Сердца перевёртышей - Джайлаа Вест Страница 4

Черт, я ни хрена не помню. Это из-за успокоительного? Что она мне дала? Я рычу.

— Успокойся, кот, — рычит медведь. — Если умрешь до ее возвращения, она никогда меня не простит.

Я никогда не прощу себя. Я опускаюсь грудью обратно на стол. Одна мысль о моей паре, докторе Джессике Бенсон, успокаивает меня. Успокаивает. Я в безопасности — если она со мной. Этот чертов медведь может идти нахрен. У меня есть моя истинная пара. Я дома. Наконец-то, после стольких лет. Думал, что это никогда не случится. Я дома.

Не знаю, как и почему судьба привела меня к ее порогу. Я был почти разорван на куски, но теперь я здесь и никуда не уйду. В любой другой день с полученными травмами и болью, пронизывающей мое тело, я мог бы сдаться. Ее теплый весенний аромат окружает меня, ее мягкие прикосновения заботятся обо мне, а ее голос призывает меня держаться. И я сделаю это, клянусь. Ради моей истинной пары. Темнота обволакивает меня, оставляя наедине с ней, до тех пор, пока все не исчезает, несмотря на все усилия удержаться. Все исчезает. Я вздыхаю, отдаваясь мечтам о докторе Джессике Бенсон.

* * *

Слабый запах моей пары дразнит меня, словно голодного человека возле ресторана. Делаю глубокий вдох, желая прижать ее к своей груди. Провожу рукой по лицу или, по крайней мере, пытаюсь это сделать, но она к чему-то привязана. Открываю глаза и вижу болтающийся пакет капельницы. Осознание просачивается в мысли, и я приподнимаюсь. Я голый, ну, почти голый. На мне боксеры. Она меня раздела? Вырывается стон, и мой ствол удлиняется и твердеет. Как, черт возьми, я мог проспать это.

Успокоительное. Мой язык заплетается, а голова слегка затуманена. Чтобы вырубить перевёртыша, нужно много наркотиков, но моей паре это удалось. Где она? Доктор Джессика Бенсон. Мне нравится ее имя, это маленький кусочек головоломки, которую она мне подарила. Не могу дождаться, когда узнаю все остальное. Узнаю о ней все, что только можно. Мне, блядь, нужно ее увидеть. Как она выглядит? Неважно. Кем бы она ни была... чем бы она ни была. Если судьба свела нас вместе, я знаю, что буду любить ее, лелеять, защищать. Она моя. Я настолько готов начать совместную жизнь, что спускаю ноги с кровати, гадая, как долго был в отключке, когда он входит.

Мои губы подрагивают, и из них вырывается рык. Какого черта? Я никогда раньше так не реагировал, но я узнаю его запах. В тот день он тоже чувствовал ее запах. Этот мужчина, который был слишком близок к моей паре. Рычу снова, чтобы дать понять, что не забыл.

— Вижу, ты меня помнишь, хотя нас не представили друг другу должным образом. Я Маршалл Абрамс. Друзья зовут меня Марш...

Усмехаюсь.

— Я не твой друг и не собираюсь им быть.

Брови Маршалла поднимаются в удивлении.

— Это слишком обидные слова человеку, который спас тебе жизнь.

Моя рука замирает в попытке вытащить капельницу.

— О чем ты говоришь?

— Я нашел тебя с разодранной спиной в лесу примерно в пятнадцати милях от Дентауна.

— Дентаун? Я в Дентауне? Что я здесь делаю?

— Я надеялся, ты мне расскажешь. Прояснишь, что случилось с твоей спиной. Я здесь шериф, и если...

— Ты шериф? — я фыркнул. Рост этого гигантского медведя — более двух метров. Мощное телосложение, и он наверняка отпугивает большинство нарушителей правопорядка. Обчистить бар, выписать штрафы, в хороший день он может отпугнуть от жены жестокого мужа. Я качаю головой. Надеюсь, в Дентауне никогда не будет настоящих преступлений. Все, что требует использования мозга, а не мускулов.

Его взгляд ожесточается. Наконец-то до него дошло, что он мне не нравится и я совсем не хочу разговаривать.

— Да, я шериф и пришел задать тебе несколько вопросов, если ты не возражаешь.

— Возражаю, — снова рычу.

— Я понял, но даже если и так. Я здесь для того, чтобы задавать вопросы.

— Мне нужна моя пара.

— Пара?

— Доктор Джессика Бенсон, — каждый раз, когда ее имя слетает с моего языка, я ласкаю губами каждое слово. Не могу дождаться, когда она будет шептать эти слова мне на ухо.

Глаза Маршалла округляются, и он смотрит на дверь.

— Послушай, я не из тех, кто вмешивается в отношения истинных пар.

— Отлично, тогда у нас не будет никаких проблем.

— Если только вы на самом деле не пара.

По позвоночнику пробегают мурашки, и мой кот подбирается к поверхности кожи. Я напоминаю ему, что доктор Джессика Бенсон где-то рядом, и мы не можем разнести это место на части, не убедившись, что она в безопасности. Я не упускаю из виду, что рука шерифа замирает на оружии. Все это время я думал, что он просто большой тупой медведь.

Наше противостояние заканчивается, когда она входит в помещение. Я расслабленно откидываюсь на подушку, и ее запах окутывает меня мягкими объятиями.

— Хорошо, что ты проснулся, — тепло ее улыбки может посоперничать с солнцем, растапливает ледяную стену между мной и шерифом. — Как ты себя чувствуешь?

— Лучше. Намного лучше, — практически мурлычу, не обращая внимания на то, как Маршалл закатывает глаза. — Не знаю, что ты сделала, но я чувствую себя намного лучше. Ты, должно быть, ангел.

Маршалл качает головой в ответ на мое слезливое заявление. Черт возьми, я тоже так хочу сделать. Я никогда не был бабником. Но, дьявол, бабник я или нет, я знаю, как разговаривать с женщинами. Только вот когда это важно, я не могу вымолвить и слова, чтобы не показаться новорожденным щенком.

Ее улыбка — лекарство. Я готов вскочить с кровати и станцевать чертову джигу. Вся боль исчезает.

— Не ангел. Но я рада слышать, что ты на пути к выздоровлению. Мы быстро приведем тебя в чувство и отпустим.

Что? Я никуда не пойду. Разве она не знает? Она это чувствует? Я не могу единственный это ощущать.

— Кстати, об этом... — Маршалл прерывает меня, я почти забыл о нем, но он все еще здесь. Слишком близко к моей истинной паре. — Куда ты направлялся? Как оказался в лесу Три-Фолл-Форест? Можешь рассказать, что произошло?

Доктор Джессика смеется над ним и похлопывает по руке. Я сажусь и рычу, предупреждая.

— Дай ему шанс. По одному вопросу за раз.

Ее карие глаза напоминают мне медовые орехи пекан — темные и глубокие карие с лучиками карамельного цвета, расходящимися от центра. Я тону в них, западаю на нее и чуть не