Все проклятые королевы - Паула Гальего Страница 40

Они действительно обладают силой, думаю я, если судить, по существу, которое пыталось меня сожрать.

— Что случилось? Почему теперь не звучат песни? — поворачиваюсь я к ней и замечаю, что она закончила проверку.

— Я не знаю.

— И когда это случилось? Как…

Меня перебивает смех. Она кладёт руки на бёдра, и, как только я поворачиваюсь, на её лице появляется широкая улыбка.

— Так сильно ты хочешь избежать того, чтобы я тебе не врезала?

Я встречаю её взгляд и отворачиваюсь от Виллы.

— Давай закончим с этим, — отвечаю я.

Часть меня, не поддающаяся усталости или скуке, хочет сразиться с ней, чтобы удивить её, чтобы она поняла, как много она обо мне не знает, как сильно она меня недооценивала, как это уже делали другие прежде.

Я надела одежду, которую она мне приготовила. Одежду, которая не подошла бы Лире, но вполне сойдёт для меня: обтягивающие кожаные брюки, свободная рубашка и кожаные защитные накладки на предплечья, живот, бедра…

Нирида вынимает кинжал с бедра и кидает его мне под ноги.

Я смотрю на неё с удивлением.

Она действительно хочет, чтобы я атаковала её с этим оружием?

— Я больше не буду доставать оружие, — говорит она. — Если ты заберёшь одно из моих, любое из тех, что на мне, можешь спокойно вернуться в свои апартаменты.

Я медленно наклоняюсь, не сводя с неё взгляда.

Я не видела её в бою, хотя отчёты о ней были весьма яркими, и я знаю, что её считают ловким воином и отличным стратегом. Так что я точно не знаю, что меня ожидает, но у меня есть представление.

Я крепко сжимаю кинжал, готовлю ноги и корпус, и с элегантной тщательно отработанной финтой, устремляюсь к ней, но она не обманывается.

Нирида скользит в сторону ещё до того, как я успеваю на нее замахнуться.

Если правило с минутой остаётся в силе, у меня мало времени, так что я снова без колебаний атаковала её, и на этот раз Нирида хватает меня за запястье, в котором я держу оружие.

Мои инстинкты срабатывают моментально, и я не даю ей шанса попытаться меня разоружить. Я отпускаю кинжал, перехватываю его другой рукой и уже собираюсь направить его под её горло, как она быстро вращается и бьёт меня по ноге, заставляя встать на колено — несколько унизительно.

Я срываю дыхание, поднимаюсь мгновенно и снова бросаюсь в атаку.

Нирида переносит весь вес на одну ногу, наносит удар другой, и, когда я уклоняюсь, одним движением хватает меня за предплечье, даёт лёгкий удар в рёбра, и вдруг я перестаю чувствовать тяжесть оружия в пальцах.

— Почти, — напевает она.

— Ещё раз, — шиплю я, раздражённая.

Не могу поверить, что всё было так просто, что она сделала это с такой оскорбительной лёгкостью… Или же я сама ошиблась? Я действительно настолько заржавела?

Нирида снова повторяет манёвр и кидает оружие мне под ноги, чтобы я его подняла.

На этот раз я бросаюсь на неё без раздумий. Мои движения быстрее, моё тело более гибкое, я полностью сосредоточена на цели. Теперь я на чеку. Теперь я понимаю, что мне нужно делать, чего я боюсь, с кем я сражаюсь…

Удар в бок, и оружие снова оказывается у неё.

Я выдыхаю с раздражением.

— Тебе не больно? — спрашивает она осторожно, но в её голосе звучит веселье.

— Всё в порядке, — отвечаю я, и это правда.

Только слегка ноет грудь, особенно в местах, где остались следы от деабру.

— Хорошо. Продолжаем, — говорит она, и на этот раз я не возражаю.

Снова и снова я кидаюсь на неё с кинжалом, и Нирида всегда успевает меня разоружить до того, как минута истекает.

Это оскорбительно. И тревожно.

Или, может быть, она действительно умелый воин. Может быть, я её недооценивала.

В какой-то момент Нирида задерживает руку, разоружая меня. Я замечаю это, и она тоже. Когда мы отходим друг от друга, она с моим кинжалом в руке, а я вся в поту и побитая, чтобы забрать у меня оружие, я вижу в её глазах ожидание. Я рычу:

— Ещё раз.

Когда она снова меня разоружает, я замечаю тень в поле зрения и обнаруживаю, что Кириан сидит на мягком склоне холма, опираясь на спину руками, голова наклонена в нашу сторону, к солнцу, а на лице игривая улыбка.

Я думала, что это будет легче. Так было, когда я поднесла кинжал Кириану под горло той самой ночью; и так было каждый раз, когда он меня провоцировал, а я отвечала… Но это был он, и Лира. Он не ожидал от меня ни боевой хватки, ни ловкости. Я удивила его, потому что имела эту фору, а еще он не собирался меня ранить.

Нирида, наоборот, знает моё прошлое, не кажется, чтобы она собиралась сдерживаться, когда наносит мне удары, и она беспощадна.

Пинок в нос заставляет слёзы выступить на глазах, а мужской смех, весёлый и бодрый, еще больше подогревает мой гнев.

— Легко смеяться, когда сидишь, — говорит Нирида. — Хочешь попробовать?

Кириан поднимает руки и энергично трясет головой, но вот эта снисходительность Нириды выводит меня из себя еще больше.

Я бросаю кинжал на землю, и она моргает, но хорошо защищается, когда я атакую её без оружия.

Наверное, она не понимает, какой смысл в этом, если ей больше не нужно меня разоружать, но она быстро подстраивается под ситуацию. Пинок, финт, прямой удар… И не то, чтобы она уворачивается от всех моих атак; нет. Она ловит несколько грязных ударов, таких не самых чистых, которые я не смогла бы ей нанести, если бы она уже забрала у меня кинжал. Теперь бой бесконечен. Нет цели, которая бы остановила нас, кроме как если я одержу победу над ней или она нанесет мне серьезную травму.

Я замечаю, что её удары похожи на те, что были раньше, пока мне не удаётся ударить ей в живот хлёстким ударом, о который у меня разбиваются костяшки рук о её защитные кожаные накладки. Следующий локоть, который она вонзает мне прямо в ребра после идеального финта, заставляет меня увидеть звезды.

— Ммм… девочки, — бормочет Кириан.

Я злюсь, издавая стон, и разворачиваюсь, чтобы пнуть её по голени. Нирида ругается, но не теряет концентрации, когда я пытаюсь зарядить ей в лицо ударом кулака, и вовремя меня останавливает.

Она скручивает