Двор Теней - К. Н. Кроуфорд Страница 46

***

У меня оставалось ещё полбутылки виски, и сейчас самое подходящее время её допить. Я наконец-то оделась и села за холодный каменный стол. Уже стемнело, а Руадан всё не возвращался.

Я прижала кристалл люмена к горлу, и магия теней заструилась по моей крови. Но теперь, после всего, что я пережила с кинжалом для сбора душ, я могла легко справиться с этим.

В животе у меня заурчало, и я полезла в сумку за одним из леденцов. Где-то под клейкой лентой, фонариками и бинтами я нашла старый протеиновый батончик, съеденный лишь частично. Я принялась за него, не обращая внимания на его несвежесть.

Мне нужно набраться сил на сегодняшний вечер. Невозможно убить полубога на пустой желудок. Это не входило в число законов Балероса, но казалось хорошим правилом для жизни.

Я осмотрела стену, мой взгляд блуждал по коллекции клинков Руадана. Я попыталась прогнать растущий холод в груди, это разъедающее чувство пустоты. Голос в моей голове говорил мне не делать этого.

«Сокруши своих врагов окончательно».

Мне нужны были два клинка — один серебряный, чтобы срезать следящую метку с моего затылка. Другой железный, чтобы вонзить в тело Руадана, когда он уснёт. Любым из них можно было бы срезать с него Ключ Мира.

Я обхватила себя руками, дрожа. Почему у меня было такое чувство, будто бездна ещё не полностью покинула меня?

Стук в дверь вырвал меня из моих мрачных мыслей, и я резко обернулась. Я ещё не была готова встретиться с Руаданом лицом к лицу или посмотреть ему в глаза. Моё тело напряглось, но я подошла к двери и распахнула её.

Мелюзина стояла рядом с Энгусом. Она держала в руках бумажный пакет.

Я прерывисто вздохнула, глядя на неё.

— Хорошо. Ты жива. Значит, у тебя есть преимущество перед двумя нашими товарищами-новичками.

Энгус прислонился к дверному косяку.

— Что ты такое?

Я скрестила руки на груди.

— Живая. Это всё, что имеет значение.

— Что, во имя семи кругов ада, там произошло? — спросил он. — Почему другие напали на тебя? Мы наблюдали за всем этим через магическое зеркало, но в темноте было трудно что-либо разглядеть.

Мелюзина постукивала ногтями по дверному косяку.

— Он допрашивал меня, но я ничего не видела. Я была слишком занята сбором душ.

Мои пальцы сжались в кулаки. Я тут пыталась спланировать убийство, и не хотела вспоминать о нашей грандиозной неудаче новичков.

— Мэддан и остальные сначала не могли попасть в клуб, — сказала я. — Они думали, что это будет лёгкое испытание для них, что дамы будут под кайфом от магии инкубов и не смогут ясно мыслить. Когда они наконец-то вошли внутрь и обнаружили, что девушки их затмили, они захотели преподать мне урок. Они были взбешены тем, что во время нашего предыдущего испытания я убила короля и, похоже, думали, что у меня какое-то тёмное прошлое — которое, сюрприз, у меня действительно есть. В конце концов, я всего лишь фейри из трущоб. Но я узнаю тупицу, когда вижу его, и правда в том, что Мэддан ничем не лучше демонов-дебоширов в баре, которые переворачивают столы каждый раз, когда им кажется, что ими пренебрегла девчонка. Ярость управляет их разумом. Оказалось, что это они тут не могли ясно мыслить.

«Пятый закон силы Балероса: Не позволяй эмоциям управлять твоими решениями».

— Но теперь они мертвы, — продолжила я. — Все, кроме Мэддана.

— Идиоты, — выплюнул Энгус.

Мелюзина сунула мне бумажный пакет.

— Ты пропустила ужин. Я принесла тебе пирог с мясом.

Я боролась с желанием обнять её. Я не хотела предупреждать их, что, возможно, скоро уйду отсюда. Вместо этого я просто улыбнулась.

— Спасибо, Мелюзина.

— Увидимся завтра на испытании.

Я кивнула. Я даже не знала, что завтра будет испытание, но мне и не нужно было готовиться. К восходу солнца я буду уже далеко отсюда — с кровью Руадана на руках.

Глава 28

Я лежала, свернувшись калачиком, на каменном полу у кровати Руадана, притворяясь, что сплю. Одеяла не было. Подушек не было.

Я чувствовала ледяной холод внутри и снаружи.

Когда он вернулся, было, должно быть, около полуночи.

Когда он схватил одеяло со своей кровати, чтобы укрыть меня, у меня перехватило дыхание. На краткий миг в моей груди вспыхнуло тепло, моя ледяная решимость дала трещину…

Затем я снова погасила это. Как все и говорили. Я была безжалостна. А одеяло было просто ещё одной проклятой ириской.

Я не собиралась позволять своим эмоциям управлять мной. Я наблюдала сквозь прищуренные глаза, как Руадан снимает рубашку. Я с трудом сглотнула, мой взгляд блуждал по его идеальному телу. Я практически вздохнула. Какая потеря красивого мужчины. Я бы хотела, чтобы всё сложилось по-другому. Я бы хотела услышать, как он говорит, узнать его секреты…

«Убей или будь убита».

Я смотрела, как он забирается в постель, и моё тело, казалось, холодело, пока я размышляла о том, что будет дальше. Казалось, целую вечность Руадан лежал в постели, уставившись в потолок. Его мышцы были напряжены, как и тогда, когда мы делили с ним постель.

Наконец, его глаза закрылись. Я подождала, пока его грудь начнёт медленно подниматься и опускаться. Тёмные пульсирующие тени, которые всегда окружали его, начали рассеиваться, как будто они тоже засыпали.

Я молча сунула руку под своё тело, где спрятала два клинка. Я должна была действовать быстро. Каждая лишняя секунда означала, что он может проснуться и обнаружить меня.

Я поднялась, чувствуя, как в груди ноет от зияющей пустоты.

Вот оно. Вот кем я была. Безжалостная убийца, но выжившая. Возможно, Балерос был худшим из всех, кого я когда-либо встречала, но он научил меня, как остаться в живых.

Кристалл люмена засветился над моей грудиной, и я прыгнула тенью. Я приземлилась на Руадана, подняв руку и сжимая нож…

Его фиалковые глаза распахнулись, и время, казалось, замедлило свой ход. Я колебалась, а колебание означало смерть.

Я развернула нож и начала с силой опускать рукоять — я могла бы вырубить его, а потом решить.

Но когда моя рука опустилась, Руадан схватил меня за запястье. Он зарычал, обнажив клыки.

Словно в тумане магии ночи, он перевернул меня, прижав к кровати. От этого движения у меня перехватило дыхание, и я посмотрела в его потемневшие глаза.

Его звериная натура проступала наружу. Если я не выберусь из этого положения, то через несколько