Магия судьбы - Бритт Эндрюс Страница 4

«Он был так молод, когда это случилось. Может быть, было слишком больно думать о том, чтобы открывать старые раны, когда он стал достаточно взрослым, чтобы связаться с вами», — ответил Брам.

«Наверное, ты прав; это все равно кажется каким-то безумием. Боги, ты помнишь, каким был Кэм после того всего?» — спросил Фишер Кая и Фариса. Оба выглядели потрясенными. Было такое чувство, что само воспоминание о боли Кэма причиняло им боль.

«Честно говоря, я стараюсь не думать об этом, но да, я все помню. Он не говорил несколько месяцев после этого. Ни слова», — рассказал нам Кай, и из его горла вырвался тихий скулеж.

У меня разрывалось сердце за подростка Кэма, и я прижала ладонь к груди.

«Ему можно доверять, брат?» — спросил Фарис, глядя на Фиша.

«Насколько я мог понять, да. Он был настороже, когда ты выскочил, как черт из табакерки. Нам нужно поработать над этим, кстати. Нельзя носиться туда-сюда и пугать людей до усрачки», — отчитал он Фариса, проводя рукой по своим темным вьющимся волосам. «А потом, когда Кэм рассказал ему, кто такой Брам, я почувствовал только любопытство и, возможно, тень опасения. Хантер был невероятно рад видеть Кэма — и нас — так что, если он не скрывает свои эмоции или не умеет отлично их имитировать, он чист. Хотя я проведу более глубокую проверку, чтобы убедиться. Сейчас слишком много поставлено на карту, чтобы быть наивными».

Мои плечи расслабились после этого разъяснения. Последнее, что нужно было Кэму, — это разбитое сердце. Он был таким сильным и храбрым, просто хорошим человеком. Реалистично говоря, травмы и боль, через которые мы все проходим в жизни, меняют нас — никто не застрахован. Человек, которым вы были раньше, исчезает, и только от вас зависит, кем вы станете после. Все мои мужчины были немного травмированы и несовершенны, но они были полностью моими и всем, что мне было нужно. Их индивидуальные трудности сформировали их, и они выжили, перестраивая разбитые кусочки своих душ в версии самих себя, которыми они могли гордиться.

«Иди сюда, принцесса», — предложил Брам. «Тебе нужно еще поесть. День, наверное, будет долгим».

Я направилась к столу, но меня перехватил Фарис, который быстро уселся на стул, который Брам отодвинул для меня, усаживая меня к себе на колени. Я улыбнулась, когда Брам бросил на Фариса сердитый взгляд. За этими двумя было трудно наблюдать без смеха.

«Что? Мне понравилось, как ты держал ее раньше. Я хотел попробовать. Укуси меня», — сказал Фарис, высунув язык, и его пирсинг блеснул перед большим демоном.

«Высунь его еще раз, и я укушу, Малыш Клык», — ответил Брам, его голос понизился до глубокого тембра, от которого мои бедра дернулись.

«Сверхновая соска-соска», — простонал Фарис, когда его член проснулся от движения моих бедер.

Кай расхохотался. «Какого хрена это значит?» Фарис фыркнул. «Откуда мне знать? Мой мозг покинул здание две секунды назад».

Бабушка задумчиво хмыкнула. «Это напоминает мне одного проходимца — Кожаного Ларри, я его называла. В общем, мы были в баре, и я играла в пул с девчонками. Он подошел ко мне сзади, как вор в ночи. Принц воров, если хотите. Я сразу почувствовала его кий. Вот когда ты знаешь, что парень не шутит — он сразу дает понять, с чем работает». Звякнула вилка, упав на стол. «Он мог бы разбить треугольник... и не только мой, если вы понимаете, о чем я», — продолжила Бабушка, поигрывая бровями.

«Что здесь происходит?» — прошептал Кай, широко раскрыв глаза.

На лице Брама застыло выражение ужаса. «Я не знаю, мне страшно», — ответил он.

«И как именно это напомнило тебе о Кожаном Ларри?» — с досадой спросила я Бабушку.

«Ой, да, прости. Я отвлеклась. У него были чудесные соски-соски», — пояснила она, откинувшись на спинку стула и отпив глоток кофе.

Секунду спустя Фарис уже рыдал от смеха подо мной.

«Ладно. Время выяснить, куда, черт возьми, делся Слоан и почему», — объявила я, вставая и хлопая в ладоши для убедительности. Я не могла больше сидеть без дела, пока Энни пропала, а местонахождение Слоана неизвестно. Так не пойдет.

Я очень надеялась, что он не пострадал. Но я также очень надеялась, что он не сбежал от нас, от своей семьи.

Глава 2. Кэм

Черт, было странно видеть Ханта, идущего рядом со мной. Казалось, время не прошло, и в то же время мы так много потеряли. Братья, которых лишили возможности вырасти вместе и узнать друг друга так, как мы того заслуживали. Это время нельзя было вернуть, но мы, по крайней мере, могли исправить наши отношения сейчас — наша любовь как братьев никогда не угасала.

Мы были одного роста, хотя его тугие кудри добавляли ему дюйм. Где я был покрыт яркими татуировками, он был помечен черными.

Я указал на сады, которые теперь вернулись к своему обычному размеру после того, как Сейдж случайно превратила их в джунгли.

«Итак», — начал я, и мы оба усмехнулись, начиная идти. «Это безумие».

«Можешь повторить. Боги, Си-Джей. Тот день разрушил меня. Потерять всю семью вот так? После такого идеального дня? В десять лет я думал, что солнце больше никогда не взойдет», — сказал он, и в его голосе звучала сильная эмоция.

«Я знаю. Я, блядь, знаю, Хант. Я провел последние пятнадцать лет, переживая тот день. Я спрятался, чувак. Когда я плыл к причалу, я увидел огонь. Как раз когда я собирался запрыгнуть обратно на пирс, я увидел, как люди запускают еще больше огня в хижину, и я, блядь, застыл. Как трус. Мне так жаль, Хантер», — прохрипел я, не скрывая слез, выступивших на глазах. «Я не могу передать, сколько раз я шептал тебе, маме, маме Би. В своих снах, в кошмарах — всегда прося прощения, желая, чтобы я мог тебя спасти».

Хантер выбросил руку вперед, останавливая нас, и повернулся ко мне лицом. «Господи, Кэм. Это была не твоя вина. Ты был ребенком, таким же, как я. Что ты мог сделать? Итог был бы тем же».

«Но, может быть, я бы нашел тебя, и мы были бы вместе», — возразил я.

Он покачал головой. «Нет. Я сильно сомневаюсь в этом. Я