Токсы академии Акалим. Книга 2 - Мария Александровна Ермакова Страница 4

— Да? — Имоджин заинтересованно повернулась. — И как ты это поняла?

— Как я это поняла про тебя? — вопросом ответила бабуля. — Сама не знаю, но была точно уверена, что пургу на Белых пустошах ты уймешь, и мы останемся в живых. Вот и тут что-то похожее… Ощущение? Предчувствие?

— Тогда ты сказала, что у моей магии особый аромат, — кивнула магистр, — чем сильно меня удивила, потому что я еще не знала о тебе… всего, что знаю сейчас.

— Аромат, именно! — воздела палец бабуля. — Курсантку зовут Вин, Вин Эрроч. Она из Северного Норрофинда. Кто из знатных семей Квайтхилла в этом году устраивает званый обед для первокурсников?

— Я тебя услышала, — задумчиво кивнула Имоджин. — Кто бы ни устраивал, я с ним договорюсь.

— Отлично, — обрадовалась бабуля Нери и потянула носом: — Наливай, потому что твой Виктор только что свернул на эту улицу, и скоро нас ждут скучные, хоть и вкусные, пирожные!

Глава 2

Берг аккуратно заткнул фиал пробкой, полюбовался на свет опалово мерцающей жидкостью и убрал флакон в карман.

— Нильс, ты скоро? — позвал он.

Я, по обыкновению, сидел в кресле с книгой в руках, Корра валялась на ковре кверху брюхом и делала вид, что спит.

— У нас есть еще полчаса, куда торопиться? — спросил я.

— Пусть думает, что нет, иначе провозится в два раза дольше, — прошептал Нэш, ухмыляясь, и снова крикнул: — Ты опять что-то потерял?

Дверь комнаты Кендрика распахнулась. Встрепанный Нильс развел руками:

— Я потерял ботинок… Понятия не имею, где он!

— Он там, куда ты его вчера поставил, — заметил я.

— Я знаю, где! — воскликнул Нэш.

У Берга был талант нести восхитительную чушь с абсолютно серьезным лицом.

— И где? — уставился на него Нильс.

— Твой ботинок сделал ноги, — трагически сообщил Нэш. — Перед уходом просил передать, что ты — нерадивый хозяин, и он собирается искать себе нового!

— Ах ты! — возмутился Кендрик и набросился на него с кулаками.

Корра подняла голову и оскалилась, наблюдая за потасовкой. Я скрыл улыбку — драконица терпеть не могла бардак, всегда старалась его прекратить и делала это чисто по-драконьи.

Она встала, потянулась и…

— Даг, не пускай ее! — успел крикнуть Нэш до того, как она разбежалась и прыгнула сверху на кучу-малу.

— Слезь с меня! — полузадушено завопил Кендрик. — Даг, скажи ей, она сидит на моей голове!

— И на моих ногах, — добавил Берг. — Корра, будь добра, освободи их, а вот на Кендрике можешь сидеть еще целых полчаса!

Довольная драконица вернулась ко мне, легла, свернувшись калачиком. Наклонившись, я погладил ее по гибкой шее и сказал:

— Корра-тин, ты просто красотка!

— Да-а-аг-тин, — ответно прошипела она.

— Собирайся, Нильс, или пойдешь, в чем есть, — заметил я и отвернулся к окну, где степная твердь сливалась у горизонта с небом.

Берг прав — через год мы получим дипломы, затем два года стажировки, и с академией придется попрощаться. Мысль о том, что Корра останется здесь, причиняла… боль? Я никому не признался бы в том, как сильно привязался к ней, как никому, кроме Нэша, не говорил про возникшую между нами связь, позволявшую ощущать друг друга на расстоянии и понимать с полуслова. Может быть, забрать ее с собой? Обращусь к сослуживцам отца, попрошу об услуге в память о нем — когда мне было нужно, я, как и он, не стеснялся в средствах. Я был поздним ребенком и многое начал понимать раньше сверстников, ведь в отцы мне достался не юнец, а человек, умудренный опытом и ответственностью. И характером я пошел в него, хотя внешне вовсе на него не походил, взяв от матери черты лица, цвет глаз и волос. Интересно, что отец сказал бы о Корре, будь жив?

— Ужасно, что ты идешь в боевики, Нильс, — посмеивался Нэш, когда мы отправились в лабораторию, — так и вижу, нас поднимают по тревоге, а ты ищешь свою голову, которую вчера куда-то засунул.

К чести Кендрика, он давно не обижался на дружеские подначки, хотя иногда и вспыхивал, поскольку темперамент имел взрывной.

— Я и сам не очень этому рад, — хмыкнул Нильс. — Мое дело — украшать какой-нибудь кабинет своим присутствием, а не бегать по болотам в поисках преступников или магических аномалий. Вот вам с Дагом там самое место! Так и вижу вас обоих, бредущих с героическими лицами и по пояс грязи. Ну просто красавчики! Кстати, все хотел спросить, ну ладно, у тебя отец — армейский чин и целитель, ну, а у тебя-то, Даг, разве есть кто из родни в боевиках?

— Никого, — я пожал плечами. — Таково было желание отца, и я пообещал сделать это. Да мне и самому нравится.

— Тебе нравится, потому что у тебя все получается, — безапелляционно заявил Кендрик. — А вот не получалось бы — и не нравилось бы!

— У него не могло не получиться, — засмеялся Нэш, — ведь он из…

— Тшш… — я, улыбнувшись, прижал палец к губам. — Мой род слишком известен, чтобы поминать его всуе.

* * *

В этот раз четверокурсники заявились втроем. Берг вытащил из кармана очередную порцию клея для Йорика и вторую склянку, которую передал Дагу со словами:

— Вот еще — сделал сегодня на лекции по алхимии.

— Что это? — удивился тот.

— Полировочная паста для котла на основе частиц перламутра. Думаю, с ней дело пойдет быстрее!

— Золотая голова! — улыбнулся Даг, и я увидела, как Берг смущенно отвел глаза.

Наверное, похвала из уст старосты четвертого курса дорогого стоила.

— Голова? — встрепенулся Нильс. — Слушайте, а где голова?

— Чья? — не понял Нэш.

— Череп, говорю, где? — Нильс опустился на корточки рядом с занавеской, в которой оставалась еще кучка костей. — Здесь его нет!

Я прошлась по лаборатории, заглядывая под столы — вдруг череп случайно укатился и теперь лежит, одиноко зияя глазницами?

— Череп не здесь… — вдруг произнесла Силли, посмотрев в