Однажды я вернусь! - Татьяна Донская Страница 49

даже первого шага. Не хочу придумывать для себя оправдания, дала слабину, была не права, обещаю исправиться. Честно-честно! Только верь в меня! И ты, Лий тоже. Обещаю, больше я вас не подведу. Может быть, я несерьёзно относилась ко всему происходящему, но это уже в прошлом. Раз уж судьба наградила меня вами, а вас мной, значит, мы связаны, мы — команда. Хватит прятать голову в песок, пора принять на себя ответственность за свою жизнь, мысли, поступки и решения. Я готова, я принимаю!

Встала, приложила руку к сердцу и с волнением начала произносить, невесть откуда взявшиеся в моей голове, слова клятвы:

— Я, герцогиня ан Алой, урождённая Дарья Сыромятникова, по своей воле переместившаяся на Кейтар, получившая магические способности и двух фамильяров, клянусь во всём помогать талану Велигонию и каяни Лие, поддерживать их в горе и в радости, стать с ними единым целым, пока смерть не разлучит нас, и действовать на благо и для процветания Кейтара. Прошу Мириту принять мою клятву!

Меня ничуть не смутило, что чуть ли не половину выражений я позаимствовала из земной брачной церемонии. Слова лились сами и шли от души, поэтому искусственно менять их не стала. Велик с Лией просто повторили за мной: «Клянёмся!», как и я, положив лапки на сердце.

Произнеся клятву, протянула руку, и в ней утонули две крохотных лапки. В воздухе громыхнуло, и на наши скрещенные конечности сошёл огонь. Ну, не совсем огонь, а некое свечение, которое вспышкой символически спаяло нас троих и мгновенно впиталось в нашу кожу.

— Мирита приняла вашу клятву! Да будет так! — раздалось откуда-то сверху.

Велик с Лиеей довольно заулыбались, а я поняла, что сейчас навсегда отрезала себе путь назад, в привычный земной мир.

Глава 56

Немного сумасшедшинки в пасмурный день

Почему-то это не испугало, а лишь заставило сердце учащённо забиться. Создалось впечатление, что я сделала правильный выбор, что по-другому и быть не может. Ведь именно так, наощупь, сверяясь с маркерами души, мы и бредём в потёмках неизведанного, пытаясь отыскать свой путь. Тот, который, когда-то потеряли или, томясь непонятной тоской и жаждой, только стремимся обрести.

Да и кто я такая, чтобы спорить с судьбой? Бреду по своей жизни как в тумане, ставлю себе какие-то цели и наперекор всем и всему добиваюсь их, изводя массу сил, времени и средств. А в итоге жёстко разочаровываюсь из-за того, что в большинстве своём они оказываются пустышками.

Надо научиться слушать себя и читать знаки судьбы. Она мудрая и всё время подталкивает меня в правильном направлении, только я сопротивляюсь. Она давно и прочно связала меня с этими двумя, нет, с тремя дорогими мне существами. И я уже не мыслю своей жизни без них. Так зачем я буду спорить с судьбой и провоцировать её на более жёсткие методы вразумления непонятливой меня! Лучше научусь принимать её дары и использовать себе во благо.

Ну, вернусь я на Землю, удивлю Никитушку, а дальше что? Вдруг он в меня, такую изменившуюся, возьмёт и вправду влюбится. Что я буду делать с его любовью? Зачем она мне теперь, когда в моей душе живёт образ совсем другого мужчины, чьи глаза цвета расплавленного серебра будоражат меня даже во снах. И что я буду делать на Земле без Трея, вернее, так далеко от него?

И пусть мне даже думать о будущем страшно, о том, что придёт момент, когда мы закончим все поиски и расследования и Трей ан Алой со спокойной совестью откажется от меня. К чему ему такая слабачка? Ведь он любил и, скорее всего, до сих пор любит то совершенство, ту полубогиню, что нечаянно убил своими же руками.

Ну и пусть! Мне никогда не стать ею! Буду сама собой: по максимуму, до предела. Запомню все мгновения рядом с ним, чтобы перебирать их в своей памяти как драгоценности потом, когда останусь без него…

Я буду готова к нашему расставанию, успею подготовиться. И сама сделаю первый шаг, чтобы не страдать и не мучиться от ожидания. Ведь ожидание смерти хуже самой смерти. Так что не буду думать о плохом, постараюсь напитать себя положительными моментами нашего странного и неожиданного брака.

Придя к определённым выводам, — вот что ни говорите, а конкретика всегда окрыляет, — повеселев и немного взбодрившись, я отправилась за стол, а то со всеми этими переживаниями скоро ноги с трудом переставлять буду. Сегодня зеркало мне подсказало, что я снова уменьшилась в объёмах. Это, конечно, радует, но не растаять бы совсем, всё же силы, как и магический резерв, необходимо постоянно восполнять.

Теперь я ела с аппетитом, ощущая вкус и аромат блюд, а две пары любопытных глаз с удовлетворением следили за мной. Насытилась быстро, и сразу же захотелось спать. Вот уж точно, как в старом мультфильме про Дюймовочку: «Поели, можно и поспать. Поспали, можно и поесть!». А что ещё можно делать в моей ситуации?

Трей почему-то долго не возвращался, и я решила, что сон мне не помешает и время так пролетит быстрее. Как же я удивилась, когда, открыв глаза, обнаружила, что за окном давно стемнело, а мужа по-прежнему нет. Сон сразу как рукой сняло: что его могло так сильно задержать?

Поднялась и начала нервно мерить шагами комнату, стараясь не разбудить мирно сопящих в шкатулке фамильяров. Освещение зажигать не стала не только потому, что не умею пользоваться магическими светильниками, — боялась привлечь ненужное внимание: вдруг кто-то с улицы увидит свет в комнатах отсутствующего ан Алоя, а ещё хуже — меня собственной персоной.

Когда в окнах забрезжил рассвет, а Трей так и не появился, стало понятно: произошло что-то непредвиденное и очень серьёзное. Магический артефакт связи безмолвным изваянием стоял там, где светлейший его оставил после разговора с императором. Зря я с надеждой гипнотизировала его взглядом: если бы была возможность, Трей уже давно связался бы со мной. Стало ещё страшнее.

Ночные хождения не прошли бесследно, мой так ещё толком и не восстановившийся организм захандрил и потащил меня в кроватку. Ничего ведь плохого не случится, если я немного полежу с закрытыми глазами и погреюсь под одеялом.

Второй раз я проснулась далеко за полдень. В комнате по-прежнему была только я с фамильярами. Ничего не хотелось, тревога сжигала меня изнутри, не давая расслабиться или думать о чём-то другом, кроме исчезновения ан Алоя. С трудом и неохотой для подкрепления сил заставила себя