сделала снимки и задокументировала мое состояние, уже большая уступка мне.

– В отчете вся информация по вашей метке, – сообщает целительница. – Мы успели вовремя, хотя удалять пришлось и магические каналы. Но целитель Гаурус справился. Вам очень повезло, что его перевели сюда.

Меня выписывают в тот же день. Стоит ли говорить, что из больницы я выхожу в страхе и через черный ход.

Странно, что муж до сих пор не примчался. Объяснить это я могу лишь одним, тот лихой дракон что-то