Бастарды - Леона Хард Страница 44

Элегантная современная обстановка ресторана позволяла принимать любое количество людей различного социального статуса. Паркет на полу. Округлые столы, диваны по кругу и кресла из белой кожи. Мягко и уютно. По низу порожков освещала диодная лента помещение. Свечи на небольших тумбах. А в центре помещения- округлая стойка, где орудовал бармен. Свечи, белый цвет. Полу темнота и романтика.

Тридцатого октября отмечали день рождения Френа Мерси, впервые в объединенной Немии. Зрелище обещало быть грандиозным. На празднование пришли более пятисот приглашенных. Репортеры не уходили практически от трех столов. Центральный - занимал именинник с семьей: женой, сыном и двумя дочерьми. По бокам более обширные столы во главе с нами и Вильмонт. Мерси - барьер между двумя семьями, стабилизатор.

- Как меня раздражают эти пирушки? Ты со скуки не подох еще? - Виталик наклонился к уху и прошептал.

Я мало замечал окружавшую обстановку, как правило, люди не волновали. Гораздо интереснее было на экране планшета завтра ожидал полета на два дня к Баллийцам с целью заключения договора на покупку территории. Циферки складывались знатные.

- Дим!- ткнул под ребра брат. Захотелось оттянуть локоть и перекрыть дыхалку мешающему субъекту хоть на миг. Вечно скулит. - Поговори со мной. Скучно!

- Иди с Польски поговори - ему тоже скучно. А меня работа ждет, - опять опустил глаза в планшет.

- Ты черствый сухарь, - обиженно констатировал брат.

- А ты ленивый разгильдяй, - оторвался от телефона, чтобы донести информацию. Виталик фыркнул недовольно и отвернулся.

- Вот и поговорили, - в разговор вмешалась мама. Белая-белая, словно призрак, холодная, бледная кожа. Голубые прожилки вен бороздили тело родительницы. Уставшие, потухшие голубые глаза, некогда лучились мягкостью и теплом.

Теперь они безжизненны. Мать сидела через несколько стульев от отца.

- Мальчики, не ссорьтесь. А ты, Дим, Кристиночку позвал бы. Она должна привыкать с тобой сидеть за столом. Быть рядом.

Этой женщине не умел отказывать. Никак не удавалось. Отложил телефон на стол и привстал с дивана с определенной целью. Забрать с соседнего стола правую руку или кто она там? Половинка, вторая дочь Френа Мерси. Кристина. Идеальная копия матери, только младше.

Пока слышались поздравления, изредка тосты, выкрики, смех. Официальное знакомство Хаски и Вильмонт произошло в начале вечера. Более двухсот лет семьи старались не пересекаться. Это было возможно, пока занимали территорию разных государств. Теперь же придется быть частыми гостями на всевозможных мероприятиях.

Каждый предвкушал встречу двух семейств и делали ставки, кто в кого и как сильно. Это проклятие Хаски и Вильмонт. Две семьи, которые за всю историю не смогли ни разу породниться.

Две с половиной тысячи лет назад Немийцы были одним народом, разделенным рекой Гробницей, в тот момент широкой и полноводной. Некий Илья Хаски, расширяя сферы влияния своего небольшого на тот момент первого лесозаготовительного производства прибыл в страну Гнета по делам.

Переплыл Гробницу, но заплутал в Лесье, где на него напали разбойники. Украли деньги и одежду. Остался он холодный, голодный в стране, где царствовала зима. Шел несколько километров и к утру добрался до большого дома. Там впервые и увидел хрупкую молоденькую девушку с длинными темными волосами и со странным именем Милана. На вид ей было лет восемнадцать, родители уехали в другой город на закупки на зиму.

Несколько дней прожил Илья у доброй девушки, успел съездить на местную фабрику, узнать у друзей об особенностях природного материала на земле. Сделал надлежащие выводы и собирался ехать домой. Но вот проблема влюбился без памяти мужчина и предложил на эмоциях девушке поехать с ним. Она наотрез и только тогда рассказала, что помолвлена и скоро должен вернуться ее суженый. Разозленный и обиженный Илья покинул Милану.

Но так и не смог забыть. И спустя три месяца вернулся обратно и застал любимую девушку, спящую в объятиях другого мужчины. Насколько известно, обезумев от ревности, Илья убил супруга Миланы.

А спустя семь месяцев на свет появился Евгений Вильмонт первый из рода Вильмонт, наделенный талантом управленца. И конечно, Страдовцы считали, что прежде чем навсегда покинуть любимую, Илья изнасиловал девушку. Вот его талант бизнесмена и унаследовал род Вильмонт. Но Гнетовцы категорически отрицали эту версию. Так и было всегда. У одной стороны-одна версия. У другой другая.

Ненависть накрепко засела в генах Хаски. Семьи предпочитали не видеться, только главы семейства и то изредка. Слишком была велика неприязнь родов.

И это начало трагической любви. Я читал дома файл, закодированный полностью ото всех, кроме основной линии Хаски в системе. Погрыз интерес в раннем детстве. Лучше бы не читал. В общей сложности двадцать случаев, из них два - когда влюблялись мужчины Вильмонт в девушек Хаски. Один случай не поддавался нормальному объяснению. Но, как не странно, это единственная пара, которая смогла быть счастливой вместе. Двое наследников плевать хотели на общественное мнение и значительно сблизили торговые отношения между семьями.

Остальные семнадцать случаев безответная любовь со стороны Хаски. Так уж повелось, что в роду Вильмонт в основном рождались девушки, но, естественно, одного наследника до победного рожали. А у Хаски наоборот одни мужчины. Тем более в прошлые времена проблем с зачатием никогда не было. Женщины были вполне приспособлены к деторождению, и рожали по десять и более детей.

Это позор Хаски, так увиваться из-за женщин. На какие только подвиги не шли? Выкрадывали невест у алтаря и угрозы, шантаж, подкуп. А Вильмонт хвостом крутили, но замуж не шли. У них в природе заложена распущенность.

Из рода Вильмонт женщины, где находили применение? Правильно, на камерах. Актрисы, певицы, ведущие. Любили сверкать на экранах и мозолить глаза.

Хаски не любили упоминания о их слабости к Вильмонт. А те предпочитали не распространяться на эту тему, хоть за это им спасибо.

Когда я учился на первом курсе с удивлением узнал, что Вильмонт отпустил старшую дочь на территорию Страдовцев. Более того, в Арзонт. В Вышку. Двести лет семьи не пересекались. Александра Вильмонт училась на третьем курсе. Вела себя соответствующе профессии модель с ногами от ушей, блондинка в его вкусе. Наверное, хотел доказать, что больной любви к Вильмонт не существовало. Все это бред.

Начал оказывать девушке