Выжившая из Ходо. Академия - Ольга Дмитриева Страница 45

— Началось-то все с дочки кузнеца. Девке пятнадцать годков стукнуло, а красивая была – мочи нет. Парнишки табуном бегали, и не только наши, но и с Болотцев и Тышлы. Здоровая – аки кобылица молодая. Вот только раз шла девка на закате, да так и упала посреди улицы замертво. Думали больна чем, да лекарица наша сказала - здорова. А вслед за ней один за другим помирать начали, да как по часам. Люди-то заката с ужасом ждут, дома запираются. Да толку нет. Что дома, что в поле, что в подполе – все одно. Коли судьба тебе – умрешь. Вот и отец мой также помер.

— А с частоколом у вас что? – спросил Стэндиш.

— После третьей смерти по ночам кто-то стал приходить. Монстры неведомые стонут под стенами, терзают когтями бревна.

Стэндиш начал выспрашивать подробности произошедшего. Я слушала вполуха. Сколько бы не искали, они не найдут причину. Ее нельзя увидеть. А почуять след мог только владелец некромантского дара. Даже после того, как Тьен зализал царапину, я продолжила чувствовать смутное беспокойство той же природы, что и в лесу.

Когда мы вышли на улицу, я не удержалась от вздоха облегчения. Тьен прихватил зубами мою ладонь:

«Держи себя в руках. Стэндиш не должен поймать тебя на запретных знаниях. Правда, на этот раз, без твоей помощи он не справится с тварями».

Охотник смерил меня задумчивым взглядом и сказал:

— Обойдем деревню и опросим родственников убитых. Затем пойдем в лес, пока светло. И будем ждать заката.

Ястер нахмурился:

— А если погибнет кто-нибудь из нас? Что это за твари? Невидимые? И зачем они убивают?

Святой серьезно ответил:

— Пока я не понимаю, что происходит. Поторопимся. Последняя смерть была вчера. Между ними обычно проходит несколько дней. Но чем быстрее мы поймем, что здесь творится, тем лучше.

Пару часов мы бродили по деревне, опрашивая жителей. Я плелась позади товарищей и глазела по сторонам. Старалась запомнить те дома, рядом с которыми ощущала хотя бы намек на беспокойство. Все пометили, гады... Плохо.

«Я не смогу ничего рассказать Стэндишу, – сообщил Тьен. – Вся надежда на тебя.»

Я тоже ничего не смогу рассказать Стэндишу. Нужно как-то навести его на правильные мысли. И лучше, если это сделаю не я.

Винсент шагал передо мной. Несколько минут я задумчиво рассматривала его стриженый затылок. Скорее всего, придется рассказать все Вину. Вместе мы придумаем, что делать. Я невольно покосилась на края белых лент, которые выглядывали из рукавов его рубашки. Главное, чтобы сегодня ночью Святой не лез на рожон. Если Вин и Тьен меня прикроют... Есть шанс уберечь всех.

До леса мы на этот раз пошли пешком. Под сенью деревьев я снова ощутила беспокойство. Бродить по тропинкам вслед за товарищами было мучительно. Тьену, казалось, передалась моя тревога. Пес то останавливался и принюхивался, то начинал носиться вокруг нашего отряда. Именно поэтому, наверное, я ничего не заметила.

Из леса все выходили хмурыми. Стэндиш применил все свое искусство, но следы не сказали ему ничего определенного. Идущий передо мной Ястер запнулся о корень дерева. Я налетела на юношу. В рукав моей рубашки впился острый шип какого-то местного кустарника и снова оцарапал кожу. Выступила кровь. Ее было немного, но в груди тут же начало разгораться жжение, а затем в нос ударил терпкий запах. Шон придержал меня за плечо и сказал:

— Все хорошо, Шия. Это царапина.

В его синих глаза проскользнуло беспокойство. А я с ужасом поняла, что запах теперь исходит от полуэльфа.

Глава 42. Родовая магия ч.1

Я прикрыла рану пальцем, не позволяя подоспевшему Тьену слизнуть кровь. Пес был прав, придется терпеть. Затем попросила Шона:

— Кажется, я там... грибы видела. Вернемся?

Как хорошо, что Шияссу считают сумасшедшей. Мои друзья были готовы проглотить даже самые нелепые объяснения. Ястер смотрел на меня понимающе. Винсент напрягся, а Стэндиш раздраженно переспросил:

— Грибы? Ты выжила из ума? Тут неизвестные монстры бродят.

— Но вы не нашли никаких следов! – заупрямилась я. – Пройдем совсем немного, ну что вам стоит? И я могу с Винсентом пойти, он добрый, в отличие от вас.

Охотник нахмурился и отрезал:

— Нет. Это приказ.

Я укоризненно посмотрела на него, развернулась и бросилась бежать. Шоннерт попытался меня схватить, но я проворно увернулась и скрылась в кустах.

— Вернись, дура! – прокричал Стэндиш мне вслед.

Жжение в груди затрудняло бег, но мне было много и не нужно. Нить аромата смерти вела меня по следу чудовища. Запах становился яснее с каждым шагом.

Когда меня, наконец, догнали, я ползала на карачках по лесной полянке. Святой рявкнул:

— Что ты делаешь?

— Ищу грибы, – сообщила я, украдкой прихлопывая почву у корней деревьев, чтобы скрыть следы моей крови.

Ястер прищурился и спросил:

— Что  с твоей рукой?

Я поднялась на ноги и протянула ему запястье:

— Оцарапала в кустах.

Жжение в груди мешало говорить и дышать. Шоннерт поймал мою руку и укоризненно сказал:

— Шия, зачем ты убежала? Это очень опасно.

Чтобы твари не выбрали новую жертву, дурачок. Это наш единственный шанс. Но вам я этого не скажу. И как же, все-таки, больно!

Я терпеливо дождалась, пока Ястер залечит мне рану. А затем позволила Винсенту взять меня за руку и вести прочь. Стэндиш выдал уничижительную тираду, которую я благополучно пропустила мимо ушей. Когда мы вышли из леса и направились к деревне, я чуть замедлила шаг. Понятливый Винеент сделал то же самое и шепнул:

— В чем дело?

Я прошептала ему в ухо:

— Расскажу ночью. Нам придется сбежать вдвоем, иначе... Следующим, кто умрет на закате, будет Шон.

Юноша побледнел и чуть крепче сжал мою руку, а затем кивнул. Я задумчиво провела пальцем по белой линии, выглядывающей из его рукава. Он вздрогнул, но не выпустил мою ладонь. Только стиснул зубы и снова кивнул, показывая, что понял.

Да, это будет опасно. Если бы я не видела, как Винсент сражается с помощью этих лент – пожалуй, не решилась бы звать его с собой. Выходить с третьим рангом против них... Опасно. Главное, успеть создать оружие, которое повысит мои шансы.

Ворота деревни снова были плотно закрыты. На стук из-за частокола выглянул веснушчатый рыжий паренек. Он впустил нас, вернул на место тяжелый засов и взял короткое копьецо в трясущиеся руки.