Спасти(сь) (от) дракона - Елена Амеличева Страница 46

— Пусть тогда вернет верблюда!

— Уже никак, прости. — Пожала плечами.

— Почему?

— Он его… ну, продал, короче.

— Вот гаденыш! — взгляд Мансура загорелся недобрым огнем. — Впрочем, у нас тут имеется другой претендент на пендели!

Отодвинув меня в сторону, дракон схватил за шкварник демона. Тот пытался сопротивляться, махал руками, потом пытался сотворить какое-то заклинание, но не успел — удар кулаком в лицо оказался сильнее и сокрушительнее всех чар.

Сай упал на спину, как недавно Рокси, перевернулся на живот и тут же попытался уползти по-пластунски. Но Мансур, рыкнув что-то, схватил эту ящерицу за хвост.

— Не надо, не мешай, — Эль успел остановить меня, когда шагнула к драчунам. — Демон заслужил взбучку. Манс его не убьет, просто потреплет хорошенько.

— Точно?

— Смотри сама. — Блондин пожал плечами.

Что ж, только это и оставалось — наблюдать, как дракон мутузит демона. Из-за пазухи высунулся Яшка и составил компанию, изредка вставляя свое веское «чи» в процесс. В конце он и сам хотел, похоже, присоединиться и снова тяпнуть рыжего в зад, но я успела ухватить моего маленького негдяйчика за хвост.

— Двое дерутся, третий не мешай, — наставительно шепнула я ему. — Или у тебя уже нос не болит?

— Скажи спасибо, что у меня нет времени как следует тебе ответить, рыжее рогатое отродье! — бросил Мансур, встав над поверженным врагом.

— Как ты нас вообще нашел? — спросил тот, сплюнув кровь на песок.

— Не скажу, много чести, — дракон ухмыльнулся.

— Как не сказал Найяне, что она магисса огня? — Сай прищурился.

Мансур посмотрел на меня и промолчал.

— Ты как вообще о ней узнал? — продолжил демон.

— Не борзей, — бросил дракон, вглядываясь во тьму, в которой спала пустыня. — Сам-то тоже как-то это выведал.

— Кстати, об этом, — рыжий напрягся и, кряхтя, поднялся на ноги. — Уверен, остальные в городе не рискнут догонять дракона, но вот кое-кто другой точно пойдет по следу.

— Уже понял, — процедил Мансур, весь обратившись в зрение и слух.

Я еще не поняла, почему мой любимый насторожился, но уже сама это почувствовала. Бархатная теплая ночь, которая ласковой кошкой опускалась в протянутые ладони, терпкая и сладкая, вдруг ощетинилась, будто загнанный в ловушку зверь. Он томной неги не осталось ни малейшего следа. Сотнями глаз она теперь смотрела со всех сторон сразу, оставляя на коже липкие следы.

Заломило затылок. Я сморщилась от этой невесть откуда взявшейся, подло напавшей боли. Мурашки огромными жуками побежали по коже, которая вспыхивала, будто от едких укусов. И едва до меня дошло, что это, как из пустыни налетел порыв ветра.

Ударил в грудь мощными лапами, затем кулаком в лицо, бросил горсть песка в глаза, взвыл, оглушая, оплел ноги, чтобы уронить на землю.

И глянул алым взором с вертикальными иглами зрачков!

— Не тронь ее! — рык Мансура разнесся по пустыне.

Следом прогремел еще один взрыв — от сияющего ледовым огнем шара, который врезался в огромную черную змею, нависшую надо мной.

Она метнулась в сторону, распахнула пасть и оглушила разъяренным шипением, показав острые клыки. Уши заложило, я даже перестала слышать крик моего дракона, с которым тот бросился на врага.

Сквозь пелену тишины увидела, как они схлестнулись. Лишь крупные искры сыпанули во все стороны, как драгоценные камни, освещая пустыню. Отлетев друг от друга, соперники медленно двинулись полукругом, словно оценивая сноровку и силу противника.

Фигура Мансура, такого высокого, крепкого, казалась теперь игрушечной рядом с огромной змеей, которая переливалась, отражая догорающие искры на песке.

Мое сердце переполнил ужас. Я готова была вернуться в Тайный город, стать наложницей или и вовсе принять ту судьбу, что мне уготована неведомыми пока силами — о них говорил демонозмей. Все, что угодно, только бы спасти любимого!

Но он вдруг сорвал рубашку, одним движением выскользнул из брюк и, не успела я даже покраснеть, увидев его полностью обнаженным — и таким прекрасным, как невидимая волна ударила меня, разбежавшись по пустыне. Она еще отдавалась гулким эхом на барханах, а передо мной уже красовался великолепный дракон!

Самый настоящий, как на рисунках в книгах — с мощным телом, покрытом голубой мерцающей чешуей, под которой перекатывались жгуты мышц. Гибкую шею венчала крупная голова, чуть более темного цвета, чем тело. На самом верху красовались темно-синие рога, напоминающие корону.

Раскосые ледяные глаза внимательно следили за противником. С огромных клыков капала слюна. Толстый, но гибкий хвост с большим зубцом на конце поднимал бурю каждый раз, когда проносился по песку.

А самым главным были крылья этого изумительного красавца. Огромные, нежно-голубые, на вид тонкие перепонки, перехваченные толстыми костяными наростами, которые оканчивались опасными на вид крюками, они простирались вширь во все стороны, поднимая бурные воздушные волны.

Черная змея не стала медлить. Кольца, свиваясь в упругие круги, вдруг будто выстрелили вперед. Но молниеносный бросок не попал в цель, неповоротливый на вид огромный дракон успел скользнуть в сторону, и клыки монстра цапнули воздух.

Зашипев, змеюка тут же развернулась и… снова ужалила воздух. А пока она исходила злобой, мотая головой и высматривая соперника, он с силой ударил ее хвостом и сразу, едва на песок выплеснулась струя крови из-под разрезанной шипом чешуи, повалил на землю, давя лапами.

Яростный визг взметнулся в небеса, захлебнулся шипением, которое исторгла глотка змеи, когда челюсти дракона сомкнулись на ее туловище чуть ниже головы. Хруст резанул по ушам, но тут же затих, перекрытый мощным рыком дракона, который разорвал плоть этого монстра и, мотнув головой, отправил тело в одну сторону, а откушенную башку в другую.

Алая арка из крови, выплеснувшейся из агонизирующей змеи, шлепнулась на песок. Мертвая плоть вскоре перестала быть змеиной. Я ахнула, вглядевшись в глаза на вполне уже человеческой голове. Демонозмей, тот самый магический полукровка!

Наполнив небеса рыком победителя, Мансур вернулся к прежнему облику.

— Он у вас всегда такой нервный и обидчивый? — с опаской пробормотал Сай.

— Ага, мама в детстве частенько роняла вниз головой, вот и последствия, — бросил в ответ Эль, подхватив одежду друга и направившись к нему.

Я улыбнулась, вспомнив, как Мансур кидался в блондина-шутника посудой с телеги горшечника, но потом память заставила подумать и о другом. О словах демонозмея — про меня и мою маму. Он знал ее! Но теперь мне уже никогда не представится