Власть и Крах - Дж. Д. Эванс Страница 44

он признаёт, превосходят нас всех численностью, поэтому создание альянса не более чем интеллектуальное упражнение. Таковы ставки. Если вы добьётесь успеха, мы рассмотрим условия и отправим их в Саркум. Если вы потерпите неудачу, то обсуждение переговоров окончено, поскольку станет ясно, что вы мало что можете нам предложить. Вы покинете Тхамар.

Он сделал паузу, и часть волнения покинула зал, когда Визири, поддерживавшие его, поняли, что это была не просто игра.

— Вас это устраивает, Эфендим?

Великий Визирь повернулся к Султану, который слишком долго молчал, прежде чем ответить. Он склонил подбородок в знак согласия, его взгляд стал отстранённым, затем заострился, затем снова потускнел.

— Я устал, — объявил он, вставая.

Ихсан вскочил со своего места, чтобы предложить Султану свою помощь. Все Визири встали и поклонились.

— Давайте покончим с этим на сегодня.

— Как пожелаете, Эфендим, — сказал Великий Визирь, кланяясь.

Макрам отошёл в сторону, когда Султан проходил мимо. Его сенешаль открыл двери Зала Совета и пристроился позади, когда Султана и Ихсан вывели Султана из зала. Макрам и Тарек последовали за ними, но, оказавшись за пределами зала, они отступили в сторону, пропуская мимо себя Визирей, а Макрам наблюдал за ними, пока не скрылся из виду Султан и его дочь. Он хотел побежать за ней, поговорить с ней и убедить её, что он может сделать то, что он утверждал.

Великий визирь последним вышел из зала и остановился перед Макрамом, слегка опираясь на свой посох. Он улыбнулся, и Макрам подумал о том, чтобы встретиться с этим человеком взглядом и снять с него все барьеры, ментальные и магические, чтобы посмотреть, сотрёт ли это самодовольное выражение с его покрытого шрамами лица. Но это означало бы раскрыть свою силу, а он и так был достаточно неосторожен. Он сомневался, что Великий Визирь будет столь же сдержан, как Принцесса-султан.

— Я должен предупредить тебя, Агасси, — тихо сказал Великий Визирь, — Султанша всю жизнь тренировалась в попытках перехитрить меня, и всё же ей это не удаётся. Её мать была самой блестящей женщиной, которую я когда-либо знал, и её дочь отлита по тому же образцу. Будь я на твоём месте, я бы не стал тратить свои усилия на то, в чём не могут преуспеть даже лучшие и умные.

— Ммм, — произнёс Макрам.

Страстное желание высвободить свою силу и посмотреть, как человек обмочится от страха, было настолько сильным, что ему пришлось прикусить внутреннюю сторону щеки, чтобы удержаться.

— Считайте, что она ведёт честную игру, а я никогда этого не делал. Что она ненавидит насилие, а я был воспитан в нём.

— Ты же не хочешь стать моим врагом, Агасси, — Великий Визирь улыбнулся, но напряжённость его челюсти и бровей выдавала ложь. — Я контролирую Совет. И поверь мне, когда я скажу тебе, что, хотя её очарование велико, она предаст тебя при первой же возможности, которую увидит, чтобы добиться того, чего хочет.

Его глаза буквально горели огнём, его пламя билось о границы радужной оболочки. Жар его силы окутал их, заставив кожу Макрама покрыться испариной. Он никогда не встречал огненного мага, который не был бы агрессором.

— И чего же она хочет?

— Корону отца.

Макрам подумал, что ему замечательно удалось скрыть своё удивление.

— Спасибо за совет, Великий Визирь, но я здесь, чтобы обрести союзников, а не врагов.

— Выбирай очень тщательно, Агасси, — сказал он, повернулся и захромал прочь.

— Он с твоим братом хорошо поладил бы, — сказал Тарек.

Макрам нахмурился. Его брат был магом огня до мозга костей. Тиран, темпераментный, часто не желающий слушать других. Макрам всегда прощал его недостатки; в конце концов, они были братьями, и никто не был идеален. Это были вещи, которые можно было исправить, которые могли бы осесть в нём с возрастом.

Но вот только сейчас он понял, что у его брата больше общего с Великим Визирем, которого Макрам недолюбливал, чем с Султаном, которым Макрам восхищался, и это беспокоило его. Они с братом всегда сталкивались лбами, пытаясь подтолкнуть Саркум в разные стороны, пытаясь выиграть битву воли и направить другого.

Но Султана… Они столкнулись лбами, но, по крайней мере, они двигались в одном направлении. По правде говоря, были моменты, когда она следила за ходом его мыслей ещё до того, как он заговорил, и это было совершенное, гармоничное слияние.

— Объясни мне, как мы собираемся захватить дворец размером с небольшой город всемером. Я задыхаюсь от предвкушения, — сказал Тарек после того, как Макрам слишком долго задумчиво посмотрел в ту сторону, куда ушла Султанша.

— Ты читал книгу Эдиза Рахаля.

— Пятнадцать оборотов назад. Поможет ли это нам?

Макрам предостерегающе прищёлкнул языком.

— Какой смысл читать книги, если ты не утруждаешь себя запоминанием того, что в них написано?

Справедливости ради он прочитал книгу несколько раз с тех пор, как она была впервые предоставлена им для изучения. Он восхищался тактикой этого человека, его дерзостью, его способностью обращать неблагоприятные ситуации в свою пользу, что, когда это было необходимо, он был совершенно готов к мошенничеству. Именно так он захватил дворец во время битвы при Нарфуре.

— В тот день, когда мы наблюдали за аудиенцией гильдии, ты помнишь пленника, которого они привели со Скал?

— Помню, — Тарек вздрогнул.

— Они подняли его накануне вечером, потому что от Скал до дворца долгий путь, — сказал Макрам. — Это значит, что я знаю что-то, чего не знают они.

ГЛАВА 11

Самира быстро шла впереди Макрама и Тарека, ведя их в ту часть дворца, которую Макрам ещё не видел. Они находились в западной половине, расположенной на краю утёса, который тянулся вдоль дворца и за его пределами, где тюрьмы, невообразимо называемые Утёсами, были вырыты в скале под дворцом. Самира провела их в конец коридора и к арочным дверям, инкрустированным перламутром в виде спиралей, изображающих Колесо.

Двери открылись в огромную круглую комнату, являющуюся внутренней частью одного из куполов. Книги скрывали стены от посторонних глаз вплоть до купола, ярь-медянка которого выдавала его возраст. Макрам подозревал, что его строительство предшествовало Расколу, как и