Случайная свадьба. Одна зима до любви - Елена Княжина Страница 47

Обещанные согревающие чары, раскиданные по открытой террасе, ни разу не согревали. Или я обморозилась паникой настолько, что даже крепкая ректорская магия была не в силах сладить с проблемой.

С проблемой…

Я подошла к перилам и перегнулась. Вгляделась в склон под ногами, обернувшийся в ночи черно-серой бездной. С этой высоты не видать ни кустов, ни тропы… Только темную воронку, тянущуюся к слабоосвещенным воротам Пьяни.

Из сумеречной дымки восставали горы. Настоящий снег лениво валил сверху, застилая звезды.

Мама зиму не любила, и малышка-лоури была с ней согласна. Всякий раз пряталась под мышкой, чтобы не подморозить золотой хвост.

Теперь и мне от снега стало не по себе. Имелось в нем что-то тревожное, жуткое. Пусть и завораживающе красивое, но грозящее обернуться смертью.

Тело колотило под тонким платьем, пальцы в кружевных перчатках мерзли…

Заснеженная терраса то наполнялась шумом и смехом, то вдруг пустела. Студенты накатывали сюда волнами, запускали с балкона магические фейерверки, любовались искрами… И убегали обратно в зал. Иногда меня кто-то толкал, иногда обнимал по ошибке, приняв за спутницу, и с хохотом извинений выпускал из рук.

От гула и смеха, от искрящего всюду веселья хотелось закрыть глаза. И уши заткнуть.

Хватит, хватит… Голова кружилась, и я все крепче хваталась за обледенелые перила.

Я умирала.

Можно бы… с первым встречным… Эти тэры, что обнимали меня в порыве веселья и принимали за своих подруг, к утру ничего бы не вспомнили.

Невелико богатство — чистота, которая убивает. И мои принципы так смешны… К чему цепляться за воспитание, за благородство, если мне остались считанные минуты?

В конце концов… отец выдал меня за пьянчужку из таверны! Чтобы спасти. Чтобы не дать умереть.

Он бы и в постель уложил — к старику, к незнакомцу, к бедному, к хворому… К любому. Когда речь идет о спасении жизни, нет смысла перебирать. Если чужая тьма меня прикончит, утром будет неважно… Все будет неважно.

На террасу вывалилась новая компания. Стихийники, боевые маги. Рослые, крепкие… Нетрезвые.

Их раскрасневшиеся лица, трепещущие ноздри, ухмыляющиеся губы словно бы намекали, что каждый готов проводить меня за ледяную скульптуру. Или вон за штору, что отгораживает зал от кухни… Ой нет, там уже было занято. Ткань подозрительно тряслась. Так ритмично…

Снег усилился, мою розовую юбку окончательно забелило. Уже и не разглядеть, где горы, где небо, а где черная воронка склона. Остаться тут? Почему нет? Тут красиво, торжественно, величаво.

Или бороться… Опять? Как хрупка эта жизненная нить, что вечно норовит оборваться!

Голова кругом!

С треском я оторвала примерзшие перчатки от перил и сделала шаг назад. Сейчас лишь одно понимала точно: я хочу жить. Хочу бороться до самого финала.

В маме была эта сила. И во мне она тоже есть.

— Красавица, тебя проводить до спальни? — выдвинулся вперед кто-то темноволосый, с нелепыми усиками над губой. — Вдруг заблудишься?

— Нет-нет, я дойду сама. Я знаю, куда идти, — отрезала решительно и, заиндевелая до костей, вернулась в зал.

Волоча за собой юбку, прошагала напрямик к столу Владыки.

У подножия ледяного помоста стояли герцог Грейнский с голубоглазой герцогиней и что-то выпытывали у Вольгана.

Наверное, ректор занят. Невозможно, невероятно занят. Влад озадаченно хмурился, морщил лоб, напрягал челюсть. Очень. Важный. Разговор.

— Тэр Вольган… — позвала его шепотом.

Встала рядом, как маленький новорожденный камешек у подножия гигантской серебристой горы, хрипящей низко и основательно.

— Вы хотели помочь? — перепросила, когда ледяной взгляд оторвался от генерала и медленно опустился на меня. — Так вот… Мне нужна помощь. Сейчас.

Глава 19

— Сейчас? Тэйра Хоул, я несколько…

Влад озадаченно меня оглядел. Всю, от потных висков до озябших плеч. Придвинулся, сунул палец под край перчатки и аккуратно отогнул кружево.

Мой взгляд блуждал, не в состоянии зацепиться за что-то. Хотя пытался. За плечи, за льдинки в глазах мужчины, за ворот рубашки.

Неужели я в самом деле решилась и подошла? Кошмар. Кошмар!

— Да, вижу. Сейчас, — сосредоточенно кивнул Вольган и нервно сглотнул. — Подождите меня там.

Взмахом руки ректор указал на темный лестничный проем со стороны кухни.

Я отвернулась и послушно побрела к выходу. Слышала, как он спешно завершает беседу с генералом. Как шаркает сапогами в поклоне, как бубнит что-то невнятное.

«Прошу меня извинить. У моей студентки крайне срочное дело… Вопрос жизни и смерти».

Буквально.

— Идемте, — ударило мне в затылок. — Вы вперед, я следом.

«Идемте». Богини милостивые, ужас какой. Идти… Идти! С ним, за ним, к нему. О чем я думала, когда просила помочь?

— Спокойнее, Лара. Один шаг, второй, третий… Так и дойдем, — без капли издевки прошептал Влад, и я повиновалась.

Сделала шаг, другой… На третьем стало полегче, и ступени под юбкой замелькали быстрее.

Опасаясь поскользнуться на обледенелой лестнице, я осторожно спустилась на два пролета. Взяла правее, вынырнула в темном, никак не освещенном коридоре… Я помнила, что он ведет в магистерское крыло. Ноги сами топали в знакомый кабинет, с которого начались мои приключения в академии.

Вольган ощущался спокойным. Холодным, сдержанным. Словно каких только проблем не решал за годы управления академией. И таких вот неловких тоже.

— Идите вперед, а я… чуть отстану, — прохрипел Влад, отпуская меня подальше от себя.

Его выдохи перестали бить в лопатки и тревожить локоны на плечах. Шарканье шагов теперь слышалось далеко за спиной.

— Это ради секретности? — уточнила я, не оборачиваясь.

Тут было слишком темно, чтобы кто-то мог нас увидеть, и слишком пусто, чтобы кто-то мог нас услышать. Поэтому предосторожность ректора удивляла. Но ему виднее.

— Это ради того, чтобы не сожрать вас за углом, прижав к стене и поддавшись на уговоры темной дряни, — горестно хмыкнул Вольган и привалился к чьей-то запертой двери. Он дышал тяжело, точно глыбу льда за собой тащил.

— Вам нехорошо?

— Переживу, — сдавленно выдал он.

Меня тоже шатало — от стены к стене. Загребая ногами воздух, я творила немыслимые пируэты, пробираясь к кабинету ректора. До него оставалось минут пять напряженной тишины и кромешной темноты.

— У вас с генералом был важный разговор? — проронила я, решив чуть разбавить плотный воздух, напитанный нашим шумным дыханием.

— Важный. Он касался демонов, следующего вторжения и… — Влад замолк, когда я остановилась и вслушалась в шепот. — Лара, идем. Идем. Мне плевать сейчас на генерала, шевелите ножками, пока не упали в обморок.

— Шевелю…

— Если сложно идти, скажите. Я донесу.

— Не нужно, — помотала головой, жмурясь от едкого, ослепляющего смущения. — Сложно было к вам