Непокорный трофей для Дракона-завоевателя - Адриана Вайс Страница 45

Пока в моей голове лихорадочно выстраивается безумная, отчаянная схема мои пальцы шарят по каменному полу.

В воздухе стоит невыносимый запах гари, озона и гнилой крови химер.

Вот он!

Моя рука натыкается на гладкий, холодный металл. Родовой артефакт Бруно — тяжелая, размером с кулак сфера из черного хрусталя, густо оплетенная потускневшей золотой вязью.

Внутри нее пульсирует дремлющая сила южных драконов. То, что нужно.

Я подтягиваю сферу к себе и смотрю на разрушенные, тускло мерцающие руны Гасителя Магии на полу.

Цепь местами рассыпалась, остатки работают на честном слове, но все-таки работают. И пусть она была настроена на подавление драконьей энергии, основа то у любой магии одна. Так что, если я добавлю в эту формулу несколько новых переменных и замкну цепь на этих тварей... подавитель должен ударить по ним!

Мои пальцы быстро, вычерчивают новые символы прямо на камне, соединяя поврежденные участки рунной вязи и заново связывая их с родовым артефактом Бруно.

— Кейран, у меня есть идея! — отчаянно кричу я, срывая голос. — Но мне нужно время!

Он слышит. Даже сквозь рев битвы и пелену собственной ярости он слышит меня. Завоеватель не задает вопросов. Он доверяет мне свою жизнь.

Дракон с оглушительным рыком делает мощный выпад, раскидывая ближайших химер исполинскими крыльями, и обрушивает всю мощь своего пламени прямо на неизвестного в маске, заставляя того отступить и бросить все силы на удержание щита.

Этого мгновения мне достаточно.

Я с силой вжимаю хрустальную сферу в центральный узел переписанной рунной вязи и мысленно посылаю туда импульс своей магии.

Замыкание!

Артефакт в моих руках мгновенно раскаляется. Я вскрикиваю, кожа на ладонях горит, но я сжимаю зубы изо всех сил и не отпускаю сферу, продолжая напитывать всю эту хрупкую конструкцию магией.

Из черного хрусталя с оглушительным гудением вырывается ослепительный серебряный свет. Ударная волна подавляющей магии прокатывается по подземелью и мгновенно находит свою цель — темную магию химер.

Чудовища, которые секунду назад были готовы растерзать Сальватора, мгновенно замирают, будто налетели на невидимую бетонную стену.

Их лапы застывают прямо в воздухе, ядовитые пасти остаются открытыми, в глазах гаснет смертоносный огонь.

Абсолютный паралич. Моя формула сработала безупречно!

Кейран реагирует сразу же. Используя эту паузу, он сжигает беспомощных тварей, превращая их в серый пепел.

Сам маг, отброшенный к ближайшему краю провала, тяжело надсадно дышит. Его щит рассеивается. Даже сквозь маску я чувствую, как на него наваливается осознание: он проиграл вчистую. Его идеальная армия уничтожена, а мы с Завоевателем живы.

Но в его позе нет ни смирения ни обреченности.

— Вы выиграли битву, — ледяным, полным яда голосом произносит он, отступая на шаг. — Но не войну.

Человек в маске резко вскидывает трость и выпускает огромный черный шар прямо в провал. Туда, где разбросаны мерцающие кристаллы.

Мое сердце останавливается.

Кристаллы будто откликаются на его заклинание. Внутри них вспыхивает нездоровое, пульсирующее багровое свечение, которое мгновенно передается по цепной реакции на все остальные.

А потом… они взрываются один за другим, разрывая фундамент Академии.

Пол уходит из-под ног, свод огромной пещеры с жутким треском начинает раскалываться на части.

Прямо нас летят многотонные каменные глыбы.

Я даже не успеваю толком испугаться. Единственное что я понимаю — мы не успеем. Сейчас нас попросту завалит.

Я чувствую, что Сальватор тоже понимает это и бросается ко мне.

Могучее тело Завоевателя врезается в меня, сбивает с ног. Я падаю на спину, и Кейран мгновенно накрывает меня собой. Его массивное, горячее тело вдавливает меня в пол, закрывая от летящих сверху обломков.

Одной рукой он крепко прижимает мою голову к своей груди, а его гигантские крылья накрывают нас сверху, образуя жесткий непроницаемый кокон.

Я успеваю лишь судорожно вдохнуть его запах и вцепиться пальцами в его камзол.

В следующее мгновение свод подземелья с грохотом обрушивается прямо на нас.

Тонны камня и земли с ревом уносятся вниз, хороня под собой лабораторию, остатки зала с колоннами, алтарем и нас двоих.

44. Сильнее смерти

Нас накрывает тьма и оглушительный грохот оседающего камня.

Я зажмуриваюсь до рези в глазах, инстинктивно сжимаясь в комок и ожидая неминуемой смерти. Но секунды идут, грохот постепенно стихает, а смерть так и не приходит.

Вместо холодного камня я чувствую вокруг себя исполинские драконьи крылья и обжигающе-горячее тело Кейрана.

Я судорожно выдыхаю, жадно глотая спертый воздух, и вместе с ним вдыхаю его запах. Запах грозы, горькой полыни и раскаленного пепла.

В этой абсолютной темноте, под толщей земли, больше нет безжалостного Завоевателя и его непокорной пленницы. Есть только мужчина, который только что закрыл меня собой от гибели.

Опять. В который раз.

Меня колотит крупная дрожь. Мои пальцы сами собой вцепляются в остатки его разорванного камзола на груди, судорожно сжимая ткань.

— Ты цела? — спрашивает Сальватор.

Его грудь тяжело вздымается, но голос звучит абсолютно спокойно, глубоко и властно. Так говорит тот, кто полностью контролирует ситуацию даже находясь под завалом.

Я молча киваю, не в силах вымолвить ни слова, и робко тянусь рукой к его лицу. Мои дрожащие пальцы касаются его скулы... и натыкаются на что-то теплое и липкое.

Кровь.

Мое дыхание обрывается. Кейран принял весь чудовищный удар на себя и теперь он истекает кровью!

В этот самый момент внутри меня окончательно ломается какой-то стержень. Вся моя выпестованная ненависть, вся моя обида рассыпаются в пыль, уступая место такой щемящей нежности и такому дикому страху за него, что у меня на глаза наворачиваются слезы.

Но Сальватор не собирается умирать. Как только прекращается обвал и земля замирает, я чувствую как вокруг него начинает скапливаться колоссальная магическая мощь.

— Держись, — коротко бросает он.

Из его груди вырывается оглушительный рык и Завоеватель выпускает свою силу.

Драконье пламя бьет вверх, как гейзер.

Мощнейший взрыв просто прошибает многотонный завал изнутри, разметав огромные каменные блоки, как детские игрушки.

Крылья распахиваются. В образовавшийся глубокий кратер вместе с клубами пыли врывается серебристый свет луны.

Я полной грудью вдыхаю прохладный ночной воздух. Перевожу дух, пытаясь прийти в себя, как вдруг в отдалении, из-под груды более мелких камней, раздается слабый, полный боли стон.

Я сразу же узнаю этот голос. Летиция.

А рядом тихо, жалко скулит Бруно.

Кейран холодно косится в их сторону.

— Пусть сдыхают, — равнодушно бросает он, собираясь отвернуться.

— Нет! — я хватаю его