Отвергнутая на Земле избранная в космосе - Таруна Поддубная Страница 47

волосами, говорил с нами, глядя невидящим взглядом. - Размер объекта - малый. Скорость была высокая. Пробит внешний техкоридор и частично поврежден распределительный узел. Автоматика изолировала сектор, но один шлюз заклинило. Если давление продолжит падать, потеряем часть сервисных магистралей.

- Ачто будет, если потеряем? - уточнила я.

- Будет неприятно,- ответил мне Раэль, быстро стуча пальцами по приборной панели.

- То есть? - не поняла я его.

- То есть - потом я объясню подробнее. Если останемся без второго каскада охлаждения - очень подробно... – услышала я сверху голос Уриха.

Раэль фыркнул.

- Обожаю твое умение успокоить, - прокомментировал муж.

- Это не входит в мои обязанности, - парировал Урих неестественным металлическим голосом.

Подойдя ближе, я уставилась на схему. Красная зона мигала так раздражающе и часто, что хотелось выключить ее силой мысли:

- Что нужно делать?

Капитан бросил на меня взгляд.

Короткий. Цепкий.

- Ничего героического. Пока. Следить за показателями давления в области аварии и не отходить далеко от внутреннего шлюза, – ответил он за всех.

- Пока? - переспросила я.

- Пока автоматика либо справится сама, либо признается в своей несостоятельности, - ответил капитан

- Прекрасный план! - пробормотал Раэль.

- Рабочий!- прилетел короткий ответ от капитана Ларсена.

Сирена тревоги смолкла. Но легче не стало. Наоборот.

Наступила та самая тишина после тревоги, когда стало слышно все: как гудят магистрали под палубой, как щелкают реле, как ты сама дышишь чуть чаще, чем нужно, как мужчина рядом время от времени смотрит на тебя совсем не по-дружески, хотя сейчас не место и не время, а второй мужчина демонстративно не смотрит вообще, будто так ему проще удерживать внутреннюю дисциплину.

Неловкость вернулась. Острым уколом.

Я скрестила руки на груди.

- Урих…- крикнула я ему наверх.

- Нет! - сразу донёсся до меня ответ.

- Но я даже не сказала ничего,- обиженно произнесла я.

- И это, возможно, лучший вариант сейчас..- и теперь волосы технори засветились еще ярче.

Раэль тихо хмыкнул. Я пнула бы его, если бы не стояла в защитном костюме далековато от него.

- Ты сердишься? - все-таки спросила я.

Урих не ответил сразу.

На панели Раэля вспыхнуло несколько новых строк. Он быстро ввел команду, дождался подтверждения, только потом поднял на меня взгляд.

- На аварию - да. На вас…- Урих сделал крошечную паузу. – Решу позже.

Я моргнула.

- Это было почти признание эмоции,- попыталась я вывести его на разговор.

- Не привыкайте...- послышалось мне в ответ.

Раэль уселся на край консоли, не мешая, но явно испытывая судьбу.

- А знаешь, что меня поражает? - лениво протянул он мне. - Не сама ситуация. А то, что даже сейчас этот сухарь умудряется ревновать с инженерным выражением лица.

- Раэль, - ледяным голосом произнес Урих, - еще одно наблюдение в этом стиле, и я отправлю тебя в поврежденный отсек лично проверять герметичность стенок своим носом.

- То есть ревность все-таки есть, - тут же заключил дракон.

- То есть терпение у меня не безгранично!- послышалось сверху.

Я закрыла глаза на секунду.

«О боже!»

- Вы можете не… вот это… сейчас? – спросила я Урих.

- Можем, - отозвался Раэль.

- Но не хотим, - закончил Урих.

Несмотря на обстановку, я все-таки рассмеялась. Совсем тихо. Невпопад.

И именно в этот момент на схеме мигнул желтый сектор. Потом еще один. Давление стабилизировалось.

Все немного расслабились.

- Хорошо. Автоматика дожала шлюз. Разгерметизация локализована. Осталось проверить магистрали и восстановить линии питания. Уже без драматизма. – произнес капитан.

Я выдохнула так шумно, будто до этого не дышала вовсе.

- Значит, все? - обрадовалась я.

- Нет. - Ларсен покачал головой. - Значит: мы не умрем прямо сейчас. Для космоса это очень неплохой результат.

Раэль встал с кресла и подошел ко мне ближе.

Слишком близко.

- Слышала? - шепнул он. - Даже вселенная признала, что нам рано заканчивать вечер.

Я повернула к нему голову:

- Ты - ненормальный! - как он сейчас мог думать о таком.

- А ты - все еще краснеешь... – довольный собой, улыбнулся он.

Урих с силой коснулся панели. Не ударил. Но звук вышел очень выразительный.

- Либо вы оба немедленно вспоминаете, что находитесь на посту управления, либо я действительно начну сожалеть, что корабль не тряхнуло сильнее.

Повисла пауза.

Короткая.

Почти опасная...

Потом я, не выдержав, вскинула подбородок.

- Это было грубо! - недовольно ответила некоторым, смотря на потолок.

- Это было необходимо! – послышалось сверху в ответ - между прочим, с нижайшим приоритетом.

- А немного спокойнее нельзя? - не успокаивалась я.

- Можно. - Голос Уриха стал еще ровнее. Почти, - Ольга, будь добра отойти на два шага от Раэля, пока он окончательно не решил, что аварийный костюм на тебе - повод к новым безответственным мыслям и необдуманным поступкам.

Раэль расплылся в совершенно неприличной улыбке.

- Поздно. Я это решил еще в гостиной, – возразил он.

- Я тебя сейчас придушу, - прошептала я мужу.

- В очередь встань! - сухо сказал Урих.

Я уставилась на него.

Раэль тоже.

И вот тут, кажется, сам Урих понял, что сказал. Потому что его взгляд на долю секунды потемнел. Совсем чуть-чуть. Но я заметила.

Очень даже заметила.

Тишина стала другой. Не рабочей.

Личной.

- Что ж… - медленно произнес Раэль. - Это уже интереснее!

- Не начинай, - мгновенно отрезал Урих.

- Поздно, - почти ласково повторил Раэль. - Ты сам начал...

Я переводила взгляд с одного на другого, и вдруг ясно почувствовала, что дело было уже давно не только в неловкости после сцены в гостиной и не только в моем внезапном сексе с Раэлем, вспыхнувшем быстрее аварийной сирены, а в чем-то глубже, опаснее: в напряжении, которое зрело между мной и Урихом и до этого, просто раньше его можно было игнорировать, а теперь нельзя, потому что после нашей с мужем близости, после ревности технори, после этой его оговорки, почти случайной и оттого особенно правдивой, воздух на мостике стал тесным.

- Так, - вклинилась я, прежде чем кто-то из них успел продолжить. - Стоп! Не здесь! Не сейчас!

Урих молчал. Раэль посмотрел на меня слишком внимательно.

- А когда? - спросил он.

- Потом, - выдохнула я. - Когда корабль перестанет пытаться убить нас. И когда я перестану вспоминать,